– Прекрати! Эридан, эта безголовая девица что-то съела.
Рядом возникло ещё пятно. Темное.
– В черном-черном лесу, стоит черная-черная избушка, в которой живёт черная-черная рука... А ты злой! Злой, плохой блондин. Все. Не люблю тебя больше.
– Эр! Не смотри на меня так! Мы с ней родственники. Ты же знаешь. Ничего не было и быть не могло! – принялся оправдываться виконт, – Слово "люблю" она использовала образно.
Темное пятно как-то злилось что ли... Леночка ещё сильнее напрягла глаза, не понимая, почему глупый виконт называет именем герцога какую-то фиговину. Однако, фиговина, что странно, вдруг на самом деле, приняла облик Эридана.
– Оооо... Любимый. Привет. Люююбииимыыый... – Леночка снова глупо хихикнула. – Короче, я тебя люблю. Ты самый прекрасный мужчина в мире. Нет. Во всех мирах. Даааа... А виконт – бяка! Пшёл прочь...
Девушка снова пнула Арака, упорно стараясь попасть тому в колено. Однако, наученный опытом, он весьма шустро отскочил в сторону.
– Эллен, – герцог повернул девушку к себе, заглядывая ей в лицо, – Сколько ты съела? Сколько?
– Всего лишь два яблочка. Два малюсеньких яблочка. Тебе жалко?!
– Мне для тебя ничего не жалко. Даже собственной жизни, но нельзя, ни в коем случае нельзя есть плоды леса Р'аах. Это эльфийское колдовство, которое защищает их святыню. Оно сводит с ума. Что ж ты творишь...
– Эр, можешь это исправить? – виконт не приближался больше, видимо, решив не рисковать своими конечностями.
– Нет! – в голосе герцога звучало отчаяние, – Я не могу. Это магия эльфов. Никто не может. Только они. Но пока мы доберёмся, думаю, что исцелить вообще будет сложно.
Леночка отвлеклась, потому как из кустов выбежал зайчик. Он махал ей лапкой, приглашая следовать за собой и очень игриво подмигивал.
– Черный, ты же Дракон. Обращайся. Только так сможешь попасть в Эвендайл быстро.
Женский голос... Баба! Вот ведь козел! Бабу привел. Ну, уж нет! Елена Михайловна своего мужика никому не отдаст. За счастье нужно бороться. Не сомневаясь ни минуты, Леночка наклонила голову, словно бык, увидевший тореадора, и рванула в сторону предположительной соперницы. Правда, разглядеть ее не могла, но, какая разница. В последнюю секунду кто-то ухватил девушку за шиворот, не давая возможности вступить в драку.
– Милая, родная, потерпи, пожалуйста. Немного совсем. Я сейчас отнесу тебя туда, где помогут.
– Если захотят... – рядом маячило остроухое лицо. – Точнее говоря, если сможешь их убедить.
Неожиданно Эридан перекинул девушку в руки Араку, который при этом, с опаской, старался держаться на расстоянии.
– Не отпускай, Ар. Я обращаюсь.
Елена Михайловна с интересом смотрела, как герцог отступает назад. Почему? Зачем он уходит? Мгновение и перед ней расправлял крылья огромный черный Дракон.
– Оооо... Какой красивый... Да отчпись уже! – девушка оттолкнула виконта, а затем шагнула к сказочному существу. – Я думала, ты страшный. А ты... Великолепен...
Дракон склонил голову, обдавая девушку горячим дыханием, вырывающимся из ноздрей. Но ей не было от этого неприятно. Наоборот. В груди разливалось волнительное тепло.
– Отлично! Есть Дракон и сумасшедшая девица. Только как ты ее донесешь? Посажу сверху, она просто свалится во время полета. – Виконт кружил рядом с обратившимся другом, примеряясь, куда можно деть Елену Михайловну.
– Знаешь что... Без сопливых гололёд. Понял? Сами разберемся.
Леночка, покачиваясь, обошла Арака и принялась карабкаться на своего Дракона. Два раза скатилась кубарем, третий раз почти долезла до шеи, но снова рухнула вниз, где была поймана когтистой лапой, в которой при желании могли уместиться ещё трое. Дракон аккуратно ухватил ее за талию, обдал своим горячим дыханием, а потом, оттолкнувшись от земли, устремился вверх.
Глава шестнадцатая
Так страшно Эридану не было никогда. Он вообще не думал, что способен на подобные чувства. Ему казалось, не существует причины, по которой сердце, и драконье, и человеческое, будет заходится в панике. Это слабость, а слабости для него не допустимы Однако, как всегда, недооценил свое Предназначение.
Ситуация и без того была сложная. С момента встречи девушка в основном молчала и сторонилась. Только объяснила историю с Мирой. После рассказа Эллен, правда, стало значительно легче. Хотя бы, Арак оказался прав, и поступок родственницы виконта не являлся запланированным действием. Стечение обстоятельств. Конечно, провинциальная жизнь невесты до переезда в столицу вполне объясняла ее незнание о Проклятой. Чем та, похоже, и воспользовалась. Однако, Эллен, закончив исповедь, которая, ко всему прочему имела информацию для самого Эридана крайне неожиданную, потому что ему даже в голову не приходило, будто Дракон-прародитель мог утаить настоящую историю своего появления, замкнулась. Скорее всего, причина была в Ларри. Герцог итак испытывал чувство вины. Естественно, вполне понятно, Эллен злится. Проворонил ее отца. Нет оправдания подобной безответственности. И главное, теперь они на земле эльфов, обратно в Каньон не вернутся. Соответственно, найти следы Ларри вообще не факт, что получится. Даже с помощью Силы Эридан не смог нащупать направление, куда сподобился деться родитель невесты. Каньон исказил все остатки присутствия Ларри. Конечно, в подобных обстоятельствах вполне понятна обида и злость Эллен. Выходит, даже в такой мелочи она не может положиться на Эридана.
Потому герцог сам не рвался ближе к девушке. Оправдываться и объяснять, что пропажа случилась в момент, когда он, обращённый Драконом, кружил в небе, казалось ему глупым.
Но когда стало понятно, что Эллен ухитрилась все же, не смотря на слова Рея, съесть плодов леса Р'аах, герцог наплевал на свои терзания. Ее необдуманный, сумасшедший поступок повлек за собо неминуемый итог. В свое время многие стремились оказаться на территории Р'аах ради того, чтоб заполучить древесину эльфийских дубов контрабандой. Соответственно, преодолевали Тропу, а затем варварским способом вырубали окраину леса. Ушастые и сами достаточно часто создавали различные предметы из дуба, но процесс там был сложный, всегда обоюдный. Необходимо найти сильное, старое дерево, поговорить с ним, спросить позволения и взять столько, сколько оно разрешит. Вот так, как поступали люди, не допустимо. Поэтому эльфы своей магией сделали Р'аах опасным местом для любителей наживы. Человек, оказавшись в лесу, начинал испытывать чувство сильного голода. Естественно, видя перед глазами свежие, румяные фрукты, не выдержав соблазна, срывал плоды. Однако, стоило откусить, срабатывала та самая эльфийская защита. Забывалось, для чего человек вообще пришел в Р'аах. Плоды пьянили его, кружили голову и уводили в несуществующий мир. Осмелевшийся покуситься на святыню, в ней же и оставался навсегда. Что потом происходило с этими людьми, неведомо. Однозначно, ни один обратно не вернулся. Эридан предполагал, что, скорее всего, они становились частью леса. Это же святыня Первородных, которым не очень интересна судьба какого-то там человека. Пришел, попытался навредить – будь добр, расплачиваться за свои поступки.
Эллен ухитрилась съесть целых два яблока. Два! Страшно представить, что творилось у нее в голове. По крайней мере, вела она себя очень странно. Пыталась подраться то с Араком, то с Наидой, а потом... Потом назвала Эридана лучшим мужчиной и призналась в любви. Что это? Ее истинные чувства или влияние эльфийской магии? Герцог решил разобраться позже. Сейчас его волновала лишь девушка и Эвендайл, единственное место, где ей могли оказать помощь. Правда, Рей совершенно верно сказал, если захотят. С Первородными в этом плане всегда было сложно. Жили они обособленно, секреты своей магии, в основе которой, вообще не понятно что, то ли Дар, то ли Сила, никому не открывали. Направо, налево ею не раскидывались.
Однако, не смотря на все обстоятельства, Эридан знал точно, если ушастые посмеют отказать, он сожжет их хвалёный Эвендайл до тла. Жестоко? Возможно, но сейчас его волновало лишь благополучие Эллен. Которую, кстати говоря, нести в когтистой лапе было сложно. По одной простой причине. Девушка раскинула руки, потом, подумав, и ноги тоже.
– Смотри, я птичка!
Она смеялась и ужасно веселилась от всего происходящего. Пыталась даже повторять взмахи крыльев самого Эридана. Очевидно, связь с реальностью родственница виконта потеряла окончательно. Поэтому, когда внизу блеснули шпили башен Эвендайла, Дракон устремился к городу прямо на той же скорости, с которой парил под облаками.
Явление вышло шедевральное. На главную площадь, расположенную перед дворцом правителя, высыпало огромное количество Первородных, в том числе сам Тхалар, с серебристой короной на платиновых волосах. Видимо, Эридан прервал какое-то официальное мероприятие. К счастью, обалдев при виде Дракона, которого теоретически быть не может, эльфы не предприняли никаких агрессивных действий, а то приключился бы межгосударственный конфликт. Не запланировано.
Дракон приземлился на выложенную темно-зеленым камнем площадь, осторожно положил Эллен рядом, а потом обратился. По толпе и без того ошарашенных эльфов пронесся вздох то ли восхищения, то ли ужаса.
– Герцог Черный... – Правитель Тхалар даже отступил на два шага назад, словно не веря своим глазам. – Но... Как? Вы больше не имеете возможности возрождения...
– В силу вашего образа жизни вы узнаете новости с опозданием. Я все расскажу, подробно, но позже. Сейчас нужно помочь этой девушке.
– Лес Р'аах... – Эльф покачал головой, – Она сама виновата. Зачем помогать?
– Она не знала. Сделала это не специально. У нее не было цели оскорбить святыню. Это вышло случайно. Мы переместились через портал...
– В земли эльфов не возможно переместиться через портал. Исключено. – Тхалар возмущённо перевел взгляд с Эллен на Эридана.
– Я знаю. Но она смогла сделать это. Сам не представляю, как. Причем, из Каньона. Из замка Проклятой.