— А ты что-нибудь вкусненькое опять сготовила?
— Ничего особенного! Вчерашний бульон и жареная курица. Сойдет?
— Сойдет! Конечно, картофельные котлеты было бы лучше…
— Ты же тогда ворчала, что от картошки толстеют!
— Так я сколько их съела! — засмеялась мама. — Дашка, как это У таких непутевых женщин, как я и твоя, бабушка, получилась такая разумница и хозяюшка?
— Просто на вас надо было управу найти!
— А теперь понятно.
— Ну, что нового? — поинтересовалась — Даша, когда они с мамой сели за стол. — Как птичник?
— Дело в том, что на работе у Александры Павловны были сотрудники с птичьими фамилиями: Соловьев, Воронин, Галкин, 3ябликова и Воробейчик. Поэтому их отдел и называли птичником.
— Ой, не спрашивай! С этим переходом на цифру все как с ума посходили! Я только и успеваю, что объяснять людям, почему они нас не ловят теперь! Телефон трезвонит, не переставая! Голова разламывается. Даш, почему я курицу обычно пересушиваю, а ты никогда?
— Секрет фирмы! — Ну, скажи, не вредничай!
— Не скажу! Ты все равно забудешь через две минуты!
— Думаешь, мать у тебя уже совсем пропащая?
— С переходом на цифру — да!
Александра Павловна рассмеялась. Эти вечерние беседы с дочкой за кухонным столом были для нее лучшим отдыхом.
— Бабушка звонила?
— Конечно! Два раза! У нее, кажется, новый кавалер завелся, из Дворянского собрания, забыла, как звать, но отчество Венедиктович!
— Счастливая мама! Вышла на пенсию и не тужит! Кавалеры у нее!
— У тебя тоже есть Милан, — напомнила Даша.
Александра Павловна сморщила носик.
— Что, поссорились?
— Нет, просто… Кстати, меня не спрашивал наш сосед?
— Какой сосед?
— Отец твоего Стасика!
— Нет, не спрашивал, а что?
— Да нет, ничего, просто он обещал помочь с ремонтом машины…
— А…
— По-моему, он довольно славный, ты не находишь?
— Ты на него глаз положила, да?
— Дарья, ты как с матерью разговариваешь! Просто я его совсем мало знаю, а ты, кажется, лучше. Только и всего. Сразу положила глаз!
— Мам, не ворчи. Чай будешь или компот?
— Компот! И много! Кстати, ты не забыла про бабушкин день рождения?
— Так это же через десять дней!
— А подарок? Что дарить-то будем? Ты выяснила?
— Ага! Электрочайник! Она хочет!
— Отлично! Главное, просто! Эх, Дашка, а может, купим еще бабке французские духи, а? Пусть кадрится!
— Давай!
— Я дам тебе денег, купишь ей флакончик «Мажи нуар».
— А чайник ты сама купишь?
— Нет, и чайник ты купи!
— Мам, лучше мы в субботу или в воскресенье поедем вместе и купим, а то я что-нибудь не так сделаю, не то выберу…
— Посмотрим, может, так и поступим. Спасибо, Дашутка, а сейчас мне надо посмотреть кое-какие документы…
— Начинается! — вздохнула Даша.
Она позвонила Стасу. Он уже был дома.
— Стасик, поможешь теорему одну доказать?
— Сама не справляешься или ленишься?
— Всего понемножку, — засмеялась Даша.
— Тогда подваливай, я один, отец сегодня поздно вернется.
Даша положила трубку
— Мам! Я пошла к Стасу!
— Иди, иди! — уже с телефонной трубкой в руках кивнула Александра Павловна.
Стас мгновенно растолковал Даше теорему.
— Стасик, мы с тобой знакомы с Нового года, а кажется, так давно… И столько всего уже случилось…
— Я, сестренка, сегодня, как в книжках пишут, совсем пал духом, — признался вдруг Стас.
— Почему? — воскликнула Даша.
— Потому что, скорее всего никогда уже не узнаю, что же такое оставил нам предок. С этой бабой каши не сваришь!
— Да, наверное, — проговорила Даша.
При виде понурого Стаса у нее сжалось сердце, и она. решила во что бы то ни стало раскрыть для него эту тайну. Надо только придумать как. Через несколько минут она уже все придумала.
Утром Виктоша по дороге в школу заглянула к Муське. Почтовый ящик был полон газет. «Плохо, — подумала Виктоша. И попробовала, не подойдет ли ее ключ к Муськиному ящику. К счастью, ключ подошел, и Виктоша достала всю корреспонденцию — четыре газеты, счет за междугородние разговоры и кучу рекламных листовок. Все это она сунула в сумку. А то, говорят, воры первым делом смотрят на почтовый ящик, если он полон, спокойно можно лезть в квартиру, хозяева в отъезде. Для очистки совести Виктоша поднялась на Муськин этаж и подошла к квартире. На всякий случай позвонила и услыхала отчаянное мяуканье! Как же она забыла? Куксе! Муськин обожаемый кот! Он же умрет с голоду! Бедный, как он там?
— Куксик, миленький, подожди, я что-нибудь придумаю!
Однако, что можно придумать, не имел ключей? Но и оставить несчастного голодного кота одного тоже нельзя! Эх, была бы у нас служба спасения 911! И вдруг она вспомнила, что есть такая служба, теперь есть! Только она не помнила телефон! Мама, записала его, когда по телевизору говорили об этой службе!
— Куксик, подожди, Я сейчас домой сбегаю и вызову их, они приедут и спасут тебя!
Кукс что-то мяукнул в ответ и замолк.
«До чего умный котище!» — восхитилась Виктоша. И уже подошла к лифту, как вдруг дверь соседней с Муськой квартиры: открылась и оттуда вышла старуха в байковом халате. Тяжело переваливаясь, она, подошла к Муськиной двери и открыла ее, ключом. У Виктоши глаза на лоб полезли.
— Кукаша, Кукаша! — донеслось до нее. — Голодный, небось? А, пить хочешь? Сейчас нальем! И молочка тебе и водички, вискаса насыплем! Мурлыка ты, хороший, хороший кот! Умный! В туалет ходишь, не то что другие-некоторые! Как ты тут один, Кукаша? Скоро твоя хозяйка вернется!
«Очень интересно!» — подумала Виктоша. Она подскочил а к двери и позвонила, хотя дверь была открыта.
— Кто там? — спросила старуха.
— Здрасьте! Извините, а Муси нет?
— Муси? Нет! Они с родителями отдыхать уехали, а мне вот Кукашу доверили!
— Отдыхать?
— Ну да, ко мне еще в выходные Маюша зашла, попросила за Кукашей присматривать. Я всегда с удовольствием, такой кот умненький! Порядочный!
— Так они что, втроем уехали?
— Известное дело! Втроем! Что ж, девчонку в таких годах одну кинут в наше-то время? Ни в жисть!
— Интересно, почему ж она мне ничего не сказала? — спросила растерянная Виктоша.
— Не успела! У них, кажись, путевки горелые были!
— Горелые? — не поняла Виктоша. — Ах да, горящие! — сообразила она наконец.
— А я что сказала? Горелые? Склероз, милая, старость не радость!
— Значит, вы Кукса кормите? Это здорово!
— Конечно, не волнуйся, милая, кот у меня присмотренный! — Ну, тогда я пошла!
— Иди, милая, иди! В школу опоздаешь.
Виктоша вышла из дому в полной растерянности. «Может, Я что-то перепутала? Может, и впрямь Муська уехала с родителями? Нет, ерунда, она радовалась, что родители уехали и не помешают ей дежурить в больнице. Но если она не собиралась ехать с родителями в Анталию, то зачем ее; мама просила соседку кормить кота? Не доверяет Муське? Странно, Муська такая положительная… А может, Муська сама; куда-то смылила, попросила соседку приглядеть за Куксом, а та по старости все перепутала? Пожалуй, это единственное объяснение. Но если она просила соседку, то почему не позвонила мне? Я бы тоже могла кормить кота. Допустим, Муськины родители больше доверяют соседке и не хотят, чтобы чужая девчонка одна ходила в пустую квартиру, это можно понять. Или каким-то образом возникла третья „горелая“ путевка и родители позвонили Муське, чтобы она вылетела к ним? Маловероятно. Хотя, конечно, бывает все… Но опять-таки, почему Муська мне не сообщила? Ерунда, никогда в жизни Муська не бросила бы Медынского в больнице! Ни за что! Тогда что все это значит?»У Виктоши от всех этих мыслей разболелась голова, и в школе она была более чем рассеянна, результатом чего явились две двойки — по физике и по истории.
— Колесникова, ты мне не нравишься! — сказала историчка Ксения Георгиевна после урока. — Ты здорова?
— Здорова! — отозвалась Виктоша.
— А Лушкевич где? Заболела?
— Заболела!
— Грипп?
— Ангина! — почему-то ответила Виктоша.
— Ты ей уроки-то носишь?
— Ношу.
— Нет, ты определенно мне не нравишься! По-моему, у тебя жар! — она пощупала девочке лоб. — Ну, конечно! Немедленно ступай домой и ложись в постель, у тебя жар. Горло болит?
— Нет, голова болит, — пролепетала Виктоша, понимая, что и в самом деле заболела.
— Одна дойдешь или послать с тобой кого-нибудь?
— Нет, спасибо, я дойду!
И Виктоша поплелась домой, разделась и легла в постель. Ее отчаянно знобило. «Значит, температура поднимается», — подумала она.
Вернувшись из школы, Даша первым делом позвонила Маргарите Валерьяновне.
— Здрасьте, это Рита. Вы заболели? Я к вам вчера на каток заходила.
— Да, Риточка, заболела.
— А что с вами, грипп?
— Да нет, давление поднялось! Плохо себя чувствую!
— Маргарита Валерьяновна, я сейчас свободна, могу приехать, что-нибудь у вас поделать, убраться, в магазин сходить…
— Правда? Убираться у меня не надо, а вот в магазин да в аптеку если бы ты сходила…
— Выезжаю!
— Погоди! У тебя деньги-то есть?
— А сколько надо? У меня сто тысяч есть!
— Хватит за глаза! Купи мне по дороге килограмм яблочек зелененьких, пакет кефиру, пакет молока и два батона.
— Сейчас запишу! А в аптеке что?
— В аптеке купи папазол!
Хорошо, записала. Может, еще что-нибудь?
— Да вроде все!
— Если еще что-нибудь надумаете, потом схожу!
— Ах, разболелась я, а то бы пирожок; испекла!
— Нет! — закричала Даша. — Не надо, никаких пирогов, вы лежите, выздоравливайте! Обещаете?
— Обещаю! — засмеялась Маргарита Валерьяновна. — Дай тебе Бог здоровья!
— Ждите, скоро буду! — сказала Даша и положила трубку.
Девочка вприпрыжку понеслась к метро, забежала в аптеку, а в магазин решила зайти уже в Кузьминках, чего зря тяжести таскать!