е нет смысла.
– Пока я ничему не могу поверить. Надо всё выяснить.
Дагуа достал нож и принялся обрывать огромные, толщиной почти в руку, листья многолетника, росшего на берегу, и ловко их скреплять. Рена с изумлением наблюдала за ним, пока наконец не сообразила: Дагуа строил для каждого из них узкий плот, чтобы добраться до острова. На таких лодочках придётся лежать, зато с суши никто не увидит.
Рена испугалась, что Аликс с негодованием отвергнет этот способ передвижения, но та лишь что-то проворчала себе под нос и поморщилась, когда её ноги коснулись воды. «Похоже, Дагуа хорошо на неё влияет», – улыбнулась про себя Рена.
Через несколько вдохов они уже направлялись к острову. Судя по всему, их никто не заметил, и, оказавшись на мелководье, они остановились обдумать дальнейшие шаги. Роуэн призвал ветер, чтобы невысокие волны скрыли путников. На маленьком острове, который оказался едва ли больше Земляного дома для четверых жителей в Белом лесу, не было ничего, кроме полотняного навеса от солнца, прикреплённого к земле с пяти сторон, и нескольких тощих деревьев, сбросивших листья и облепленных жуками. Под навесом находилась циновка из водорослей, на которой они увидели человека. Он лежал рядом со столом, и тут же был неглубокий бассейн с зеленоватой от водорослей водой. В ней мерцали серебристые точки.
– Рыбки, – прошептал Роуэн, он видел лучше всех. – Тысячи рыбок.
Больше на острове ничего и никого не было. Никаких томов книг или стопок записей.
– Хм, похоже, это и есть архивариус, – Дагуа почесал в затылке. – Боюсь, точнее сказать не смогу, потому что вижу его впервые.
– Но… разве у него не должно быть рядом исписанных листочков? – с удивлением прошептала Рена. – Или у него идеальная память?
– Спорим, это он, – прошипела Аликс. – Или бывают люди больше похожие на жаб, чем он? – Рена внимательнее пригляделась к старику под навесом. Красавцем его назвать было трудно: голова широкая и плоская, большой рот и выпуклые круглые глаза. Желтоватую кожу, придающую ему болезненный вид, избороздили глубокие морщины. Тонкое кольцо волос украшало затылок голого черепа.
– Может, он уже на пенсии и распрощался со знаниями Дареша, – предположил Роуэн.
– Тс-с! – прошипела Аликс, потому что старик зашевелился. Опасаясь, как бы он их не обнаружил, незваные гости пригнулись ещё ниже. Однако архивариус не посмотрел в их сторону, а прошаркал к одному из голых деревьев и притянул к себе ветку. Теперь стало понятно, почему деревья усеяны жуками и другими насекомыми: ветки были смазаны чем-то липким, и букашки только беспомощно извивались. Старик принялся одного за другим обирать жуков и, запихнув в рот, с наслаждением жевать. Рена отвернулась, боясь, что иначе её ужин найдёт дорогу обратно.
– Ага, предпочтения в еде он также унаследовал от предков, – прошептал Дагуа.
– Что он теперь делает? – спросила Рена, всё ещё глядя в другую сторону.
– Похоже, разговаривает с рыбками, – ответил Роуэн.
Старик, ковыляя, подошёл к бассейну, склонился над ним и как-то странно стал водить руками. По серебристым вспышкам в воде Рена поняла, что крошечные рыбки снуют туда-сюда как сумасшедшие.
– Либо он делает утреннюю зарядку, либо ловит что-то себе на десерт, – усмехнулась Аликс, совершенно забыв, что нужно говорить тише.
Ответ на её слова последовал мгновенно: со всей быстротой и ловкостью, на какие было способно его тело, старый архивариус развернулся и уставился на них. Смутившись, путники выпрямились и застыли на мелководье, как пойманные грешники.
– Убирайтесь отсюда, чужаки, варвары! – закричал архивариус, размахивая кулаками. Его тонкий голос звучал хрипловато, как будто старик давно им не пользовался. – Вы ничего не получите, дикари, вандалы!
Рена почувствовала, что Аликс сейчас взорвётся, и схватила её за руку. Но было уже поздно. Аликс решительно высвободилась и сердито направилась к старику.
– Подождите минутку! – крикнула она, пробираясь по мелководью. – Во-первых, мы не варвары и уж точно не вандалы, во-вторых, мы здесь вовсе не для того, чтобы что-то у вас забрать, и, в-третьих, было бы очень любезно с вашей стороны хотя бы ненадолго закрыть свой жабий рот и выслушать нас!
Рена тихо застонала. Дипломатия в стиле Аликс!
Архивариус проворно достал из кармана серебряный свисток и дунул в него. Раздался неслышный, но пугающий свист. На руках Рены волоски встали дыбом.
– Сейчас увидите, что бывает, если навязываться бедным старым учёным! – крикнул архивариус. – Морок! Сюда, Морок!
Четверо попутчиков растерянно огляделись по сторонам. Аликс и Рена достали мечи, а Роуэн взял на изготовку арбалет. Но было тихо, ничего не происходило, и Аликс удивлённо вскинула брови:
– Хорошая уловка – некоторых гостей можно и отпугнуть…
Впрочем, вскоре они различили глухое журчание, начавшееся где-то в глубине озера и быстро превратившееся в рокот. Казалось, где-то рядом с обрыва низвергается бурный поток. Остров завибрировал, а звук нарастал, превращаясь в грохот.
– Что это может быть? – сквозь шум крикнула Рена Дагуа.
– Боюсь, что это хищная медуза, – побледнев, крикнул в ответ Дагуа. Впервые за время знакомства Рена увидела на его лице страх. Он не стал объяснять, что такое хищная медуза – в этом не было необходимости, потому что чудовище как раз вырвалось из глубин озера и предстало перед путниками во всей красе.
Глава 21Опасные знания
Волна, которую, всплывая, подняла хищная медуза, омыла остров и чуть не сбила Рену с ног. Над ними возвышалось огромное прозрачное существо, похожее на стеклянный конус, в котором преломлялся солнечный свет, а на них бесконечным потоком обрушились каскады пахнущей водорослями и рыбой воды. В прозрачном туловище Рена увидела пульсирующие органы, каждый размером с человека – возможно, это остатки последней трапезы? Там, где у существа находилась голова, располагались щупальца толщиной с дерево, которые со свистом рассекали воздух и тянулись к путникам словно змеи.
Вокруг царили шум и хаос. Рена закричала, пытаясь криком прогнать страх, попятилась, споткнулась и с плеском шлёпнулась в воду. Дагуа поспешно затопал к берегу, к навесу, Роуэн следовал за ним по пятам. Рена хотела пойти за ними, но колени у неё так дрожали, что она лишь съёжилась на мелководье и, защищаясь, обхватила голову руками. Ей казалось, что её вот-вот схватит скользкая мокрая рука и утащит в глубину. Аликс подняла меч над головой, закрывая себя и Рену, пытаясь отбросить тянущиеся к ним щупальца и что-то крича.
Кинув взгляд на берег, чтобы убедиться, что с Роуэном всё в порядке, Рена увидела старого архивариуса: он стоял с довольным видом, сложив большие морщинистые руки на груди и сжимая серебряную трубку. Щупальца медузы рассекали воду будто плети, ловко хватая добычу. Рена почувствовала, что её схватили за ногу. Прозрачные отростки были твёрдыми и жилистыми, как если бы состояли только из мышц. Первая попытка медузе, видимо, не понравилась, и когда она ослабила хватку, собираясь перехватить трофей поудобнее, Рена ухитрилась стряхнуть щупальце. Дрожа с головы до ног, она снова двинулась к суше, но вода вдруг словно сгустилась, как сахарный сироп.
Дагуа и Роуэн с ужасом беспомощно смотрели на неё, не замечая, что старик отломил ветку с хлипкого деревца и теперь размахивает ею у них за спиной.
– Дагуа! Берегись! – крикнула Рена и нырнула в воду, спасаясь от приближающегося щупальца.
Пронзительный свист прорезал воздух. Всё сразу изменилось: щупальца прозрачной медузы, гигантское существо немного отодвинулось от берега и застыло, слегка покачиваясь. Аликс опустила меч. Рена фыркнула, откинула с глаз мокрые волосы и повернулась к острову.
В тишине отчётливо прозвучал тонкий голос старого архивариуса:
– Дагуа? Не Дагуа ли из Совета Гильдии?
– Тот самый, – прорычал Дагуа.
– Если бы я знал, что это ты, предпочёл бы погибнуть тысячью смертей, чем знакомить тебя с Мороком, тану! – крикнул старик, взмахом руки приказывая питомцу отойти. На мгновение показалось, что архивариус собирается упасть на колени. – Простите старика, умоляю!
– Ну, если бы я знал, что ты так встречаешь гостей, то сначала отправил бы тебе угря с запиской, – с кислой миной ответил Дагуа, выжимая подол своего плаща.
– Значит, это было знакомством с Мороком, – пробормотала Аликс, убирая оружие. – Неудивительно, что солдаты бежали со всех ног.
У старика, похоже, был хороший слух – он услышал её замечание.
– О, Морок очень добрый и никого не обижает, пока ему не прикажешь. Он питается микроорганизмами. А с гостями просто играет. – Теперь, когда архивариус был настроен дружелюбно, его широкий рот перестал казаться Рене уродливым и растянулся в лукавую ухмылку. В его глазах, мерцающих, как два золотых шарика, плясали яркие искры солнечного света. – Можете его погладить, ему это нравится.
– Спасибо, лучше не надо, – ответила Аликс и поплелась к берегу. – Приятно было с ним познакомиться, но дружбу завязывать что-то не хочется.
Однако Рене эта мысль не показалась такой уж отталкивающей. Она медленно вернулась на мелководье и протянула к медузе руку. Морок почти целиком ушёл под воду, и на поверхности осталась «голова» примерно в человеческий рост. Он медленно, чуть ли не робко шевелил щупальцами, а заметив Рену, быстро потянулся к ней отростком. Рена вздрогнула. Однако гибкое щупальце лишь ласково обвилось вокруг её руки, и она погладила его другой рукой. Полупрозрачная кожа на ощупь оказалась прохладной.
– Ему обязательно жить в глубине?
– Да, он живёт на самом дне озера – там ему есть чем кормиться. Но слух у него очень острый, он слышит мой свист где угодно, – сообщил архивариус. – К сожалению, ко мне он поднимается не часто, потому что легко обгорает на солнце. Несколько вдохов на свету – и у него появляется гадкая сыпь – да, Морок, малыш?
«Малыш», видимо, решил, что с него хватит, и исчез под водой. Несколько вдохов было слышно, как журчит вода в вызванном им водовороте.