– Тиф, – просто ответил Кейл. – Сыпной тиф. Может быть, ты помнишь, семь лет назад вспыхнула эпидемия.
Конечно, не слышать о таком было нельзя. Правда, основной удар болезнь нанесла по нашим южным соседям, но и некоторым приграничным графствам тоже досталось. Люди гибли тысячами, и даже самые лучшие маги-лекари могли спасти лишь немногих. Повезло еще, что распространение болезни сумели остановить: она не вышла за пределы вовремя перекрытых южных районов. В противном случае Эльмирра бы сохранила не более трети своего населения.
– Да, – тихо сказала я. – А ты? Как ты выжил? Сработал иммунитет?
У магов иммунная система была сильнее. Порой это спасало даже от самых тяжелых болезней и ранений. Не всегда. О нет, далеко не всегда. Но… случалось. Впрочем, как оказалось, у Кейла все вышло иначе.
– Нет. Меня просто не было рядом. Они уехали на юг отдыхать. К матери жены. А когда я приехал за ними, было уже поздно.
Он сказал: дочери сейчас могло бы быть четырнадцать. Значит, сколько было тогда? Семь?
Я осторожно коснулась пальцами плеча Кейла. Он продолжал смотреть в пол.
– Не знала, что у тебя такое прошлое. Это, пожалуй, хуже, чем у меня.
Он поднял взгляд, слегка затуманенный, хотя слез не было, и слабо улыбнулся.
– Я не знаю. – Он уже привычно неуверенным движением пожал плечами. – Не представляю себе, как сравнивать такие вещи.
– Все просто, – откликнулась я, опуская руку и глядя в сторону. – Тебе некого винить.
Необходимо было проверить, как обстоят дела у Орвина, и мы, не мешкая, двинулись в путь. Я надеялась, что обыскивать дом Кейла пока не станут, ведь младшего принца якобы видели совсем в другой части города. Это, конечно, была моя работа. Простенькое заклинание, наложенное через первый уровень глубин на случайного прохожего. Продлилось его действие недолго, около часа, но этого было достаточно, чтобы пара-тройка случайных прохожих могли теперь засвидетельствовать, что лично видели на улице Орвина дель Фронси.
К дому Кейла отправились пешком. Наверняка за моим жилищем велось наблюдение, но ведь такой маршрут никого не удивит. Вот если бы мы бесследно исчезли, воспользовавшись зеркалом, это вызвало бы ненужные подозрения. Тем не менее, когда впереди замаячила знакомая черепичная крыша, мы разделились. Точнее, Кейл просто продолжил путь, я же двинулась в сторону, одновременно запуская руку в сумку и нащупывая зеркальце. А скрывшись от посторонних глаз между очередным забором и широким древесным стволом, ушла в подпространство. Таким образом, мы продвигались двумя разными дорогами, и, если бы один попал в ловушку, у другого оставались неплохие шансы благополучно добраться до места.
Не встретив преград, я оказалась в доме первой, причем вышла из зазеркалья прямиком в одной из спален второго этажа. Перетащила в коридор стул, залезла на него и несколько раз стукнула в потолок. Затем соскочила на пол и стала ждать.
Чердачное окошко, совершенно незаметное на первый взгляд, приоткрылось, и я увидела лицо Орвина, который, в свою очередь, подслеповато вглядывался в коридор: освещение наверху было слабым. Узнав меня, он на секунду исчез из виду, чтобы затем вновь появиться в проеме.
– Хорошо, что ты вернулась, – сказал он, спрыгнув вниз.
Отряхнулся. Пыли наверху, видать, скопилось порядочно.
– Как ты узнала, где я скрываюсь?
– Кейл предупредил, что ты в потайной комнате.
– И ты так сразу ее нашла?
– Ну, во-первых, он объяснил в двух словах. А во-вторых, не забывай, чей это раньше был дом.
– Профессора Дэггарта. – На память и внимательность к деталям Орвин не мог пожаловаться. – Вы тесно общались? – Взгляд принца стал напряженным.
– Он был моим научным руководителем. Со временем мы стали хорошими друзьями. Так что я здесь бывала и про тайник под крышей знала.
– И именно поэтому привела меня сюда?
– Отчасти.
С первого этажа раздался щелчок отпираемого замка.
– Это Кейл, – поспешила объяснить я. – Учти: теперь он знает, кто ты такой. Так что можешь пока снять маскарад.
До сих пор Орвин продолжал скрываться под своей рыжей личиной.
– Откуда он узнал?
– Не моя инициатива. Так сложились обстоятельства. Твой братец заявился ко мне домой с претензиями. Посреди этого веселья пришел Кейл. Зато теперь мы точно знаем, что можем ему доверять. Он имел возможность сдать тебя с потрохами, но вместо этого помог.
– Все в порядке? – окликнул нас хозяин дома, как раз поднимавшийся по лестнице.
– Да, все чисто! – тут же отозвалась я. – А как добрался ты?
– Без приключений.
Кейл преодолел последние ступени и шагнул в коридор. Орвин, лишь немного помешкав, задействовал артефакт, снимая личину.
– Ваше присутствие – честь для меня, ваше высочество, – склонил голову декан. Впрочем, без лишнего пиетета.
– Скорее большая опасность, – возразил принц. – И я благодарен вам за помощь.
– Прости, что сразу не сказала все как есть, – добавила я. Если эти двое говорят такие красивые слова, как же я могу остаться в стороне? – Я должна была тебя предупредить, но и права такого не имела.
– Я все отлично понимаю, – отмахнулся Кейл.
– А как ты вообще оказался у меня дома? – запоздало спросила я.
Почему-то по дороге сюда я даже не подумала об этой странности.
– Мы забеспокоились, когда выяснилось, что ты ушла, – ответил за него Орвин. – И магистр Грант решил тебя поискать.
– Можно просто Кейл, – вмешался тот. – На всякий случай я предложил его высочеству (точнее, тогда я не знал, кто передо мной, но дело сейчас не в этом) переждать наверху. Повезло, что в доме есть надежное укрытие. А сам первым делом направился к тебе – и не прогадал.
– Про «не прогадал» – спорный вопрос, – скептически хмыкнула я. – Хотя если ты шел за острыми ощущениями, то получил по полной. Было бы лучше, конечно, тебя не впутывать. Но я благодарна тебе за поддержку.
При всей своей циничности я не могла не признать, что Кейл поступил благородно, самоотверженно и… красиво.
Орвин заметил мою теплую улыбку, и, кажется, она ему не понравилась. Однако принц промолчал.
– Надо решить, как быть дальше, – поспешила продолжить я, не давая Кейлу возразить, что на его месте так поступил бы каждый или что-нибудь еще в этом роде. Признаться, благодарственные речи, заверения во взаимном уважении и прочие расшаркивания заставляют меня здорово напрячься. Даже когда все это делается от чистого сердца. Есть вещи, которые лучше чувствовать, а не обсуждать. – По-хорошему, тебе, Орвин, лучше бы исчезнуть из города как можно быстрее. Я подбросила охотникам ложный след, и пока они клюнули, но долго это не продлится. В итоге поиски ни к чему не приведут, и тогда Ансель снова вспомнит про меня и про Кейла.
Говоря о стражах, я невольно употребила слово «охотники», которое обычно приберегала для другого человека – того, чьи поступки вынудили Эдбальда обратиться ко мне за помощью. Это вызвало чувство диссонанса, каковое, по-видимому, разделял и Орвин – если судить по быстрому взгляду, которым он мазнул по моему лицу.
– Ваша безопасность тоже под угрозой, – озабоченно напомнил он. – Но при всем этом можем ли мы позволить себе покинуть столицу? Мы ведь не закончили дело, а оно слишком важно. Важнее наших жизней.
Он попытался при помощи взглядов договорить то, что не мог произнести вслух при Кейле.
– Это мое дело, – возразила я. – Тебе участвовать необязательно. А мне в столице не так уж и опасно.
– Ты не знаешь моего братца.
– Не знаю, но догадываюсь. Я неплохо умею додумывать то, что касается мерзости человеческой натуры. Но я готова рискнуть.
– Рисковать – не женское дело! – неожиданно жестко отрезал Орвин.
Я закатила глаза к потолку. Крышка люка по-прежнему была приоткрыта. Недолго думая, я влезла на стул и захлопнула ее.
– Я не женщина, – сообщила я собеседникам, глядя на них сверху вниз. – Я – зеркальный маг и немножко государственный преступник.
– Что за ерунда?! – воскликнули мужчины практически хором.
Видя столь редкое для этих двоих единодушие, я снова закатила глаза, а затем спустилась со стула.
– Я никуда не уеду до тех пор, пока мы не найдем… – принц осекся, скосил глаза на Кейла и закончил фразу несколько иначе, чем собирался изначально: – То, что ищем.
– Это важно, не спорю. Но осталось всего три… вещи, и я смогу закончить сама.
– Думаю, я догадываюсь, о чем вы говорите, – вмешался Кейл. – Так что можете не тратить силы на игру словами. – Тут в его голосе, пожалуй, прозвучал некий намек на обиду. – Речь ведь идет об артефактах, ключах от магического зеркала, верно?
Мы с Орвином дружно повернули головы и не моргая уставились на декана, принц – подозрительно, я – скорее удивленно.
– Откуда вам об этом известно? – нахмурился Орвин.
– Логическое мышление, – пожал плечами Кейл. – Непоследнее качество в научной работе. Я, конечно, не зеркальщик, но за новостями слежу. Знаю, что вы вдвоем расследовали смерть архиепископа. Понимаю, что вы не случайно появились в институте. К тому – же прости, Йоланда, – нетрудно было понять: ты не пошла бы преподавать у нас ради собственного удовольствия. Хотя, мне кажется, ты стала постепенно втягиваться… Но речь не об этом. Я догадывался, что тебя интересует, но не хотел лезть не в свое дело. Однако раз уж сейчас об этом все равно зашел разговор… Не знаю, важно это или нет, но, думаю, я должен рассказать.
– Что? – моментально оживилась я.
Поразмыслить о недостатках нашей конспирации можно и позже. Если живы останемся.
– Ты ведь спрашивала про профессора Дэггарта. Я не был слишком близко с ним знаком, и, ясное дело, он не рассказывал мне, кому передал ключ. Но незадолго до своей смерти он уезжал из столицы. Куда именно, неизвестно. Посреди семестра так просто все не бросают, если, конечно, речь не идет о научной конференции. Но никаких конференций по теории магии тогда не было.