Вот только становище оказалось не единственным… Да и договориться с хиннан было не так просто, как он думал. Кочевники были приветливы – внешне. Улыбались и кивали, охотно соглашались за золото добыть всё что угодно – от листьев дхау и редких целебных трав из гиблых оазисов до артефактов из Богами забытых мест, кишащих искажениями. Но оказалось, что толком поговорить с ними о чём-то кроме работы было делом безнадёжным – хиннан не любили, когда кто-то лез в их дела. Хранителю пришлось сделать целый ряд заказов, прежде чем его вообще допустили до костра.
Приходилось ходить вокруг да около, ни о чём не спрашивая напрямую, чтобы не разрушить даже те хрупкие мосты, которые пока удалось навести. Но из обрывочных бесед не получалось понять, кто из следопытов совершал вылазки в некрополь Шаидет. Да и когда совершал-то? «Недавно» ведь срок весьма неточный.
Дух неизменно советовал быть осторожным, да Хранитель и сам это понимал. Помимо того что хиннан, при всей своей внешней любезности, были чрезвычайно недоверчивы, среди них ведь могли оказаться посланники культа. К счастью, эти опасения не оправдались – те пока не вышли на его след. У кочевников оказалось неожиданно безопасно, можно было и задержаться, отдохнуть перед новым рывком.
Так они и путешествовали от становища к становищу, обсуждая, как лучше поступить, прислушиваясь к случайным разговорам. Но вот к концу подходила уже вторая луна скитаний между стоянками хиннан, перемежавшихся вылазками в руины. Хранитель обзавёлся целым ворохом редких ингредиентов и предметами старины разной степени ценности, которые можно будет выгодно перепродать в Ожерелье Городов. Но каких-либо нужных сведений добыть так и не получилось. Никто из охотников и следопытов даже вскользь не упоминал злополучный некрополь – тут и его скудных знаний языка хватало.
– Может, Фуяд-Нияд ошибся или соврал? – спросил он как-то у духа на очередном переходе между становищами. – И мы попросту теряем здесь время?
«Тот, кто мне нужен, был в Шаидет. Я точно это знаю. И у нас одна-единственная зацепка».
– Не думал, что предложу такое сам, но… Мы могли бы отправиться туда ещё раз. Поискать другие следы.
«В этот раз давай возьмём проводника из хиннан. Они не глупы – отправится тот, кто там уже бывал».
– А ведь ты прав! Так мы хотя бы поймём, кто здесь что на самом деле знает…
Вечером того же дня, воодушевлённый, Хранитель присел у общего костра. Он едва дождался, когда старики произнесут свои традиционные наставления, молодые обменяются последними новостями, а местный сказитель поведает очередную пустынную байку. Получив возможность поговорить с одним из старших охотников, он доверительно сообщил:
– Есть у меня кое-какое дело, да уж больно сложное. Не знаю даже, возьмётесь ли, хотя Мать Каэмит благоволит вам как никому иному. Ваши следопыты храбры и искусны, а нюх ваших сау остёр, как у самых страшных тварей песков.
Охотник широко улыбнулся, оценив традиционные похвалы, кивнул.
– Похоже на вызов, а вызовов мы не боимся, особенно если плата щедра. Что там у тебя?
– Один старый друг рассказывал мне о богатой мастабе времён древних рогатых царей. Там уже пробит грабительский лаз, да только он обвалился и вынести успели не всё.
Охотник пожал плечами – мол, ничего особенного.
– Разумеется, погребальная камера кишит тварями, нашедшими там временное пристанище, – продолжал Хранитель и добавил для красного словца, понизив голос: – Говорят, там и оживших мертвецов видели, хотя это чародейство редкое, злое.
«Осторожнее», – шепнул дух.
Хранитель и сам увидел, как глаза охотника странно блеснули, а лицо стало как будто суровее.
– У меня есть защитные амулеты, но я не сунусь в те места без проводника. Искажения опять-таки. Да и некрополь тот жуткий, к тому же огромный – слишком легко заблудиться, – Хранитель усмехнулся. – Конечно, чем страшнее место, тем выше награда, это мы все знаем. Но пока никто браться не захотел. Говорят, тропы там гиблые, да и чёрные копатели облюбовали окрестности – те, кто умеет справиться хотя бы с частью обычных людских страхов.
– Где находится мастаба? – уточнил охотник.
– В оазисе Шаидет. Есть у вас кто-то, кому те места знакомы? Я хорошо заплачу.
И снова эта неуловимая перемена в лице кочевника, на которую обратил его внимание дух. В следующий момент хиннан улыбнулся с обычной своей приветливостью.
– Да, мои братья и сёстры бывали в Шаидет. Найдём мы тебе проводника, господин. Только придётся немного подождать, как он вернётся.
Ждать обещанного проводника пришлось несколько дней, но по крайней мере теперь, когда наметилась цель, стало легче. Воодушевлённый удачным разговором с охотником, Хранитель понемногу начал расспрашивать о Шаидет. Кочевник, не таясь, рассказывал то, что собеседник и так уже знал от духа или видел сам. О бушующих в Месте Силы искажениях и опасных тропах. О разрушенных храмах и прекрасно сохранившейся амранской крепости на берегу вади, где можно разбить лагерь. О захоронениях разных эпох, от мастаб до поздних гробниц и целых катакомб, пролегающих под некрополем, где можно было найти немало нетронутых погребений. Говорил, что в Шаидет хиннан ходят неохотно, не сами по себе, а только если есть заказчик на соответствующий товар. Но вот не далее чем луны три или около того назад вроде как водили туда кого-то. Кого – Хранитель уточнять не стал, чтоб не вызывать подозрений, но слушал очень внимательно. Дух артефакта слушал вместе с ним, собранный, напряжённый, как хищник перед броском.
– Ну что, мы близки к цели, – довольно проговорил Хранитель, оставшись один в маленьком гостевом шатре, где ночевал все эти дни. Устроился поудобнее, закинув руки за голову. – Может, тебе как раз тот хиннан и нужен? Как ты его вообще узнаешь?
«Узнаю. Около трёх лун назад… Это похоже на правду».
– Ты говорил, что для тебя время течёт иначе?
«Но я чувствую, как оно течёт для тебя».
– Знаешь, я, пожалуй, даже буду по тебе скучать. Самую малость. Всё-таки хочется уже пожить спокойно, чтоб в спину никто не дышал и чтоб не шарахаться от каждой тени.
«Вполне нормальное желание. Гораздо лучше некоторых из тех, которые ты загадывал поначалу».
Под тихий смех духа Хранитель невольно покраснел.
– Ну, дурной был, а тут такая власть в руках.
«Видывал и похуже, уж поверь. Я тоже рад был нашим беседам и приключениям. И всё же пока не прощаюсь».
– Да-да, я тоже. Просто как-то… привык я к тебе, что ли. Даже без исполнения желаний. А имя-то у тебя есть хоть какое-нибудь? – вдруг спросил Хранитель. Почему-то сейчас это показалось очень важным, а раньше ведь и мысль такая не приходила.
Дух ответил не сразу. Наконец раздался тихий призрачный шёпот, как дуновение ветра, покачивающего полог шатра:
«Есть… Конечно есть».
– И как же тебя звать?
– Господин!
Хранитель вздрогнул от неожиданности, резко сел. Запоздало он узнал голос охотника, с которым беседовал о грядущем путешествии.
Но вошёл в шатёр не только он. Вторым был молодой хиннан с колким взглядом агатовых глаз и строгим неулыбчивым лицом. Два жёлтых пса шли с ним шаг в шаг.
Снаружи ждали ещё несколько кочевников, и вот это Хранителю совсем не понравилось. Бежать некуда – выход был только один.
Напустив на себя невозмутимый вид, он приветственно кивнул.
– Пусть Мать Каэмит глядит на ваши следы с милосердием. Это и есть обещанный проводник?
Охотник чуть улыбнулся, кивнул.
– Альяз – хороший воин и следопыт, ты не смотри, что молод. Он был в самом сердце Шаидет три луны назад.
– Что тебе там надо? – резко спросил тот, кого представили как Альяза. Говорил он с тяжёлым акцентом и без каких-либо лишних любезностей. – Ты задавал столько вопросов, что ветер разнёс их далеко над песками.
«Это не он. Мне нужен тот, кто…»
– …призвал мертвецов, – тихо проговорил Хранитель в один голос с духом.
Альяз мгновенно обнажил скимитар и двинулся на него. Хранитель успел только ловким привычным движением достать кинжалы, но шатёр уже наполнился кочевниками. Его выволокли наружу, скрутили, отобрав оружие.
– Так ты один из них? – процедил Альяз, приставляя лезвие к его горлу.
– Помоги мне… – одними губами позвал Хранитель, судорожно соображая, что же ответить.
Когда его глазами посмотрел дух, молодой следопыт невольно отпрянул, но скимитар не убрал. Хранитель почувствовал ту же чужую силу в своих руках, как недавно в амранской крепости. Дух мог высвободиться, раскидать своих пленителей, но сейчас почему-то медлил, изучающе смотрел на Альяза. А потом глухо произнёс:
– Последователи Рассечённого Лотоса мне не друзья. Скорее, напротив. И знак их я не ношу – можешь убедиться сам.
Альяз поморщился, качнул головой, очевидно, вспомнив, на какое место культисты наносили себе татуировку.
Даже схваченный, дух говорил с таким достоинством, словно это он был хозяином положения, а не молодой следопыт со скимитаром у их горла.
– Ответь, ты ли был проводником того, кто пробудил… псоглавых стражей и натравил их на культ?
Вот теперь Альяз распахнул глаза, не в силах скрыть изумления. Скимитар у горла Хранителя чуть дрогнул.
– Откуда ты знаешь про стражей?
Дух усмехнулся.
– Ветер разнёс над песками.
Помедлив, Альяз убрал клинок, кивнул своим спутникам.
– Обыщите.
Хранитель хотел протестовать, но дух спокойно позволил забрать и оружие, и мешочки с золотом, амулетами, снадобьями, ядами. И лишь когда один из кочевников полез ему за пазуху – туда, где был скрыт завёрнутый в тряпьё артефакт, – неуловимым движением схватил хиннан за руку, стиснул почти до хруста костей.
– Не нужно. Это – для того, кто пробудил их.
Хранитель вздохнул бы от облегчения, если б мог. Получись у хиннан забрать артефакт – и всё, всё будет зря, потому что тот просто исчезнет. По крайней мере, так говорил дух.
Передать можно было только добровольно.