Мораль такова: экономическая политика — это не контроль за всем и вся. Большую часть послевоенного времени политика опиралась на идею о том, что экономика — это машина, чьи винтики и механизмы мы должны как можно глубже изучить. Сложная, но предсказуемая. К сожалению, это не так.
3. Образные бомбы замедленного действия не взрываются
Это вытекает из правила 2. Все бомбы замедленного действия создаются на основе идеи certerisparibus, хотя в реальности изменчивые тенденции — именно потому, что они изменчивые, — всегда приводят к изменениям в поведении людей.
Экологи особенно любят образ бомб замедленного действия, и поэтому экономисты настроены против «зелёных». В 1968 г. эколог Пол Эрлих написал свою знаменитую книгу «The Population Bomb», в которой предсказал, что в 1970-е годы из-за перенаселения планеты от голода умрут сотни миллионов человек, в том числе и миллионы жителей развитых стран. Этого не произошло, более того, с 1961 г. среднее потребление тепла увеличилось более чем на 50 %, цены на продукты питания продолжали стабильно падать, а доля голодающих сократилась до 18 % населения развивающихся стран. В чём же ошибся г-н Эрлих? По мере того, как люди становятся богаче, показатели рождаемости сокращаются, и теперь ожидается, что к 2100 г. численность мирового населения стабилизируется на цифре 11 млрд. Кроме того, инновации в сельскохозяйственных технологиях, например «Зелёная революция» в 1970-е годы, привели к тому, что мы производим больше продуктов питания. Однако, поскольку голод обрушивается на диктаторские режимы, основная причина голода не в недостатке пищи, а в недостатке демократии.
4. Цены — это лучший стимул
Именно колебания цен чаще всего «обезвреживают» бомбы замедленного действия — и многое другое. Люди реагируют на изменения цен. Всем нравятся выгодные покупки, и кто-нибудь обязательно воспользуется возможностью получить большую прибыль. С другой стороны, многим не нравится что-то делать (или не делать) просто потому, что так велят власти.
Государственное регулирование чрезвычайно важно для экономики. Рыночная экономика будет правильно функционировать только в том случае, если она опирается на надёжные институты, правовые нормы, контроль монополий, достаточное обеспечение общественными благами и т. д. Вопрос в том, как правительство сможет достичь создания всех этих благоприятных условий. Зачастую оно просто даёт распоряжения. Закон есть закон.
Однако ценовые стимулы способствуют достижению желаемого результата гораздо лучше прямого контроля. Хотя люди постараются обойти законы, они всегда отвечают на изменения цен, причём в соответствии со своими потребностями и предпочтениями. Это, в результате, позволяет сделать как можно большее количество людей максимально довольными.
Критики часто говорят о том, что использование цен для ограничения спроса несправедливо, поскольку люди не могут позволить себе платить одинаковые суммы; но поистине несправедливо неравенство в доходах, а это уже совершенно другой вопрос.
5. Работа спроса и предложения
Если ограничить предложение какого-то товара или услуги, его цена при данном уровне спроса вырастет, будь то «экстази» или строительство новых домов в центре Лондона или Манхэттена. Если при данном уровне предложения увеличивается спрос на товар или услугу, цена растёт. В голову приходит пример желанных блестящих «Pokemon Cards» или чего-то другого, что становится особенно популярным под Рождество, когда товар пускают в продажу за полгода до того, как дети начинают задумываться о том, что бы они хотели получить в подарок.
Как следует из последнего высказывания, если цену нельзя поднять, то вы получите дефицит и длинные очереди. Это связано с другими издержками — временем, потерянным в охоте за подарком, ожиданием и общей злостью на других покупателей. Так или иначе, платить приходится. Если цену нельзя снизить, то остаётся непроданный товар, а это связано с другими издержками, такими как затраты на хранение и потерянные инвестиции.
По сути, спрос и предложение оказываются тем теснее связаны, чем глубже общественные науки проникают в суть природы. Очень полезно бывает перевести многие общественные проблемы в показатели спроса и предложения. Подумайте, например, о жёстко контролируемом рынке жилья в центре города и о последствиях контроля за арендной платой. Совершенно ясно, что произойдёт в результате сдерживания цен ниже определённого уровня, установленного на рынке.
6. Лёгкой прибыли не бывает
С этим экономическим принципом связаны многие шутки. Одна из них рассказывает об экономисте и её друге, которые нашли на дороге 10-долларовую купюру. Друг говорит, что они должны взять деньги, на что экономист отвечает: «Не суетись! Если бы деньги действительно лежали на дороге, их бы кто-нибудь уже поднял». Или другая: «Сколько нужно экономистов, чтобы поменять лампочку? Ни одного. Потому что если бы лампочку действительно надо было поменять, то рыночные силы уже сделали бы это». (Есть много вариантов анекдота про лампочку. Другой ответ таков: только один экономист, но лампочку выкрутят навсегда.)
Однако экономисты правы в том, что кто-то всегда воспользуется возможностью получить прибыль, даже если это происходит не столь быстро и легко, как в экономической теории.
Принцип выбора действует в различных обстоятельствах. Исходя именно из этого принципа предприниматели, которые могут получить прибыль, длительное время предпочитают не получать огромную прибыль, потому что, в противном случае, другие последуют их примеру. Вскоре после открытия нового бизнес-центра вокруг появятся закусочные. Если в городе растёт число работающих пар, другие люди организуют выгул собак и продажу еды на вынос. И до тех пор, пока первопроходцы процветают, конкуренты будут следовать их примеру. У первых почти всегда есть преимущество, но в целом любые большие прибыли со временем поглощаются конкурентами.
Однако совершенно понятно, что не всякий вид деятельности приносит одинаковую прибыль. Те, кто идёт на больший риск (финансовые спекулянты или предприниматели) обычно получают большую прибыль. Если бы они на это не рассчитывали, не было бы смысла так рисковать. Они могли бы выбрать спокойную жизнь.
7. Люди делают то, что хотят
Любая экономическая деятельность одинаково хороша, иначе люди не занимались бы ею. В качестве уточнения следовало бы добавить что-то вроде: «при данных ценах и с учётом технологических ограничений и государственного регулирования». Однако всё это говорит о том, что люди приспосабливаются и делают то, что им больше всего нравится при существующих условиях жизни. Это кажется вполне очевидным, но неэкономисту сложно понять это в контексте реальной жизни. Хотя примеров действия этого принципа много.
В районах с хорошими школами цены на жильё выше, при этом наценка на жильё отражает отношение людей к высококлассному образованию. Они выбирают между дешёвыми домами и плохим образованием для своих детей и более дорогими домами и хорошим образованием. Если бы эти два желания, в основе которых лежат совершенно разные потребности и предпочтения, не совпадали, то относительная цена на жильё изменялась бы до тех пор, пока бы они не пришли к равновесию.
Компании тоже стоят перед выбором: открыть заводы в странах с высоким уровнем зарплаты и производительности или в стране с низкой заработной платой и низкой производительностью. Если повезёт, и они найдут страну с низкой заработной платой и довольно высокой производительностью, то другие производители тоже будут строить там свои заводы, и зарплата снова поднимется. А промышленность страны, где уровень заработной платы выше производительности (например, благодаря деятельности профсоюзов), будет медленно, но верно переезжать на другие территории. Если дороги становятся слишком перегруженными, то некоторые люди предпочтут путешествовать поездом или самолётом до тех пор, пока уровень перегруженности дорог не понизится, и они не вернутся обратно. Поднимите железнодорожные тарифы, и люди постепенно смирятся с ездой по нескольким перегруженным дорогам.
8. Всегда ищите факты
Экономистов часто незаслуженно обвиняют в вольном обращении с фактами. (Это наглядно демонстрирует ещё один анекдот: «Вопрос: сколько будет два плюс два? Экономист: А сколько Вам надо?».) Действительно, большинство экономистов, выступающих по телевидению и дающих интервью газетам, часто разбрасываются фактическими заявлениями. Некоторые бывают весьма сомнительными. Но каждый, кого интересует хорошая экономика, имеет доступ к массе интернет-ресурсов или информации из традиционных источников.
Безусловно, одни надёжнее других. Официальные источники следят за точностью данных, поскольку им важно сохранить свою репутацию. Федеральная резервная система, Бюро трудовой статистики, Бюро переписей населения и аналогичные заграничные учреждения, подобные Бюро национальной статистики Великобритании или Банка Англии, INSEE (Национальный институт экономических исследований и статистики) во Франции или Eurostat Европейского союза и Европейский центральный банк помимо пресс-релизов с объяснениями основных сведений размещают в Интернете огромные объёмы информации. Такие международные агентства, как Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный банк и Всемирная торговая организация (ВТО), делают то же самое. Вы можете по-разному относиться к их политике, но и они не могут позволить себе публиковать неверную фактическую информацию.
Огромное количество других интернет-сайтов предлагают ссылки или публикации данных, и вы должны скептически относиться к этой информации, как и ко всем данным, представленным в Интернете. В конце этой книги я привела список самой полезной литературы. Авторитетные деловые издания — The Economist, The Financial Times, The Wall Street Journal и Business Week— предоставляют своим читателям весьма надёжную информацию. Опять же, даже если вы не разделяете их мнение, статистика должна быть точной, чтобы сохранить их репутацию.