– Догоняй! Что с тобой сегодня?!
– Да-да, я иду, – пробормотала Рена и поспешила за мужчинами.
Удаляясь от источника зова, она ясно ощутила: прикосновение к её сознанию ослабевает. Рена разочарованно оглянулась. Возможно, теперь она никогда не узнает, что или кто её позвал.
Сосредоточившись на странных ощущениях, она чуть не забыла, зачем они здесь и что сейчас произойдёт – возможно, наступал самый важный момент в её жизни. Она ещё раз быстро себя оглядела. На безупречно белой тунике с украшенным драгоценностями поясом – ни пятнышка, на ногах новые сандалии, в которые отец старательно вплёл её именной знак из разноцветных травинок. Нет, она не опозорит свою гильдию.
Рена подняла глаза на дядю. В вышитых церемониальных одеждах мастера гильдии, покрой которых удачно скрывал истинные габариты его располневшего тела, он выглядел великолепно. Его короткие тёмные с проседью волосы были недавно подстрижены. Мастер заметил взгляд племянницы и едва заметно улыбнулся. Рена любила эту улыбку, хоть и видела её редко.
Едва они успели отдышаться – и время пришло. Они предстали перед регентшей, самой могущественной женщиной Дареша. Рена испуганно огляделась. Небольшой зал для аудиенций был обставлен массивной мебелью, выкованной из железа и выточенной из дерева. На каменных стенах висели великолепные серебристо-чёрные полотнища, расшитые гербом правительницы. Над полотнищами красовались огромные резные рельефы с эмблемами четырёх гильдий, по одному на каждой стене в соответствии со сторонами света: на севере – Гильдии Земли, на юге – Гильдии Огня, на востоке – Гильдии Воздуха и на западе – Гильдии Воды.
На мгновение Рена забыла о странном зове и посмотрела на женщину, от решений которой на целое поколение будет зависеть жизнь всех обитателей Дареша. Сможет ли она управлять лучше своей предшественницы, которая выжала досуха все четыре провинции, чтобы построить второй замок на юге? Регентша бросила на них равнодушный взгляд. Рядом с ней стояли несколько слуг, а ещё посредник и человек в чёрной мантии, который, подобострастно склонившись, что-то шептал ей на ухо. Рена с удивлением отметила, как молода новая правительница – всего на несколько зим старше её самой. Однако гладкое молодое лицо регентши было холодным и неподвижным. В свете ламп её волосы переливались алым, как пламя. Рене стало интересно, какой у правительницы голос. Скорее всего, этого ей никогда не узнать: простолюдины недостойны того, чтобы с ними разговаривала правительница. Для этого у неё есть посредники.
Этот посредник – молодой человек, поскольку повод для встречи был не слишком важный, – держался поодаль, увидев же Рену и её дядю, направился их поприветствовать. Однако сказать ничего не успел: споткнувшись обо что-то, возможно о выступ в полу, он вскинул руку, чтобы сохранить равновесие, и случайно сдёрнул со стены один из серебристо-чёрных вымпелов. Побледнев и весь дрожа, молодой человек поднялся и округлившимися от ужаса глазами взглянул сначала на ткань, а потом на свою госпожу.
– Это вышло случайно, – прошептал он.
Регентша нахмурилась и взмахнула рукой. Рена с недоумением наблюдала, как двое охранников схватили посредника и потащили его из зала. Его место тут же занял другой человек.
– Мир гильдиям и процветание всему Дарешу, – произнёс он звенящим от напряжения голосом.
Дядя Рены, ответив на приветствие, поинтересовался, понравился ли правительнице доставленный груз, а Рена всё думала о том, что теперь будет с первым посредником – неужели его убьют?! Она замерла, не смея пошевелиться. «Надеюсь, с грузом всё в порядке, надеюсь…» – вертелось у неё в голове.
Женщина с холодными глазами подозвала мужчину в чёрной мантии. С почтением склонившись к ней, он что-то коротко прошептал. Правительница подала едва заметный знак посреднику, и тот заверил мастера, что доставленный груз признан удовлетворительным. Рена перевела дыхание. Удовлетворительно – не слишком высокая похвала, но, по крайней мере, её работу регентша хотя бы одобрила, а большего и не ожидалось. Она искоса взглянула на дядю, пытаясь понять, о чём он думает. Справились они или нет?
Однако посредник ещё не закончил:
– Вы обещали нам подарок, мастер Фордас. Так что же? Когда мы его получим?
Рена ошеломлённо посмотрела на дядю. К её удивлению, мастер медленно кивнул и достал из кармана незатейливую маленькую шкатулку, вырезанную из молодого ночного дерева. Рена эту шкатулку не видела – должно быть, мастер сделал её сам. Все стенки были гладкие, лишь по бокам вился орнамент – виноградная лоза с крошечными листочками, под которой стояла подпись мастера. Дядя с поклоном передал подарок правительнице. На его лице застыло суровое выражение, на едва заметную улыбку регентши он не ответил.
Последовал короткий спор с посредником о цене товаров, потом регентша подала ещё один знак, и посетителям сообщили, что разговор закончен. Не успев опомниться, Рена с дядей снова очутились в коридоре. Человек в чёрной мантии тоже покинул зал. Под низко надвинутым капюшоном его лица было не разглядеть. Не удостоив взглядом ни Рену, ни её дядю, он быстро зашагал прочь по одному из коридоров.
– Трудно поверить, но она кажется даже более жестокой, чем предыдущая правительница, – шёпотом, чтобы не услышал слуга, сказал мастер. – Ледяная женщина!
– Как думаешь, что будет с беднягой посредником?
Дядя не ответил и даже не посмотрел на неё. Это тоже можно было считать ответом, и Рена предпочла сменить тему:
– Так что – мы остаёмся поставщиками двора или нет?
– Да. Остаёмся. Но боюсь, я об этом ещё не раз пожалею. Цена высока, Рена, очень высока.
– Что, она попросила у тебя денег? – встревоженно полюбопытствовала Рена.
– Уж лучше бы попросила.
Рена не решилась уточнить, что он имел в виду и что было в той шкатулке. «Потом, – подумала она, – спрошу его потом».
Она и не подозревала, что никакого «потом» не будет.
Пока их вели по коридорам, Рена внимательно прислушивалась к себе, надеясь, что странное ощущение повторится. Она уже почти отчаялась, когда снова ощутила странные прикосновения к своему сознанию. Встревожившись, она попыталась определить, откуда исходит призыв. Что бы то ни было, оно снова её звало! А значит, у неё появился ещё один шанс!
Она сразу же поняла, что непременно должна выяснить, откуда исходит этот зов. Возможно, она никогда больше не ступит в Cкальный замок или в следующий раз окажется здесь, только когда станет такой же старой, как дядя. Если сейчас не выяснить, откуда и кто её звал, эта загадка будет мучить её всю жизнь. Но ведь дядя за неё поручился. А вдруг своим ослушанием она навлечёт на него неприятности? В конце концов, она видела, что произошло с посредником! Но воспоминание об этом уже таяло в её сознании, его как будто высасывали.
Ещё несколько шагов – и они оказались у развилки. В её голове зазвучал сильный и ясный призыв: «Сюда, скорее, сюда!»
Рена приняла решение инстинктивно, почти не задумываясь, как если бы у неё не было выбора. Отделиться от небольшой группы совсем несложно – когда мастер и слуга свернули за угол, Рена просто замешкалась. Никто из них не заметил, что девушка больше не шагает следом. Если она поторопится, то сможет вернуться совсем скоро и незаметно их догонит.
«Наверное, я об этом ещё пожалею», – подумала Рена и закрыла глаза. Кровь стучала в ушах, а зов подчинял себе её разум. Сбросив плетёные сандалии, она взяла их в руки и побежала босиком, поворачивая из коридора в коридор, пока, повинуясь ощущениям, не нашла нужный путь. И вдруг остановилась, увидев двух солдат, охраняющих дверь в одну из комнат. «Ну вот и всё, – Рена бесшумно отступила за угол. – Меня ни за что не пропустят. Может быть, там какое-то животное, которое умеет общаться мыслями, или редкий получеловек». Она принюхалась, но пахло так же затхло и неопределённо, как и повсюду в каменном замке.
Однако сдаваться просто так Рена не собиралась. Надо как-то отвлечь стражников, увести их от двери. Однако зов, вблизи от истока гремевший в её голове как фанфары, мешал сосредоточиться. Рена понимала, что действовать нужно быстро: скоро мастер заметит, что она пропала. «Скажу, что заблудилась, – решила девочка. – Засмотрелась на картины на каменных стенах и обо всём забыла».
Когда она в следующий раз осторожно выглянула из-за угла, то изумлённо вытаращила глаза. Один из солдат достал из-под доспехов небольшой мешочек, угостился сам, а потом передал его напарнику, который тоже зачерпнул изрядную порцию. С ловкостью карманника первый солдат спрятал мешочек с глаз долой и принялся задумчиво жевать.
Рена усмехнулась. Солдаты жевали белью! Ну и ну! Она однажды попробовала жёлтую траву, когда набрела в лесу на её побеги, и больше не собиралась поддаваться соблазну. Вкус у дурмана был отвратительный, язык немел на несколько дней, мысли надолго разбегались. «Если этих ребят застукают с травой, со службы точно погонят», – подумала Рена. Пожалуй, стоит попробовать их отвлечь.
Она выскочила и закричала так громко, что эхо разнеслось по коридорам:
– Эй, вы, я всё видела! – Потом развернулась и побежала. Позади она услышала сдавленные ругательства и быстрый топот солдатских сапог.
Рена не стала убегать далеко. Отбежав примерно на половину коридора, она присела и, съёжившись, заползла в нишу между двумя сценами охоты. Хотя Рена была невысокой и стройной, она едва там поместилась: пришлось скрючиться, чтобы стать ещё меньше. Носом она упёрлась в ногу каменного человека-аиста, часть барельефа больно впилась в бедро.
Долго ждать не пришлось, она всего успела перевести дыхание – и мимо с грохотом пронеслись два стражника. Рена вылезла из укрытия и побежала к двери, которую они охраняли. Удивительно, но дверь оказалась не заперта.
Стоило ей переступить порог, как невидимая мощная волна ударила её наотмашь. Рена пошатнулась. Зов стих. Незачем звать. Она пришла.
Рена огляделась и попыталась определить, откуда исходил зов. Увидев, что находится посреди комнаты, она растерянно и разочарованно застыла на месте.