– Стоп. Кто «мы»?
– Я и Аликс – женщина из Гильдии Огня, – Рена объяснила, как они собираются принести мир в Дареш. Когда она закончила, то увидела, что Роуэн смотрит на неё с нескрываемым изумлением:
– Ты же не всерьёз?
– Я не шучу. Клянусь духом земли.
Он шумно выдохнул и покачал головой:
– Тогда ты или очень храбрая, или очень глупая, Рена. Тебя никогда не пропустят на Совет моей гильдии, чтобы изложить свою просьбу.
Однако Рена его не слушала – она наблюдала за его лицом. А потом задала один очень важный вопрос:
– Почему ты вернулся?
Роуэн пожал плечами. Он больше не смотрел на неё.
– Ладно, пойдём.
С каждой минутой Рена всё яснее понимала, что он нужен Аликс – и ей. Она хотела, чтобы именно он, и никто другой, отправился с ней в Советы гильдий. Роуэн прав – их план кажется невыполнимым. Нужно идти вчетвером, по одному представителю от каждой гильдии. Роуэн был её единственным знакомым из Гильдии Воздуха, который открыт всему новому и кого можно привлечь к их миссии. Хотя Рена и подозревала, что переубедить его будет нелегко, но попытаться стоило. Не только из-за Дареша. Если она этого не сделает, через несколько сотен вдохов они расстанутся на развилке и, скорее всего, никогда больше не встретятся.
– Может быть, ты вернулся потому, что сам подумывал о таком путешествии, – сказала Рена, вспомнив его слова у костра. Он тоже хотел, чтобы гильдии заключили мир, ведь так? – Почему бы тебе не пойти с нами?
Роуэн нерешительно покачал головой:
– Моя жизнь здесь, в Травяном море.
Рена попыталась возразить:
– Ты не такой, как другие. – Ей пришлось говорить, глядя ему в спину. Слушал ли он её вообще? – Тебе здесь не место.
– Я здесь счастлив.
– Торговля, обмен, торг, возвращение в деревню в глуши, а потом всё сначала…
– Ну и что? Что в этом плохого? – Его голос прозвучал резче – видимо, она попала в больное место. – Так живёт Гильдия Воздуха.
Так, опасный поворот. Рена почувствовала это, но решила не отступать.
– А есть ли здесь кто-то, кто тебе действительно дорог? Любишь ли ты свою работу?
– Да, – глухо ответил он. – Да! А что для вас… – Он вдруг осёкся, остановился и резко вскинул голову, будто прислушиваясь. Его разведчик чуть не свалился на тропу. – Стоп! Мне кажется, здесь кто-то есть.
Рена насторожилась:
– Ты что-то услышал?
– Нет, вообще ничего. Но ветер переменился, дует в лицо.
– Кто-то идёт за нами из Дар Бреддина?
Роуэн не ответил. Он медленно шёл вперёд, тщательно выбирая, куда ступать. Впереди тропа делала изгиб и уходила дальше на восток. Они повернули на изгибе…
На тропе, широко расставив ноги, в идеальной стойке бойца стоял Моог, торговец, взявший Рену в плен. Заряженный арбалет он свободно и расслабленно держал у бедра. Ветер растрепал его золотистые волосы, и Моог небрежным взмахом руки откинул их с лица.
– Привет, аистиное отродье. Позвольте поинтересоваться: что это вы так долго? – спросил он.
Глава 13Аистиное отродье
– Привет, Моог, – безмятежно произнёс Роуэн. – Значит, ты обо всём догадался, понял, что я готовлю.
– Конечно. Я просто ждал, когда ты примешься за дело, добренький аистёнок. Я всегда видел тебя насквозь, хоть ты и изображал из себя крутого парня, вечно восставая против всего и всех.
Рена заметила, что Роуэн задрожал от гнева.
– Пойми меня правильно, – продолжал Моог, – я ничего не имею против добрых людей. Помнишь, как весело мы гонялись за тобой по ветряным мельницам? Но ты мешаешь вести дела.
– Твои «дела» – это преступление! Люди не товар!
– Тебя слишком легко вывести из себя, – сказал Моог. Холодно прищурившись, он медленно поднял арбалет и нацелил его на Роуэна. – Отойди от листоедки.
Роуэн молча смотрел на него.
– Нет, – наконец ответил он.
– Так она тебе небезразлична? Симпатичная, понимаю – но разве стоит из-за неё получать дырку в шкуре, долговязик?
– Она путешествует с важной миссией. Её нельзя задерживать.
– Ну-ну, слушаю внимательно. Давно так не смеялся.
Однако, когда Роуэн заговорил, его слова предназначались не Моогу: он прошептал заклинание, после чего белая птица, вспорхнув с его плеча и выставив клюв вперёд, как снаряд, полетела к голове Моога. Торговец с руганью отнял одну руку от арбалета, чтобы защитить глаза – и в этот момент Роуэн бросился вперёд. Рена никогда раньше не видела, чтобы люди так двигались. Он будто летел, неуловимо перебирая длинными ногами. В три шага он добрался до Моога и сомкнул пальцы на его горле. Арбалет упал на землю, в липкую грязь и пошёл ко дну.
Задыхаясь и дёргаясь, Моог пытался высвободиться, но Роуэн не отпускал.
– Оставь его! – изумлённо крикнула Рена. – Хватит, бежим отсюда!
Роуэн, казалось, её не слышал. Рена с беспокойством смотрела, как сопротивление Моога таяло, а его лицо меняло цвет, став пепельным, а потом синим. Это уж слишком! Разве юноша, сомкнувший пальцы на горле Моога, и тот, с кем она когда-то сидела у костра и чьи пальцы совсем недавно так нежно её касались, снимая путы в бараке – один и тот же человек?!
Рена положила руку на рукоятку ножа, но всё же не вынула его из ножен. Неужели ей придётся причинить Роуэну боль, чтобы остановить его?! Нет! Она не сможет этого сделать! Но что, если он действительно убьёт другого торговца?!
Вдруг взвихрилась пыль, и Рена на мгновение ослепла: Моог попытался извернуться и ударить противника. Однако двигался он неуклюже и вскоре перестал бороться и упал. Глаза у него закатились.
«Сейчас, – подумала Рина, – надо вмешаться сейчас, иначе будет поздно!»
Но прежде чем она успела выхватить нож, Роуэн отдёрнул руки, словно шея его противника превратилась в раскалённый кусок металла. Моог скорчился на тропинке, кашляя и задыхаясь.
– Пойдём отсюда, и поскорее, – прошипела Рена и схватила Роуэна за руку. – Бежим!
Она побежала вперёд, в голубое небытие моря травы, увлекая за собой Роуэна. И только когда поняла, что он следует за ней по собственной воле, решилась его отпустить. Что-то коснулось её волос, голову царапнули крошечные коготки. Рена вздрогнула, её рука дёрнулась, чтобы смахнуть непонятное существо, но потом она поняла, что это разведчик. Он показывал дорогу, чтобы она не бегала кругами.
Пробежав более десяти сотен вдохов, Рена выбилась из сил и опустилась на тропинку, чтобы перевести дух. Роуэн остановился и скрестил руки на груди. Его лицо было непроницаемо. Он даже не вспотел.
Рена наблюдала за ним краем глаза и думала: что же сказать? Мысленно все возможные фразы звучали неуклюже и многословно. Роуэн первым нарушил молчание.
– Даже не знаю, что на меня нашло… Я… На мгновение мне…
«На мгновение тебе захотелось его убить», – подумала Рена и осторожно произнесла:
– Ну что ж, зато он больше никогда не назовет тебя аистиным отродьем.
Его губы с заметным усилием дрогнули в улыбке:
– Это точно.
– Теперь за нами бросится половина деревни, да?
– Очень может быть. – Глаза Роуэна опасно блеснули. – Моог наверняка настроит своих приспешников против меня. Он сын старосты поселения, мои родители ему подчиняются. Просто отвратительно, насколько они готовы исполнять каждое его приказание – я никогда не мог смотреть на это спокойно.
– Ты бунтовал? – уточнила Рена.
Роуэн мрачно кивнул:
– Моог хотел, чтобы я тоже его слушался, это тянется не первый год. Его приспешники обычно нападали на меня целой толпой, не меньше чем впятером.
– Может быть, теперь ему неловко будет признаться, что ты победил его, великого героя, и он промолчит. – Рена искоса взглянула на собеседника. – Прости, что доставила тебе столько хлопот. Если бы ты не попытался меня освободить…
– …То сейчас сидел бы в хижине и проклинал себя за слабость. Не бери в голову. – Роуэн вздохнул и сел рядом с Реной.
«Неужели он поступил так ради меня? – подумала Рена. – Или выкрал пленницу, чтобы просто насолить давнему врагу?»
«Отойди от листоедки!» – «Нет». Она снова и снова проигрывала эти слова в памяти, наслаждаясь их звучанием и чувствами, которые они в ней рождали. Роуэн явно не трус. Но, возможно, его стоит опасаться. В некотором роде он опаснее Аликс, потому что та лучше знает, что такое гнев и как с ним справляться.
– Ну как, не решил пойти с нами? – спросила Рена, удивившись, что ничуть его не боится. – На встречу с Советами гильдий?
Роуэн покачал головой:
– Нет, но я провожу тебя до Эола. Некоторое время мне нельзя показываться в Дар Бреддине, – вздохнул он. – Как ни странно, я ни о чём не жалею. Похоже, ты права – я не вписываюсь в такую жизнь: возможно, мне чужда даже сама гильдия. Я устал вечно притворяться, что с радостью следую правилам. А как ты всё это заметила?
Смутившись, Рена сжала пальцами травинку, пытаясь скрыть охватившую её радость:
– Просто мне знакомо это чувство.
Они улыбнулись друг другу и не отводили глаз – один чудесный вдох, затем другой.
Внезапно Роуэн встал:
– Нам пора. Идём!
Рене редко приходилось шагать так быстро – Роуэн явно беспокоился, что работорговцы из деревни последуют за ними. Но сначала они никого не видели и не слышали. Во второй половине дня небо закрыли тёмные облака.
– Похоже, будет дождь, – сказала Рена, взглянув вверх. – Это плохо. Не хотелось бы промокнуть. Особенно на ночь глядя.
– Согласен, но это не обязательно, – сказал Роуэн, и Рена с удивлением увидела, что он улыбается. Улыбка изменила его лицо, придав сурового шарма. Внезапно ей стало трудно отвести взгляд. Роуэн поднял голову и сосредоточенно пробормотал заклинание.
Очень скоро поднялся ветер. Облака отступили, открыв голубое небо – такое же голубое, как глаза Роуэна. Рену залил солнечный свет, и она с наслаждением ощутила его тепло.
– Спасибо, – сказала она. – Как это прекрасно! Я предполагала, что ваша гильдия умеет разгонять облака, но никогда не видела, как это бывает.