У меня в запасе оставался еще час дневного света, но я решила остаться на поляне. Я легла на мягкий песок и наблюдала за тем, как одна за другой на небе появляются звезды.
Мне казалось, что они защитят меня от любой опасности.
На следующий день, когда в серебряном озере отразился румянец восхода, а я поднялась на ноги, чтобы собрать свои вещи, моя голова резко закружилась. Я ждала, пока она не пройдет, поставив руки на согнутые колени. Мой меч лежал на земле рядом с посохом, но я не помнила, чтобы снимала его с пояса. Я отмахнулась от странного ощущения, пристегнула ножны обратно и направилась к краю поляны. Вздохнув, я в последний раз окинула взглядом прекрасный пейзаж, пока с противоположной стороны прогалины на меня с любопытством смотрело маленькое семейство оленей.
Начав подниматься наверх, я почувствовала, как что-то острое впивается мне в ногу. Книга у меня в кармане? Я достала ее на свет и уставилась на переплет. Книга Рена. Я нахмурила брови. Точно.
Мой посох снова застучал по дороге, и я покинула прекрасный оазис, постоянно оглядываясь назад и тоскливо вздыхая. В тот день энергия внутри меня бурлила особенно сильно и словно тянула куда-то. Мне пришлось достать из сапога нож, чтобы срезать толстые ветви кустов, преграждающих путь, но я упорно продолжала двигаться в сторону гор.
Ближе к середине дня, когда по моему лицу скользнул широкий лист, я вскрикнула и остановилась, коснувшись свежей раны на щеке. Из нее вытекло несколько капель крови, поэтому я продолжила идти, пока не вышла к отвесному обрыву. Скала была слишком острой, чтобы карабкаться вниз, и слишком высокой, чтобы рисковать падением. Я надулась и вытерла пот со лба. Еще одна преграда в чреде упавших деревьев, рек и гор.
В этот момент я заметила какое-то движение внизу.
Это была тень, за которой тянулся непрерывный след смерти.
Я отпрыгнула от края и бросилась обратно в лес так быстро, как только могла. Дикие Земли словно прокладывали мне путь, уводя меня прочь от человека-тени и указывая дорогу к горам, но, оказавшись на знакомой поляне, я резко остановилась. Сияющее озеро. Причудливые деревья.
Это была та же самая поляна. Я и не заметила, что бежала в этом направлении.
Я закинула руки за шею и попыталась усмирить свое сбившееся дыхание. На меня нахлынуло очередное головокружение, и, взяв свой посох, я направилась к роще. Может, мне просто нужно было поесть.
– Он убил их. Убил их всех, – грязный мужчина свернулся в клубок, раскачиваясь из стороны в сторону.
Облокотившись на дверной проем, король постукивал письмом по ноге, пока Блэр пытался заставить посланника рассказать хоть что-нибудь еще. Это был не первый раз, когда они пытались его разговорить, но точно последний.
Король снова перечитал письмо.
Пошлины не имеют на них того влияния, на которое мы рассчитывали. Я найду способ соединить королевскую семью с нами. Мне нужно лишь время и преданность в нужных местах.
Он постучал письмом по ладони и захлопнул дверь.
– У нас нет на это времени. Давай, Блэр.
Расстегнув рубашку посланника, Блэр повернулся к королю с сомнением в широко распахнутых глазах.
– Вы уверены? О-он может никогда не стать прежним.
Заметив нерешительность Блэра, король прищурил глаза и бросил взгляд на очертания склянки с ядом в кармане советника.
– Я услышу сообщение, которое он должен был доставить. Если ты не желаешь подчиняться, я уверен, что лорд…
– Я сделаю это, Ваше Величество.
Король засунул письмо в карман, а Блэр достал из мантии маленький сосуд с янтарной жидкостью и опустился на колени возле обессиленного посыльного. Советник открыл ему рот и влил туда странную жидкость, убедившись, что мужчина ее проглотил. Сначала посыльный закашлялся, но потом обмяк и какое-то время лежал без движения.
Затем он резко вскочил. Блэр отпрыгнул назад, но мужчина уставился в стену с левой стороны. Советник взволнованно переводил взгляд с посыльного на короля.
– Король хочет услышать послание, – запинаясь, сказал Блэр.
– Мы идем, – монотонный голос мужчины эхом разносился по пустой камере. – Подготовьте место, – он откинулся на стену, и его глаза замерли, а взгляд стал безжизненным.
Глаза короля блестели в темноте, как у кошки. По лбу Блэра начал стекать пот.
– Ваше Величество, я не…
– Это сработает, – король схватил советника за грудки. – Ты знаешь, что это за место?
Блэр дернул за воротник своей мантии.
– Да, но…
Король оттолкнул советника прочь.
– Тогда прекрати волноваться. Этот план сработает.
Блэр вытер потный лоб носовым платком, откинул назад влажные волосы и склонил голову.
– Конечно, Ваше Величество.
Глава восьмая
Я лежала на зеленой поляне, и мягкая трава ласкала мои оголенные руки. Солнечный свет лился с безоблачного неба. Я постирала в озере свою рубашку, штаны и мундир, а после этого соскребла соль и грязь с каждого дюйма своего тела. Солнце пускало яркие блики, и его лучи проникали глубоко в мои кости, словно я стала частью Диких Земель. Больше никакой боли. Никакого голода или жажды. Никаких вопросов. Обычно, если я долго находилась на солнце, моя кожа сразу же обгорала, но теперь я не ощущала ничего, кроме всепоглощающего тепла.
Мимо меня пропрыгала крошечная оранжевая лягушка. Моя одежда была сухой… уже какое-то время. Но как долго? Я никак не могла вспомнить. На задворках моего разума что-то тихо гудело. Может быть, какой-то позабытый инстинкт. Я закрыла глаза, но гудение не прекратилось, потому мне пришлось подняться на ноги. Земля подо мной как будто качнулась, и я чуть не споткнулась, но все же устояла на месте. По дороге к роще я наклонилась и провела пальцами по гладкой поверхности серебряного озера. Мое уютное убежище располагалось под самым большим деревом с извилистыми ветвями.
В резьбе моего кольца все еще была грязь. Может, мне стоило бы снять и отмыть его… но гудение в моей голове только усилилось. Моя босая нога наткнулась на что-то, затерявшееся в траве. Когда я потянулась к маленькому коричневому предмету, моя рука замерла. Книга? Я почувствовала, как где-то за моими глазницами вспыхнула притупленная боль. Пытаясь вспомнить, я потрясла головой. Разве этого не было раньше?
– Что происходит? – прошептала я и подняла книгу с земли.
Вдруг на меня нахлынула мощная волна понимания, за которой последовало удушающее чувство вины. Рен. Сразу же вернулась боль. Нити пульсировали еще сильнее, чем раньше, а желудок стал невыносимо тяжелым от голода. Порез на моей щеке. Сухое горло. Что произошло? Я посмотрела вниз и моргнула: на мне было только нижнее белье, а кожа заметно порозовела на солнце.
– Ледники, – выругалась я. Мои пальцы сжали книгу, словно она была последней нитью, которая соединяла меня с жизнью. Собрав свои вещи, я оделась и обшарила траву под каждым деревом, пока не нашла меч. Я пристегнула его к поясу, бормоча все проклятия, которые только знала, схватила посох и убежала с поляны.
Сколько времени я потеряла? Поднимаясь наверх, я мысленно перебирала все свои воспоминания, время от времени отодвигая настырные ветви посохом. В моем сознании возникали туманные обрывки о том, как я сидела под извилистыми деревьями: день. Мне казалось, что я потеряла всего один день.
Я уходила все дальше от поляны, но ее щупальца все еще хватались за меня, уговаривая повернуть назад. Они оборачивались вокруг порванных нитей и крепко сжимали свои кольца. Мир кружился вокруг меня, но я продолжала идти вперед, крепко обхватив рукоять меча одной рукой и прижимая к себе книгу Рена другой.
В полдень я наткнулась на ручей и выпила столько воды, сколько вместил мой желудок. На его берегах росла дикая ежевика. Сначала я колебалась: вдруг они снова заставят меня забыть? Но мой желудок взял вверх, и я съела так много ягод, что после этого мне пришлось какое-то время неподвижно сидеть на месте, чтобы они не полезли обратно. Проклятые Дикие Земли. Как давно я не ела?
В ту ночь мне снились сны о блестящем озере. О спокойствии и безболезненном существовании. Проснувшись, я обнаружила, что вокруг меня обвился плющ. Его пушистые листья нежно гладили меня по щекам, и я не сразу заметила, что мне почти нечем дышать.
Плющ прижал мои руки к бокам, и чем больше я вырывалась, тем плотнее оборачивались его лианы. Растение обвилось вокруг моего желудка и крепко сжалось. Где мой меч? Его не было в ножнах. Я поискала глазами и обнаружила его в середине хитросплетенного зеленого клубка.
Я начала раскачиваться из стороны в сторону, пока не смогла подтянуть колени к груди. Достав нож из сапога, я разрезала лианы, обернувшиеся вокруг моего живота, и глубоко вдохнула. Затем я попыталась разрезать плющ на своих руках, не поранив себя. Еще несколько ветвей хрустнуло под лезвием моего ножа, и, словно испугавшись, растение отступило обратно в лес. Плющ, обернувший мой меч, попытался утащить оружие за собой, но я уже вскочила на ноги с ножом наготове и нанесла по лианам несколько точных ударов. Запыхавшись, я вытерла пот с лица.
Пора было выбираться из этого места.
Сперва Дикие Земли приветствовали меня с распростертыми объятиями, но теперь они проявляли открытую враждебность, впиваясь в мою кожу и цепляясь за одежду на каждом шагу. Сверху наблюдали десятки крошечных глаз, и целая армия ярких птиц следовала за мной, громко крича и умоляя меня вернуться назад.
Куда бы я ни поворачивала, дорога всегда приводила меня к бушующим рекам, что помогало мне утолить жажду, но также означало, что мне придется следовать за течением, пока я не найду брод. Одежда натирала мою нежную кожу, но боль держала меня в сознании, как якорь, не позволяя думать о сияющем озере. Все мои мысли сосредоточились на простых и необходимых вещах, нужных для выживания: еда и вода.
Я не осмеливалась спать: у меня больше не было сил, чтобы отбиваться от плюща. Прямо перед закатом, пробравшись сквозь углубление, полное густой грязи, я добралась до гор Фьель.