Держи, Ари. Я выиграл для тебя эти милые виниловые наклейки! Можешь наклеить их на чехол гитары, и каждый раз, глядя на них, ты будешь думать обо мне. И еще: как ты смотришь на то, чтобы забыть эту историю с «мы просто друзья» и попробовать «и жили они долго и счастливо»?
Чересчур?
Да, пожалуй. Если честно, я понятия не имею, что делаю,– если вы еще не заметили. Я едва освоился с мыслью, что Ари привлекает меня до боли, и все еще не могу до конца осознать, что желание поцеловать ее перевешивает любые мои прежние желания – даже включающие Майю, художественную школу и все существующие фигурки Фанко. У меня до сих пор голова идет кругом, когда я думаю о том, что именно с Ари я всегда счастлив, где бы мы ни были и что бы ни делали, но почему-то до сего дня этого не осознавал.
Как бы то ни было, моя затея – это просто игра с числами, и они подскажут мне, что делать дальше. Надо лишь участвовать в куче розыгрышей, и я обязательно что-нибудь да выиграю, и это «что-нибудь» позволит мне предстать перед Ари в качестве «не просто друга».
Кстати, с Майей это сработало.
А если я ничего не выиграю? Ну, тогда… думаю, ничего не выйдет.
Каждое утро я первым делом проверяю электронную почту, просто чтобы узнать, окупился ли мой тяжкий труд. (Не думаете, что это тяжкий труд? Тогда попробуйте восемьдесят семь раз подряд доказывать, что вы не робот, выбирая на картинках пешеходные переходы, а потом поговорим.)
Сердце подпрыгивает, когда я открываю свой почтовый ящик в пятницу. Куча писем! Но после беглого просмотра становится ясно, что ни в одном из них нет сообщения о победе. Они просто сообщают, что каждый из розыгрышей, в которые я вписался, включил адрес моей электронной почты в список рассылки. Я в жизни не видел столько спама.
Распродажа нового оборудования! Самые низкие цены в этом году!
Пригласите друзей, чтобы получить бонусные баллы!
Тормозит устаревший софт для звукозаписи?
Мы можем сделать вашу песню вирусной!
Запишитесь на наш новый курс сонграйтинга![82]
Запишите свой альбом БЫСТРО! Возможна доставка за одну ночь!
В вашем регионе популярна живая музыка! Посетите самые крутые концерты этой недели!
Не умеете читать ноты? Мы поможем!
Выгодные цены на наши самые популярные аксессуары! Не пропустите!!!
Я склоняюсь над письменным столом, запускаю обе руки в волосы. Возможно, идея с лотереями обречена на провал, ведь теперь я не смогу положиться на удачу. Наверное, нужна новая тактика.
Может, я ничего не могу выиграть, зато могу купить. Может, по одной из ссылок на распродажи, которых в спам-письмах великое множество, найдется хороший подарок для Ари? Новый тюнер? Чехол? Увлажнитель для гитары? Что такое увлажнитель для гитары?
Знаете что? Давайте отложим идею с подарком до тех пор, пока я не проведу дополнительную разведку. И вообще, все можно сделать куда проще. Скажем… купить цветы.
Ари, я точно знаю, любит маргаритки.
Но что бы я написал на открытке, приложенной к букету?
Увидел их и подумал о тебе! Вот и все. Надеюсь, они тебя порадуют.
В фильме Yesterday, который так нравится вам с Прю, герои перешли от дружбы к любви и были счастливы. Может, нам с тобой тоже попробовать?
Розы и фиалки – прекрасные цветы; это не розы и не фиалки, но я знаю, что тебе нравятся маргаритки, а мне нравишься ты!
Люси, возможно, права насчет моего сходства с поэтом-битником…
Как выясняется, сопроводительный текст не имеет значения, потому что, когда я прицениваюсь к букетам, выясняется, что маргариток в наличии нет. Оказывается, в стране они в дефиците.
Проклятие Ландинтона официально распространилось на все государство.
Со стоном я откидываюсь на спинку кресла и закрываю лицо руками. Думай, Джуд. Думай.
Я думаю. Целых десять минут. Но ничего не могу придумать.
Мне нужно отвлечься. Я определенно не в настроении рисовать, поскольку не получил ответа из редакции Dungeon. Велико искушение зарубиться в видеоигры или посидеть перед телевизором, но нельзя – я все еще отстаю по большинству предметов.
Я пытаюсь читать «Великого Гэтсби», но не могу перестать задаваться вопросом, кто из нас более бестолковый – Гэтсби или я? Я откладываю книгу, прочитав всего пару страниц.
Домашнее задание по статистике изобилует такими терминами, как «двухмерный», «регрессия», «коэффициенты», и, черт возьми, мне не разобраться без Прю, но она на свидании с Квинтом.
Ладно, по крайней мере, я могу приступить к следующему заданию по изобразительному искусству. Мистер Кросс вручил нам по куску сухой глины, чтобы мы практиковались в лепке.
Я разминаю глину до тех пор, пока не начинают болеть пальцы, но на самом деле мне нравится вот так выплескивать эмоции. Ладони у меня становятся ржаво-красными к тому времени, как я заканчиваю лепить из этого комочка что-то похожее на цветок. Маргаритка.
Похоже на поделки Элли.
Я сминаю цветок в кулаке и пробую снова.
На этот раз глина превращается в подобие гитары.
Потом старого «универсала».
Что это доказывает? Что, влюбившись, я больше ни о чем не способен думать?
Я начинаю заново. Пожалуй, сделаю увеличенную версию миниатюрных фигурок, которые изображают наших персонажей в «Подземельях и драконах». Такое должно произвести впечатление на мистера Кросса, верно? Я стараюсь не торопиться и даже смотрю на YouTube видео о лепке для начинающих. Туловище и ноги, дорожный плащ, длинные волнистые волосы, лютня…
У меня вырывается горький смешок, когда я откидываюсь на спинку кресла, чтобы рассмотреть свою поделку. Не сказать, что работа потрясающая, и я добавил еще не все детали, но для первой попытки выглядит неплохо.
Может, подарить Ари ее?
Или это будет жутковато?
Наверное, может показаться жутковатым.
Тяжело вздыхая, я беру фигурку, прикрепленную к бумажной тарелке, чтобы не опрокинулась, и ставлю в угол на просушку. Не знаю, зачем я это делаю. Учитывая, как идут дела, я наверняка провалю и это задание. Может быть, следовало вылепить что-то узнаваемое. Например, кошку. Неважно, насколько хорошо получилась моя скульптура, с ней все равно что-то будет не так. Проклятие позаботится об этом.
Я снова плюхаюсь на стул. Руки покрыты подсохшей глиняной коркой, и я пытаюсь выковырять кусочки глины из-под ногтей.
Думая о кошках, я вспоминаю гадалку на фестивале.
Противоречивая аура, сказала она.
Может, она говорила о моих чувствах, разделенных между Майей и Ари?
Что ж, если так, теперь все противоречия разрешились сами собой. А что насчет той притчи? О фермере и лошади?
Бесполезно. Я думал, гадалки должны давать какие-то наставления, привносить мудрость, ясность, а не просто рассказывать загадочные сказки, которые не…
У меня перехватывает дыхание.
Постой-ка.
Вот же оно.
Идея поражает меня так сильно, что я теряю равновесие и слишком далеко отклоняюсь назад. Стул опрокидывается на ковер.
– Я должен был это предвидеть, – бормочу я, поднимаясь на ноги. К счастью, мне удалось не раздавить скульптуру, приземлившись всего в шести дюймах от нее, так что, может… удача возвращается ко мне?
Даже не подняв стул, я мчусь наверх. Просовываю голову в гостиную, где мама поливает цветы, а Люси читает графический роман, лежа на диване. Мне сейчас нужны не они. Я поднимаюсь на второй этаж. Дверь в комнату Прю и Элли открыта, и я слышу, как Элли разговаривает сама с собой.
Я заглядываю внутрь и вижу, что Элли стоит на коленях перед кукольным домиком, подаренным ей на день рождения пару лет назад. В одной руке она держит диснеевскую принцессу Жасмин, в другой – Рапунцель, и, похоже, Жасмин пытается убедить Рапунцель сходить к дантисту, иначе у нее выпадут все зубы. Забавно, но я почти уверен, что несколько дней назад у моих родителей состоялся именно такой разговор с самой Элли.
Я стучу в дверь.
– Привет, – говорю я, входя в комнату. – У тебя еще жив тот шар, отвечающий на вопросы?
Элли поднимает голову.
– Ага. Он там. – Она указывает на маленький деревянный ящик с игрушками, который стоит рядом с книжной полкой Прю. – Почему у тебя все руки красные?
– Лепил поделку из глины для урока рисования.
Элли взволнованно вздыхает.
– Можно я тоже что-нибудь слеплю?
– Э-э… не сейчас. – Я роюсь в ворохе кукол, украшений, пони, принадлежностей для рукоделия и нахожу спрятанный на самом дне волшебный шар. – Можно мне взять его на время?
Сестра обижена, что я не разрешил ей лепить из глины, но все равно кивает. Я благодарю ее и выхожу из комнаты, спускаюсь на два лестничных пролета, возвращаясь в свою спальню. Обойдя упавший стул, я сажусь на край кровати, сжимая пластмассовый шар обеими руками.
Если я не могу положиться на удачу, чтобы получить ответы на вопросы, не дающие мне покоя, попробую другую тактику.
Другой вид магии.
Спрошу вселенную.
Я зажмуриваюсь.
– Я нравлюсь Ари? – спрашиваю я вслух и тут же съеживаюсь, потому что сам понимаю, как жалко это звучит. Но, если уж начал, надо идти до конца.
Я встряхиваю шар и, затаив дыхание, переворачиваю его. Мои руки оставляют ржавые отпечатки пальцев на блестящем пластике, когда маленький треугольник подпрыгивает и бьется о стенки.
Пока не ясно, попробуй снова.
– Ла-адно. Думаю, бывают ответы и похуже. Выразимся точнее: нравлюсь ли я Ари? Так же, как она нравится мне?
Встряхиваю, встряхиваю. Смотрю, что получилось.
Перспективы не очень хорошие.
Сердце сжимается.
– Точно?
Можешь быть в этом уверен.
Я хмурюсь. Этот шар дерзит мне, что ли?
Через секунду я спрашиваю: