быть что-то маленькое, что-то такое, от чего зависит работа всего этого комплекса, и это что-то не должно походить ни на что другое.
Тем временем расстояние сократилось до четырех километров. Строй роботов уже не был столь ровным, но всё ещё сохранял узнаваемые геометрические пропорции. Если по простому — шли клином. «Пересвет» на пике, слева, чуть отставая «Бешеный кот» Виталика, справа «Леопард» Петровича, за ним Эдик на своем «Снайпере», «Удар» Семенова, за «Котом» Григорий Иванович на китайском «Аяксе», «Буян» старшего из Говорухиных и «Беркут» начальника академии. Остальные машины двигались более компактно, и отставали примерно на километр. Замыкали строй «Орел» с «Вервольфом», и две пары легконогих тридцатитонников маячили в отдалении. Толку от лёгких в таком строю нет, и единственное на что они годятся, предупреждение о возможных обходах, засадах, и тому подобного.
Три тысячи метров показывало табло, но никаких движений я по-прежнему не замечал. Уже и видимость прояснилась, всё как на ладони, но ни шагоходов, ни каких-то оборонительных сооружений не наблюдалось. Обнесенные забором внешне одинаковые шпили разной величины, позади которых пара вполне обычных, трехэтажных зданий, построенных то ли из плит, то ли вообще из монолита. Окна, вентиляционные трубы, козырьки и даже водосток, всё по стандарту.
— Не похоже на форпост древней цивилизации… — так же засомневалась Лера.
— Угу, не похоже. — буркнул, не отрываясь от управления.
Дистанция — километр и никаких движений. Тепловизор, инфракрасный диапазон — чисто.
Может мины?
Но чем ближе мы подходили, тем больше я убеждался в полной безжизненности сооружения. Даже привычных энергий, типа электричества, здесь не было. За бортом минус тридцать семь, и всё что теплее, должно буквально сиять на экране тепловизора, но ничего нет.
Включил сканирование частот, прогнал по всем диапазонам — ничего. То ли нас заметили и замолчали, то ли мы далеко от сигнала ушли.
Затаив дыхание, подвёл машину вплотную к стене. Высокая, выглядит монолитной. Заглянул внутрь, никого. Снег кругом и никаких следов жизнедеятельности.
Не нарушая режим радиомолчания, ракетой дал команду к остановке, а сам двинулся вдоль стены.
— На сосульки похожи… — прокомментировала Лера. Оставив своё место, она перебралась поближе ко мне, кое-как втиснувшись между креслом и крышкой люка.
— Похожи? Кто? — повернулся я к ней.
— Ну эти, башенки. Словно сосульки, только не сверху вниз, а наоборот… — объяснила девушка.
— Может быть… — рассматривая шпили, пожал я плечами. Сосульки не сосульки, а выяснить что они такое, необходимо. Вот только с одежкой незадача, нас ведь из теплой осени, да прямо в суровую зиму кинуло, а толком-то, никто и не одет. На мне комбез, ботинки летние и лёгкая куртка. Шапки нет, шарфа с рукавицами тоже. Лера тоже в куртке, но о том чтобы надеть её поверх моей, нет и речи, уж больно размер разнится. Разве что на голову намотать по типу тюрбана, вместо шапки.
Ворота обнаружились на другой стороне, но были плотно закрыты. Делать нечего, лезть по такому морозу через забор дело не самое приятное, поэтому сдав немного назад, для разгона, я просто проломил в нём дыру. Были сомнения в прочности, но обошлось, стена развалилась так как и должна была, то есть легко.
Оказавшись внутри, ещё раз осмотрелся, и не найдя на шпилях ничего похожего на дверь, двинулся к зданиям.
На вид, казарма казармой. Окна, двери — всё как полагается. Вот только исполнение непривычное, всё очень точно подогнано, никаких кривых швов, щелей, или даже просто неровностей. Такое ощущение, будто из пластикового детского конструктора строили.
— Куртку одолжишь? — попросил у Леры.
— Куртку? — непонимающе захлопала глазами она. — Зачем?
Объяснив девушке для чего мне её одежда, я застегнулся, надел перчатки — хоть и тонкие, но лучше чем ничего, намотал куртку на голову, сунул гарнитуру в ухо, и пролез к люку.
— Я недолго, спущусь, заскочу вон в ту дверь, и сразу назад. Смотри за мной по камерам, если что, будь на связи.
Когда смотрел на показания температуры понимал что холодно, но по-настоящему осознал всю силу мороза только оказавшись на мостике. Не задерживаясь, кинулся к лестнице, и шустрее самой шустрой обезьяны спустился вниз.
Минус тридцать семь, и ветерок. Сочетание то ещё, врагу не пожелаешь. Снега мало, сантиметра три всего, скользкий. Пока бежал к дверям «казармы», едва не навернулся, чудом на ногах удержался. Думал дверь закрыта, ткнусь, и назад. Наверное даже мечтал подсознательно о таком варианте. Но нет, открылась и не скрипнула, причём с внутренней стороны ничего похожего на замок не было.
Попав во внутрь, оказался в небольшом помещении с окнами и лестницей на второй этаж. Трясясь от холода, в три прыжка поднялся наверх, толкнулся в первую попавшуюся дверь, заскочил внутрь и замер от неожиданности.
Совершенно пустая комната, четыре стены и окно. Но главное не в этом, главное в том что здесь было тепло. Даже перчатки снял, думал померещилось.
Заглянул в окно — такая же пустота, всё белое, кругом шпили торчат, и забор. Больше ничего.
Прошёлся по периметру комнаты, возникло то же ощущение что и снаружи; всё ровное, совершенно никаких изъянов. Пол покрыт чем-то вроде паркета, сами стены крашены матовой краской, потолок белёный.
— Похоже у нас гости… — сквозь треск помех, в наушнике раздался голос Леры.
Бросив ответное — иду, рванул обратно, и меньше чем через минуту уже карабкался на мостик.
Холод
— Что тут?
— Разведка обнаружила множественные цели, движутся в нашу сторону. — коротко отчиталась девушка, а я залез в кресло и напялил шлем.
— Здесь красный главный, доложите обстановку! Приём! — скомандовал, удерживая клавишу передачи.
Сначала ничего не было, потом зашипело, и словно из погреба донесся смутно знакомый голос.
— … обнаружены семь целей к… — сбился докладчик, так же «споткнувшись» на координатах, но быстро выкрутился — с той стороны откуда мы пришли! Приём!
— Опознание? Приём!
— Пока нету, далеко. Но судя по излучению что-то крупное! Приём!
Если это по наши души, а других вариантов нет, то выходит что в выигрышном положении теперь мы. Укрытий много, прятаться и вести огонь можно сколь угодно долго, во всяком случае пока противников только семеро. Даже если все штурмовики, приблизиться к нам чтобы продуктивно выцеливать среди этих шпилей-башен, будет ой как нелегко.
— Внимание! Всем занять позиции за стеной! Заходите через пролом и рассредотачивайтесь! Как поняли меня, приём!
Не сразу, не соблюдая очередность, но получение приказа подтвердили все. Опытные бойцы с энтузиазмом, курсанты осторожно, словно боясь сказать лишнего.
На фоне появившейся проблемы обнаруженная теплая комната отошла на задний план, но в уме я поставил «галочку» обязательно разобраться с этим феноменом. Ведь никаких признаков жизни, и отапливаемое помещение среди такой холодины.
— Третий желтый, красному главному, прием!
Жёлтые — тройка Петровича, а третий, — двадцатитонный «Клоп», на радаре он сейчас дальше всех ушел, практически на пределе видимости.
— Слушаю тебя жёлтый, приём!
— Есть опознание! Перевожу телеметрию!
Открыв доступ на свой компьютер, я с жадностью всмотрелся в бегущие строки характеристик опознанной машины. Сам факт того что компьютер лёгкого робота смог определить её, заставлял задуматься. Ящеров в блоках памяти опознавалок нет, а это значит что шагоход наш, местный.
Отбросив параметры излучения и прочие ненужные цифры удалось вычленить следующее:
Класс — Штурмовой, Тип — «Волкодав», вес сто тонн в полном «обвесе». Машина отечественная, и одна из самых серьёзных в линейке. По броне, скорости и огневой мощи примерно равна «Пересвету», но если у того упор на энергетическое оружие, то у Волкодава на пушки и ракеты. В руках у него «сотки» — стомиллиметровые орудия, на торсе «пятидесятки», а на плечах самонаводящиеся ракеты дальнего радиуса действия (РДД). Пересвет хоть и выглядит солиднее, сказать наверняка что выйду победителем из схватки с ним один на один, я не мог. Дальность у меня выше, но Волкодав задавит своей быстрозаряжающейся кинетикой. Опять же, смотря какие снаряды, если что-то стандартное, то ещё как-то можно сопротивляться, а если со специальной боевой частью, — практически без вариантов. СпецБЧ это не обязательно ядерка, хотя и их втыкают, но в основном что-то из обедненного урана и тому подобного. Пока «Пересвет» перезарядит лазеры, пока остынет, тот раза четыре успеет «лупануть», — и из сотки, и «полтинниками». Опять же, это если один на один, но так бывает крайне редко, поэтому не всё так однозначно.
— Ищем укрытия! На месте не стоим! Бегом! Бегом! — на общем канале раздался рёв Петровича.
— Третий жёлтый, красному главному, приём!
— Слушаю тебя жёлтый, приём!
— Есть еще одно опознание! Перевожу телеметрию!
Несколько рядов цифр, из которых стало понятно что среди этой семерки ещё одна машина нашего, российского производства. «Валдай» — тоже штурмовик, но чуть полегче, девяносто пять тонн и с упором на разноплановое вооружение. Не сказать что какой-то особенный, но среди линейки отечественных штурмовиков этот шагоход тоже выделяется. По оружию ничего особо выдающегося; одна пушка сотка, пара дальнобойных лазеров, небольшой блок ракетной установки малой дальности и не самая мощная плазменная турель. Броня средней паршивости, но это дань одной очень неприятной для нас особенности — эта машина умеет «летать». Триста, а может и четыреста метров для «Валдая» не проблема. Не сказать что много, но бывают ситуации когда именно такие внезапные перемещения определяют исход схватки.
— Ещё удалось опознать кого-нибудь? — переключаясь на внутренний канал желтых, уточнил я.
— Нет, только излучение, и пара силуэтов из визуального. Кидать?
Далековато, размазано, но примерно понятно. Один силуэт явно принадлежит «Пилигриму», — с этой моделью мы уже сталкивались, второй же похож на «Атласа», стотонного штурмовика ящеров. И если «Пилигрим» обычный универсал, то «Атлас» очень серьёзная машинка. Не особо дальнобойный, — только ракеты, а их у него не много, но очень хорошо защищенный, и максимально опасный на средних и ближних дистанциях. Стоит ему подойти поближе, и никакой забор не спасет. Мощнейшие пушки вкупе с такими же «убойными» лазерами, делают из этой машины своего рода «мясорубку», для которой измельчить в фарш кого-нибудь вроде того же «Удара» — раз плюнуть. Только опять же, робот хоть и мощный, практически имба, но есть нюанс — он максимально медлителен. Тихоходнее «Атласа» только четырехлапая «Черепаха» японцев, та вообще едва может передвигаться.