– Это верно, – кивнул Кирилл.
– Скорее всего тут должны дежурить всю ночь напролет, ведь если они ждут, что Суздальцев сюда заявится…
– А если дождь пойдет?
– Карина с работы ездит на метро, так что, я думаю, ночью тут кто-нибудь на машине дежурит, а утром и вечером, на случай встречи в метро, ее пешие сопровождают.
– Ну, Петька, ты соображаешь! – восхищенно покачал головой Хованский.
– Ничего особенного, элементарная логика. И потом, следить за парнем не имеет особого смысла.
– Почему?
– Потому что после дежурства он куда двинет? Домой, спатеньки.
– Или к своей крале.
– Все может быть, но он же простая «шестерка». Проследить за ним или за сменщиком можно, но куда полезнее было бы узнать номерок машины, которая будет тут ночью торчать.
– Но как?
– Есть только один выход. Заявиться сюда часов в шесть утра.
– Мама родная! Это когда ж надо встать? – испуганно воскликнул Кирилл.
– Рано, Хованщина, очень рано! – засмеялся Петька. – Но ты не дрейфь, я сам справлюсь. Тут вдвоем, собственно, делать нечего. Или попрошу Круза пойти со мной. Его это не смутит.
– Ерунда, меня тоже не смутит, зато смутит маму. Еще как смутит.
– Я же говорю, живи спокойно.
– А ты своим что скажешь?
– Ничего. Просто тихонько смотаюсь. Почему-то мои боятся, только когда я вечером задерживаюсь. А утром куда я могу деться?
– Приучил их?
– Приучил!
Парень на лавочке вынул из кармана мобильный телефон и стал набирать номер. Петька буквально в два прыжка оказался позади него. Тот ничего не заметил.
– Алло, это я. Ничего. Как всегда. Сижу, жду. Да, у моря погоды. После работы купила виноград и поехала домой. Потом вышла с собакой, сделала два круга по двору, ни с кем не разговаривала. Никаких контактов. Нет, и в фирме ничего интересного не было… Ладно, согласен. Хотя, честно говоря, по-моему, это фуфло… Хорошо, молчу. Все, я доложился. Пока.
Петька вернулся к Кириллу и передал ему то, что говорил парень.
– Фью! – присвистнул Кирилл. – Они ее и на работе пасут!
– А ты думал! Мало ли кто может заявиться в турагентство!
– Со всех сторон обложили, неужели она не замечает?
– Замечает, конечно, только виду не подает. Привыкла, наверное.
– Вот тоска-то!
– Да уж. И еще, я уверен, они ее телефон прослушивают.
– Может, родители поэтому и слиняли? У них нервы не такие крепкие…
– Возможно. Слушай, Кирюха, я что вспомнил… Круз, когда первый раз мне про этого Вадима рассказывал, он говорил, что тот раньше жил в их доме, а потом женился и переехал… Карина ему жена?
– Нет, он с той женой только два года прожил, а потом слинял.
– Ты про эту жену хоть что-нибудь знаешь?
– Ну, не очень-то…
– А узнать можешь?
– В принципе да… Хотя… Я вспомнил, она в Америку уехала после развода.
– Это хорошо. Как говорится, баба с возу…
– Слушай, ты думаешь, они всех близких так плотно обложили?
– Черт их знает. А кстати, твой отец был с ним очень дружен?
– В общем, да…
– А ты никакой слежки за отцом не замечал?
– Что? – поперхнулся Кирилл. – За отцом? С какой стати им за отцом-то следить? Нет, это чепуха, у них, Петька, на всех следильщиков не хватит.
– Так-то оно так, но… Все-таки проверить не мешает.
– Да ну тебя, Петька, чепуха это! Отец вовсе не самый близкий его друг был…
– А кто был самый близкий, кроме Карины?
– Кроме Карины? Да был один…
– Кто?
– Его нет больше… Уехал в Германию.
– И давно? Еще до гибели Вадима?
– После…
– Так… Очень интересно. Как его звали?
– Никита Владыкин. Музыкант.
– Твой отец его хорошо знал?
– Нет, не очень.
– Черт, значит, кроме Карины, этому Вадиму, если он, конечно, жив, и обратиться не к кому?
– К Карине не обратишься, с нее глаз не спускают. Карину обложили, родители слиняли, лучший друг тоже… Хреново, должно быть, человеку.
– Петь, но ведь у него, может быть, есть уйма друзей и близких, про которых я просто ничего не знаю.
– Да, Кирюха, ты прав. Все-таки надо будет как-нибудь подобраться к Карине, может, познакомиться с ней…
– Как? Зачем?
– Как? Еще не знаю, надо хорошенько все обдумать. А зачем, это и так понятно.
– Нет, мне – непонятно. Она нам ничего не скажет.
– Это мы еще посмотрим.
– Ты уже что-то придумал?
– Понимаешь, можно, к примеру, сказать ей, мол, так и так, за вами ведется слежка, будьте осторожны, и все такое…
– Ну и что дальше? Думаешь, она разрыдается и скажет: «Спасибо, ты, Петя, мой спаситель, не выручишь ли заодно и моего Вадимчика?» Так, да?
Петька засмеялся:
– Ну, в общем и целом на что-то подобное я и рассчитывал. Дурак, признаю.
– Хорошо, хоть признаешь.
– Ситуация фиговая, Кирюха, тупичок-с! Эх, если бы Круз не упустил того человека…
– Петь, но ты же сам говорил насчет номера машины…
– Ну, во-первых, номер наверняка липовый…
– Да, скорее всего.
– Есть, правда, одна мыслишка, но черт его знает, что из этого выйдет.
– Ну?
– Надо бы все же как-то закорешиться с Кариной, причем сделать это лучше не нам, а девчонкам… Она под колпаком, конечно, но девчонки вряд ли вызовут подозрения…
– А зачем это надо?
– Понимаешь, если она живет под постоянным наблюдением, ей, наверно, кисло…
– А от девчонок слаще, что ли, станет?
– Может быть… Представь себе, они найдут к ней подход, завоюют доверие и…
– И она попросит их связаться с Вадимом?
– А вдруг?
– Ерунда. Скорее уж она решит, что девчонок ей подослали, и будет молчать, как партизанка. Так можно только все испортить.
– Может, ты и прав… Ой, не нравится мне это дело! Ладно, Кирюха, поехали домой, – тяжело вздохнул Петька. – Ничего нового мы тут не узнаем уже. А завтра надо провести мозговую атаку.
– Как это?
– Соберемся все вместе и обсудим, вдруг кто-то что-то придумает.
– А может, и придумывать не стоит?
– Почему это?
– А если Вадим все-таки умер?
– А слежка?
– Петь, это уже сказка про белого бычка! Сам понимаешь, слежка может быть совсем по другой причине.
– Может, может…
В метро они ехали молча. У обоих было ощущение провала.
Глава IVТА, ЧТО ГРЕЗИТ
Ночь Петька спал плохо. Ему не давала покоя мысль о полной безнадежности этого дела. А он к такому не привык. Но сколько он ни ломал себе голову, как подступиться к этой задаче, ничего путного не придумывалось.
– Петечка, ты почему такой мрачный? – спросила утром мама. – Не заболел?
– Нет, я здоров.
– У тебя неприятности в школе?
– Мама, какие у меня могут быть неприятности, если я учусь лучше всех в классе? – поморщился Петька. – На меня все учителя не надышатся.
– Ну ты и наглый! – не без восхищения заметил папа.
– Я не наглый, я просто трезво оцениваю свои силы!
– Ты не просто наглый, ты законченный наглец! – засмеялся Игорь Алексеевич.
– Но все же почему ты мрачный? – не унималась мама.
– Света, как ты не понимаешь? Даша Лаврецкая переехала! Это вполне подходящий повод для плохого настроения.
– Но она же школу не поменяла! – недоуменно воскликнула мама.
– Но все равно, она теперь живет далеко.
– Ладно, я пошел! – вскочил из-за стола Петька.
– Я попал в точку, – шепотом сказал жене Игорь Алексеевич.
На улице Петька сразу столкнулся с Игорем.
– Привет, Квитко!
– Привет, Крузейро!
– Ну что?
– Ни фига!
И Петька быстро объяснил другу, как обстоят дела.
– Значит, за этой несчастной женщиной все время слежка?
– Ага, без передыху!
– Здорово же он им нужен! А она ведет себя спокойно?
– Внешне – да, а что уж там у нее в душе…
Но тут разговор прервался. Они дошли до школы.
Игорь пребывал в глубокой задумчивости, благодаря чему схлопотал двойку по географии. Но и это прискорбное событие не привело его в чувство.
– Круз, ты чего? – шепотом спросил Петька на уроке химии.
– После поговорим, – буркнул Игорь.
На него это было не похоже, но после истории с подземельем на Поганом поле Петька стал с большим уважением относиться к другу и к его мыслям.
Едва прозвенел последний звонок, Игорь сказал:
– Петь, надо поговорить. Пошли к тебе.
– Пошли, – кивнул Петька. – Наших позовем?
– Пока не стоит.
– Понял.
И они, никому ни слова не сказав, стремглав вылетели из школы, к великому удивлению и даже некоторой обиде Даши и Хованского. Оля, правда, тоже удивилась.
– Крузейро, ты чего надумал, выкладывай! – потребовал Петька, едва они переступили порог его квартиры.
– Я считаю, мы должны пойти ва-банк!
– Ва-банк? В каком смысле?
– Нужно подобраться к этой Карине и сообщить ей, что есть подозрение, будто Вадим жив.
– Круз, ты спятил?
– Почему?
– Как почему? Как почему? – Петька взволнованно бегал по комнате. – А если она об этом не подозревает? Ты представляешь, какой это будет шок? А потом еще и не подтвердится, что он жив? В каком положении мы окажемся? А даже если он действительно жив и она про это знает, ты соображаешь, как она испугается? Может запросто коньки отбросить!
– Ну, это вряд ли… – не без смущения проговорил Игорь. – Она, кажется, крепкая женщина. За ней слежка круглосуточная, а она живет себе…
– Может, она только делает вид, а на самом деле с ума сходит?
– Вот! Вот! К чему я и веду. Петька, ей же помощь нужна. И мы ей эту помощь предложим.
– Но как? При такой слежке… Они даже на работе за ней следят, судя по всему. Небось каждый новый контакт отслеживают! К ней и не подберешься. Кстати, запросто может быть, что кто-то из ее сотрудников тоже за ней присматривает… А дома… Уверен, что почту проверяют, телефон прослушивают…
– Ну, в принципе это можно решить.
– Как же это?
– Ну, в туалет она на работе ходит?