— Конечно, если вы выйдете замуж в течение нескольких дней, то ваша кандидатура будет снята автоматически, — продолжил он. — Есть один молодой человек, который готов взять на себя эту ответственность. Сейчас… — Холдман схватил колокольчик со стола. — Кендалл, заходи!
Айрис вдруг пожалела, что притворялась расстроенной.
Этого только ей не хватало!
Кендалл не заставил себя ждать. Он рывком открыл дверь и застыл на пороге с букетом цветов в вытянутой руке. Что ж, нарциссы, символизирующие смерть в юности — как раз отличный вариант в качестве подарка девице, собирающейся к некроманту.
Холдман противно зашипел, и парень смешно спрятал правую руку за спину и вытянул левую, в которой оказался букет цветов уже более приемлемых — лилий. Правда, Айрис терпеть их не могла из-за сильного запаха, но о её вкусах Кендалл знать был не обязан.
— Я согласен спасти тебя от коварного некроманта, — воскликнул он, произнося явно вызубренную фразу, — и жениться на тебе, даже если придётся перетерпеть гнев Его Величества!
Айрис переглянулась с матерью.
— Отличный вариант, — поддержал Холдман. — Соглашайтесь. Никуда не надо будет ехать. Кендалл с удовольствием разделит с вами дом.
— У Кендалла нет дома, — напомнила Айрис.
— Полагаю, — Арника покачала головой, — имеется в виду наш дом. Айри…
Девушка прекрасно понимала, что именно собиралась сказать мать. Фразу, показавшуюся бы кощунственной в любом уголке их огромной страны.
Единственным выходом для Айрис было согласиться на отбор.
Она ещё раз взглянула на Кендалла. Нет, он не был страшен, не казался таким противным, как Холдман, и, пожалуй, многие девушки согласились бы: лучше жить с полоумным, чем с некромантом. Но Кендалл только сейчас казался таким мирным. Айрис знала: в нём словно жили два человека. И хотя тот, второй, просыпался не каждый день и даже не каждую неделю, он мог и покалечить, и убить.
У Кендалла была премилая невеста Лика, хорошенькая блондинка, тонкая, словно тростиночка — и он эту тростиночку едва не сломал накануне свадьбы. А ведь до этого был самым мирным и хорошим человеком на свете! Его даже осудить не сумели — диагност из столицы определил, что мужчина был не в себе.
— И почему же Кендалл согласился на мне жениться? — Айрис поднялась, на всякий случай крепко сжимая книжку в руках. Может, истребление некромантов ей и не по душе, но убить тяжёлым томом можно кого угодно. — Если понимает, что за этим может последовать королевский гнев?
— Невесту Кендалла, как ты знаешь, увёз лорд Себастьян, — пожал плечами Холдман. — Теперь Кендалл имеет полное право отобрать невесту и у него.
О, да.
Лорд Себастьян, которого никто никогда в глаза не видел, тот самый, ради которого затевался отбор, несомненно, был отвратительным человеком, да и вообще, некромантом, но когда Лика лежала со сломанным позвоночником, и все светлые маги-лекари опустили руки, именно он прискакал из столицы по вызову её родни. Иначе свадьба бы состоялась, а у Кендалла не отобрали бы ни титул, ни деньги.
Но факт оставался фактом. Себастьян излечил Лику — с помощью, вне всяких сомнений, жуткого и отвратительного ритуала, — а потом они вместе куда-то ускакали. Больше девушку никто не видел. Говорили, что коварный некромант закопал её под ближайшим деревом, а злые языки вдобавок ко всему ещё и распространяли сплетню о том, как лорд Себастьян вырезал из Лики внутренности и вызвал с их помощью древнего духа. Зачем для этого было излечивать девушку, да и вообще, ехать в такую глушь, если девиц полно и в столице, никто сказать не мог.
Айрис, как человек логичный, предполагала, что Лика попросту сбежала вместе с некромантом и прекрасно обосновалась в столице. У этой премилой тростиночки был, между прочим, препаршивый характер.
Возможно, Кендалл не так уж и виноват.
Но, в любом случае, Айрис тоже не славилась своей мягкостью, а за убийцу замуж не планировала. Даже несостоявшегося.
— Стань же на колени! — поторопил Кендалла Холдман. — Айрис, Арника, к сожалению, это единственное, что я могу вам предложить. По праву мести…
— Не стоит жертв, — выпалила Айрис. — Не стоит!
Кендалл, как раз опустившийся на колени, попытался схватить её за платье, но Айри выдерла ткань из его цепких пальцев и отошла поближе к матери.
— Я приму свою жуткую судьбу, — гордо произнесла она. — И отправлюсь к коварному некроманту. Я выйду за него замуж, — Айрис сверкнула глазами. — Если так велено.
— Ну, — засмущался Холдман, — женой некроманта станет только одна из семи девиц, самая красивая и самая достойная, я полагаю…
— То есть, — вскинула брови Арника, — моя дочь не самая красивая и не самая достойная? У неё, хотите сказать, нет шансов?
— Ну… — Холдман засомневался. — Может быть…
— По крайней мере, у меня есть видимое преимущество, — Айрис прижала к груди книгу с тысяча и одним способом убить своего жениха и таинственно улыбнулась.
Несомненно, под преимуществом она имела в виду то, что единственная не сбежит при виде своего жениха и не рухнет без сознания. Опыт общения с дедушкой подсказывал, что трепетные барышни некромантам нравятся не больше непослушных мертвецов.
Глава вторая
Инструкция, напоследок выданная Холдманом, была написана на огромном пергаментном свитке, хотя её общее содержание могло быть включено в одно предложение: покрасивее оденьте невесту. Именно по этой причине Айрис, вместо принаряжаться три с половиной часа, всё это время разбирала дурацкий королевский почерк, пытаясь вычленить общую суть, а теперь помогала матери соорудить из волос на голове что-то напоминающее пристойную причёску.
Обычно свои ничем не примечательные русые волосы Айрис оправдывала одной фразой — "зато послушные". Были снежные блондинки, особо притягивающие взгляды летом, были красотки-брюнетки, а были такие, как она, под цвет коры липы, которую видно из окна, обыкновенная неинтересная расцветка, как выражался покойный дедушка. Но зато русые пряди прекрасно укладывались в витиеватые косы.
Раньше. Потому что сегодня причёска Айрис могла конкурировать с гнездом, расположенном на всё той же пресловутой липе.
— Глаза, что ли, подведи, — посоветовала мама, протягивая ей маленькую чёрную коробочку, доставшуюся в наследство от покойной бабушки.
— И что это изменит? — Айрис придвинулась к зеркалу.
Глаза она унаследовала от деда. Красивые, большие, обрамлённые длинными ресницами… Смоляно-чёрные, как у любого некроманта. Отличный отпугиватель женихов, между прочим. Сверкнёшь глазами — и сами по себе разбегутся. Уже потом вспомнят, что по статистике на девяносто девять некромантов-мужчин припадает одна некромант-женщина, что по этой же статистике в их стране некромант остался всего-то один, и тот — лорд Себастьян…
Впрочем, глаза Айрис нравились. И белая кожа, как у той тростинки Лики, тоже была по душе. Вообще, если б сюда ещё тёмные волосы, а не это русое нечто, то можно играть роль отменной некромантки. А так — просто темноглазая девчонка.
Синее и довольно мрачное платье, которое принесла мать, было не самым парадным в её гардеробе. Там висело ещё одно, всё такое персиково-розовое, но его Арника упаковала в расчёте на какой-то бал или ужин. Или свидание. Или чем там некроманты занимаются со своими невестами? Правда, Айри что-то подсказывало, что лорд Себастьян не оценит её в образе политого сиропом пирожного. Это гадское платье полнило даже не то что стройную, худую, как та засушенная рыба, Айрис!
Но маме нравилось. Она, достойная женщина, почему-то теряла дар речи при виде всего этого розового, нежного и вызывающего у её же дочери раздражение.
— Может быть, тебе дать фамильное колье? — поинтересовалась Арника. — Всё же, Холдман предложил нам жениха получше, чем сам предполагает.
— А вдруг этот Брайнер и в самом деле настоящее чудовище? Собирается провести обряд и умертвить единолично семерых девиц.
— Ну, ты-то точно его очаруешь с первого взгляда, — засмеялась мать.
Айрис не желала быть такой позитивной.
— Интересно, что будет с теми, кто не станет его женой. Что будет со мной, собственно говоря, когда меня выгонят из его таинственного логова. Вернут сюда, на растерзание Кендаллу? Действительно к какому-то ритуалу пристроят? — Айри поднялась со стула и поправила своё платье. — Вот ты бы его точно сразу очаровала.
Арника покраснела, засмущавшись.
— Пока что на меня соблазняются только последние сволочи. Губернатор Холдман… Твой отец. А ты — вся в бабушку. Одно лицо! А бабушка…
— Как магнитом притягивала некромантов, да-да, я помню. Трое подрались и поубивали друг друга, а четвёртый, умно стоявший за углом, потом на ней женился, — старая байка, которую любил пересказывать Арним, совершенно не соответствовала действительности, но зато веселила маленькую Айрис. Теперь, когда она стала взрослой, было уже отнюдь не так весело, как в детстве. — Да какая уже теперь разница? Всё равно согласилась. Теперь остаётся только целенаправленно влюблять в себя некроманта.
Поскольку в свои способности коварной соблазнительницы Айри не верила, то последняя фраза прозвучала уж очень иронично, но мать пропустила её слова мимо ушей.
— Пойдём, дорогая, — поторопила она дочь. — Нам ещё предстоит проверить, всё ли упаковали.
Айрис задержалась только на секунду у зеркала, поправляя платье, и покорно последовала за матерью. Ругаться не хотелось, хотя и паковать-то особенно нечего. Они жили не слишком богато, а отец до своей смерти растратил половину дедушкиных денег. Знал бы он, что живёт на средства "вшивого некроманта", как размашисто характеризовал всех обладателей этого редкого дара!
Саквояж, подготовленный последней служанкой, которую они могли ещё себе позволить, уже стоял, раскрытый, и Айрис непроизвольно заглянула в него и застыла от удивления.
— Что это?! — воскликнула она. — Откуда?!
На нескольких платьях, среди которого было и то самое, розовое, лежала губернаторская книга, что уже ставило под вопрос возможность поднять саквояж. По крайней мере, Айрис себя такой сильной девушкой не считала. Но даже не название книги, уже выполнившее свою функцию по сражению наповал если не некромантов, то некромантских внучек, так поразило Айрис.