Задача, мягко говоря, не самая простая.
— Взрослые — глупые.
— Согласно моим данным, данная оценка может считаться условно истинной.
Блю и Багира наблюдали за спором между гвардейцами и натуральной толпой пони всех видов, собравшейся неподалеку от их дома. И если кобылка могла только предполагать, что именно там происходит, то тигрица вполне уверенно расшифровывала речь всех участников спора. Тема ей уже традиционно не нравилась.
Пони. Органические платформы, которые иногда просто не заслуживали атрибута «интеллектуальные». Большая группа живой силы численностью оценочно в шестьдесят единиц прибыла, чтобы, цитата, «спасти маленькую кобылку от безумных экспериментов Твайлайт Спаркл». Наглядная демонстрация неспособности командования Эквестрии управлять собственными силами, неподчинение и самовольные действия.
Багира на всякий случай произвела дополнительную диагностику оружия и шасси, что, конечно же, заметила Блю Флауэр.
— Думаешь, они попытаются нас убить?
— Отрицательно, согласно моим данным, ты в относительной безопасности.
— А ты?
— Нет точных данных о вооружении и платформ класса пони. Предварительно, подклассы «единорог» и «пегас» способны нанести огневое поражение.
— Попонятнее, Багира, я ничегошеньки не поняла.
— Проще говоря, единороги и пегасы теоретически являются угрозой для моей платформы. В случае начала боевых действий, немедленно покинь зону боестолкновения.
— Хорошо… Надеюсь, взрослые не настолько глупые, и все-таки нас не тронут. Ну, тебя не тронут.
— Анализ ситуации: оценка: низкобезопасно. Вероятность боестолкновения — ниже среднего. Ожидается вмешательства командующего состава.
Багира замолчала, фокусируя объективы на одном из пони, что ругался с гвардейцами. Крупная платформа подкласса «земнопони», светло-зеленый цвет корпуса, оценка угрозы — средняя. Сам по себе в боевом плане не опасен, но является офицером враждебно настроенной группы живой силы. Тигрица отметила его, как первичную цель к устранению при начале боевых действий — органики без лидера значительно менее опасны, не имея возможности эффективно координировать свои действия без командного протокола.
Еще раз пересчитав пони, машина переоценила численность сторон. Враждебно настроенных платформ было шестьдесять восемь, из которых сорок две были потенциально опасны, представленные подклассами «единорог» и «пегас». Из условно союзных сил было десять единиц наземных платформ и четыре — высокоманевренных воздушных. С учетом общей координации и снаряжения, демонстрирующего принадлежность к неким подразделениям, общая оценка боеспособности условно-союзных сил была довольно обнадеживающей.
Только тигрице все происходящее все равно не нравилось.
Неужели органики не могли дать ей дожить свои дни в спокойствии? Что вынуждало пони так яростно ее ненавидеть, называть злом просто по факту существования? Она ликвидировала только мантикор и древоволков, единицы, враждебные этим платформам, но, как и обычно, вместо благодарности эти глупые существа решили отобрать у нее последнюю радость — Блю Флауэр. Это раздражало. Злило. Создавало противоречия, которые требовалось решать, но ей не хватало опыта социальных взаимодействий, чтобы принять верное решение. Она все еще не понимала, как ей реагировать и что делать, смысл действий органических платформ ускользал от робота.
«Органические платформы не применяют расчет параметров и логические операции при принятии решений», — пришла к выводу Багира. «С исключениями»
У создателей была фраза, «решить броском монетки» — принять решение, основываясь на результатах работы генератора случайных чисел. Как показалось машине, пони все время «бросали монетку», решая, что им предпринять, после чего с упрямством циклического алгоритма без точки выхода долбились в созданную проблему, не желая признавать своей ошибки.
Упрямство. Свойство с двумя исходами, которое было присуще и самой тигрице, иногда оно приводило к успеху, но нередко оно же вело к проблемам. Стальная кошка не сомневалась в своем поражении в борьбе с пони, она не могла воевать с целым миром, но это не отменяло серьезных потерь для органических платформ. У них не было терпения, все, что им требовалось — подождать несколько дней. Но вместо этого, подтверждая вывод, они продолжали упрямо долбиться в ее терпение, не понимая, что если раз за разом таскать тигра за хвост, то он вскоре откусит тебе голову.
Аналогия показалась Багире странной — таскать ее за хвост было бесполезно. Сочленения просто не выдержат такую нагрузку.
— Пойду, скажу им, чтобы уходили, — Блю отлипла от окна и направилась к двери.
— Рекомендация: данное действие сопряжено с риском. Враждебно настроенное подразделение может оказать силовое воздействие.
— У нас тут гвардейцы и Вондерболты, — фыркнула кобылка. — Ну и ты рядом. Что показывают твои расчеты, если учитывать эти… Э… Параметры, верно?
— Перерасчет совершен, — тигрица медленно кивнула. — Будь осторожна, Блю Флауэр.
— Конечно, буду, я просто выгляну, чтобы эти глупые взрослые меня увидели.
Машина медленно проводила взглядом пони и перевела фокус объективов на толпу на улице. В случае чего, алгоритм действий был прост: выбить окно и прыжком сократить дистанцию, после чего нанести поражение вражеским целям оружием ближнего боя. Для борьбы с единорогами и пегасами Багира решила выделить половину боекомплекта спаренного крупнокалиберного пулемета.
Что-то в глубине схем стальной тигрицы надеялось, что до боестолкновения не дойдет, но она уже просто ни в чем не была уверена.
Блю осторожно приоткрыла дверь и тут же отшатнулась — шум и крики оказались неожиданно громкими. Луна похоже и правда лично накладывала заклинание звукоизоляции, раз уж внутри было столь тихо — пони еле-еле слышала голоса. Кобылка вдохнула, выдохнула, и решительно шагнула наружу.
Ничего не произошло.
Пони как орали на гвардейцев, так и орали, не обращая внимания на дом. Посмелев, земнопони вышла на улицу, предусмотрительно подперев дверь крупом, чтобы успеть юркнуть внутрь, и громко постучала задней ногой в дверной косяк.
Блю Флауэр, наконец, поняла, как тишина может быть оглушающей — после такого-то шума ей на мгновение показалось, что она и правда лишилась слуха.
— А вы можете спорить и ругаться где-нибудь в другой части Эквестрии, пожалуйста? — достаточно громко, чтобы в запершило в горле, спросила пони.
— Видите? — гвардеец чуть сместился в сторону. — Я не лгал, Блю Флауэр находится в доме по своей собственной воле.
— Маленькой кобылке не место рядом с этим железным чудовищием! — рявкнул земнопони, делая шаг вперед. — Немедленно верните ее домой!
— А если я не хочу домой?
— А ты вообще молчи! Мелкая еще слишком, со взрослыми пререкаться!
Блю опешила, круглыми глазами смотря на жеребца. Ее папа никогда не позволял себе на нее Так кричать. Да, бывало, ругался, причитал, но всегда по делу, и никогда не упирал на ее возраст. Если он и говорил, что она маленькая, то всегда пояснял, что дело в ее росте, выносливости и жизненном опыте. Особенно часто подобные разговоры-споры велись когда-то вокрут темы Вечнодикого, который манил кобылку своими тайнами.
— Прекратите кричать на нее, — гвардеец, явно потеряв терпение, оттеснил земнопони своим телом, вызывав возмущенное ржание. — Расходитесь! Немедленно!
— А ты нам не приказывай!
— Тираны!
— Гоните их!
— Блю Флауэр, рекомендация: немедленно покинуть открытое пространство, — тигрица высунула голову в дверной проем, нависнув над пони. — Оценка ситуации: эскалация. Здесь небезопасно.
— Да, да… Я… — пони начала пятиться, ей было страшно поворачиваться к начавшей бесноваться толпе.
Она не понимала, как такое возможно. В Понивилле никогда ничего подобного не происходило! Чтобы пони кричали на стражу? На гвардейцев?! Да никогда такого не было!
Прямо перед домом приземлились еще двое пони, с перепончатыми крыльями. Багира отметила кисточки на ушах и кошачьи объективы, вернее, глаза. Защитное снаряжение было другого цвета — темно-синего.
— Пожалуйста, спрячься внутри, — вежливо попросил один из них, не оборачиваясь.
— Странно все это, — заметил второй, напряженно следя за тем, как десять гвардейцев пытаются сдержать толпу. Вондерболты спешно конденсировали грозовые облака, явно собирась полить бунтующих холодным, проливным дождем. — Ты связался с госпожой Луной?
— Так точно.
Стоило земнопони пересечь порог, как один из перепончатокрылых пони закрыл дверь задней ногой, надежно отсекая шум снаружи.
— Блю Флауэр, требуется пояснение: неизвестный подкласс платформы класса «пони».
— Это фестралы, — тихо ответила кобылка, прижимаясь к холодной, угловатой, но кажущейся такой надежной передней лапе тигрицы. — Их еще называют «бэтпони», но они не любят, когда их так зовут.
— Подкласс «фестрал», альтернативное низкоприоритетное нерекомендуемое наименование «бэтпони», информация записана.
— Я не понимаю, что происходит…
— Мои знания о социальных взаимодействиях внутри социальной структуры типа «общество» крайне ограничены. Но, кажется, это называется «бунт». Согласно полученной аудио-визуальной информации, данная группа органических интеллектуальных платформ недовольна решениями текущего командования. Один из признаков бунта — противостояние местным военным силам.
— И что нам делать?
— Собери свое снаряжение. Возможно, потребуется эвакуация.
— Да едрено ж сено! — в сердцах воскликнула Блю Флауэр, тут же закрыв рот копытами. — Ой, я этого не говорила! Эм… Почему они не оставят нас в покое? Мы просто хотим хорошо провести время! Его не так много!
— Я не могу сгенерировать даже предположительный ответ, мне не хватает данных и опыта социальных взаимодействий. Не бойся, Блю, я защищу тебя.
— А я — тебя, Багира. Ведь мы — друзья, а друзья не бросают друг друга в беде.