– Это наземный контроль майору Тому, – послышался голос Уэса. – Ты уже надел шлем?
– Даже не начинай, – ответил я, предвкушая дальнейшее развитие событий. С той минуты, когда утром я обнаружил, что наше место встречи около школы пустовало, как и наш обеденный столик, я был весь на иголках и ждал, когда «упадет второй ботинок». Точнее, когда порвется последняя застежка на черных ботинках с подкладкой.
– Она меня не отпускала, – жалобно заговорил Уэс, усаживаясь напротив меня. – Поэтому я так долго не приходил.
Облокотившись на стол, я обхватил голову руками в надежде избавиться от ноющей боли.
– А сейчас зачем пришел? – спросил я, несмотря на то что и сам догадался.
– Я выпросил у нее разрешение встретиться с тобой, пока она не совершила какую-нибудь глупость, – ответил он. – И хочу, чтобы ты еще раз подумал о решении Шарлотты вернуться в «Молдавию». А если ее план прогорит, мы расскажем Растину о тебе.
– Расскажете что? – полюбопытствовал я.
– Что ты не можешь контролировать свои эмоции и подвергаешь себя опасности. И еще что мы волнуемся за твое психическое здоровье. А из-за того, что тебе запрещено с нами ездить, Шарлотта планирует пойти одна.
– Ты же несерьезно.
– Да, это жестко, – признался Уэс. – Даже для нее.
– Ты это хотел мне сказать? – Опустив руку, я впился в него зверским взглядом. – То есть, по-твоему, мне стоит забить на то, что Шарлотта отправляется в «Молдавию» с этим чертовым экстрасенсом? Я думал, что мы оба понимаем, за кого Растин переживает на самом деле.
– Шарлотта думает, что там тебя быстро убьют, – сказал он. – Но теперь я и сам считаю, что если мы позволим ей уйти, то это конец. И, честно говоря, я пришел из-за того, что завтра после школы она хочет отправиться к Эрику, а я ни за что не доверю Шарлотту этому Растину. Выходит, ни ты, ни я не хотим ее отпускать, поэтому дай-ка мне по-дружески ударить тебя в плечо.
Я оторвался от еды и с недоумением посмотрел на Уэса.
– Чего?
– Вот и славно, – сказал он. – Мне безумно нравится твой разъяренный взгляд. Жаль только, что тебя не всегда получается довести и испортить имидж непревзойденного Капитана Америки. Но ничего страшного, разделяй и властвуй. Однако я все же должен тебя ударить. – Он тяжело вздохнул. – Знаешь, я бы мог позволить тебе атаковать первым, но если драку начну не я, Шарлотта точно не купится.
– Ты вообще слышишь, что говоришь? – обескураженным голосом спросил я.
– А если мне повезет, то после всего этого спектакля она даст мне еще один шанс, – радостно заявил он. – Но еще важнее то, что Шарлотта будет в безопасности. К тому же навряд ли она догадается, что завтра утром мы с тобой тайком отправимся в «Молдавию». Только подумай, это же гениально. Родители будут на работе, а на занятия нас не пустят. Между прочим, ты задолжал мне ответный удар. Не стоит тебе забывать о законе абсолютной нетерпимости. В левый бок, пожалуйста.
Я нервно моргнул, пытаясь прийти в себя после этого бреда сумасшедшего.
Спустя мгновение я кивнул.
– Погоди-ка. Что подразумевалось под «даст мне шанс»?
– Я влюблен в нее, – произнес он монотонным голосом. – Но у тебя, Лукас, я точно не стану спрашивать разрешения с ней встречаться, даже если когда-то вы и были парочкой, хоть и довольно странной.
Пребывая в полном недоумении, я откинулся назад.
– Странной?
– Кстати, – заговорил он, эмоционально размахивая руками. – Можешь не переживать насчет того медленного танца. Я безумно ревновал, но сейчас все о’кей. Пока ты танцуешь с моей девушкой, я танцую с твоей.
– Шарлотта не твоя девушка.
Вдруг его глаза расширились, заставив мое сердце заледенеть.
– Я работаю над этим.
– Подожди-ка, парень. – Я выпрямился и положил руки на стол. – То есть ты хочешь сказать, что все это время Стефани тебе не нравилась?
– И что дальше? – перебил меня Уэс. – Вот серьезно, если бы я не сказал тебе, что собираюсь приударить за дочерью Арманда, что бы ты сделал?
Пытаясь переварить все сказанное, я осуждающе нахмурился. Воевал Уэс на два фронта или, как обычно, превратился в тройного агента, у которого не все дома? Неужели он решил окончательно запудрить мне мозги и открыть всю правду? Правду о Шарлотте.
В этом не было никакого смысла.
Но то, что Уэс был влюблен в Шарлотту… В этом было еще меньше смысла. Если только это не какая-то ошибка.
Ведь если бы ему действительно нравилась Стефани, разве стал бы он этим делиться? Да, мы были друзьями, но ради того, чтобы добиться своего, Уэс пойдет на все. И, судя по всему, он и правда влюбился в Шарлотту. В последнее время я стал замечать, как он постоянно околачивается возле нее, а на танцевальном вечере они и вовсе держались за руки.
– А я скажу, чем бы это закончилось, – нарушил Уэс тишину. – Скромняга Лукас продолжал бы сидеть на заднице ровно и ждать, пока к нему кто-нибудь подойдет. Правда, такое было популярно в сороковых годах прошлого века, но ты не волнуйся. Ну и, конечно, все твои мысли были бы поглощены только ею. В принципе, как и сейчас, но с одной ремаркой – благодаря мне она официально твоя девушка.
– Все это был жалкий спектакль, – сказал я, растерянно покачивая головой.
– Да, игра для заигрываний, – сказал он, окинув меня равнодушным взглядом. – Чем быстрее ты сблизишься со Стефани, тем быстрее мы с Шарлоттой начнем встречаться.
Его продуманный ход выдавил из меня легкую ухмылку.
– И сколько? – спросил я. – Сколько ты уже в нее влюблен?
– Ну, скажем, я уже несколько раз тебя убил, пока вы были вместе. Но в свою защиту скажу, что Патрик был со мной солидарен, ибо ему тоже показалось, что вы, ребята, выглядели весьма чудно.
Усомнившись в его честности, я поглубже заглянул в его глаза.
Когда дело касалось Уэса, от него можно было ожидать чего угодно.
– То есть ты хочешь сказать, что не ухаживаешь за Шарлоттой только потому, что она до сих пор влюблена в меня?
– Мне и не нужно ничего говорить, – отрезал он, а нотки искренней досады в его голосе подтвердили, что Уэс не лгал. – Вчера она сама это сказала.
– Когда?
– А я смотрю, внимательность твой конек. Надо было слушать Шарлотту, когда она сказала, что поможет твоей девушке. Ей действительно жаль Стеф, но больше всего она хочет защитить тебя.
Только я собрался прервать нашу беседу, как у меня возник другой вопрос.
– А Трик в курсе о вас с Шарлоттой?
– Нет, я сказал только тебе, – нервно сглотнул Уэс, стиснув зубы. – Это очень щепетильный вопрос, понимаешь? Если я пережил ваши отношения один раз, это не значит, что переживу и второй. Но Стефани… Ее внезапное появление изменило все.
В этом он был прав. Стефани разрушила нашу УЖАСную команду до основания, превратив ее в нечто новое. А что касается Шарлотты, я знал ее гораздо лучше, чем Уэс. Мы вместе росли с пеленок и за это время сильно сблизились. Судя по всему, она действительно хотела меня защитить и немного ревновала к новому члену команды. Однако я был уверен, что ее враждебный настрой по большей части был связан с переменами в наших отношениях. Но сейчас, когда Уэс разоткровенничался и рассказал о своих чувствах к Шарлотте, все встало на свои места. Не сказал бы, что их романтические отношения меня устраивали. Но как бы отреагировал Уэс, если бы я сказал, что инициатором нашего расставания была Шарлотта? Изменил бы он свое мнение насчет своей ревностной теории заговора?
Может быть, однажды я ему расскажу. На выпускном или что-то в этом роде. Сейчас нам нужно сосредоточиться на другом, а именно усовершенствовать его план.
– Хотелось бы уточнить, – озадаченно спросил я. – Ты думаешь, что из-за нашей дурацкой потасовки Шарлотта успокоится? Почему просто нельзя ей сказать, что я согласился отпустить ее с Растином?
– Потому что, чертов Пуффендуй.
– Кто?
– Из тебя вышел бы ужасный лжец.
Тут он меня подловил.
– Тем не менее, – возразил я. – Мне кажется, что нашей ссорой мы только расшатаем ей нервы.
– Просто подумай над тем, что я сказал, – настаивал он. – Я понимаю, что действовать по плану ты не любишь, но все же давай попробуем.
Окинув его сердитым взглядом, я сжал ладонь в кулак и еле сдержался, чтобы его не ударить.
– Ее главная цель – выбросить твою пешку с шахматной доски, – вспылил Уэс. – Но проблема в том, что если ты не станешь следовать плану, тогда она будет вынуждена отдать свою ладью. Однако, если ты все же принесешь своего коня в жертву ее слону, то бишь мне, тогда мы сможем штурмовать замок, пока наша королева будет на уроке химии.
– Ты идиот.
– По-хорошему, ей нужен Растин, – сказал Уэс. – Но если что, она пойдет одна и попытается договориться с… черт возьми, что я несу… масками Эрика, лишь бы защитить тебя. Это значит, что тебе нужно обязательно уложиться в тайм-аут, иначе следующим ее шагом будет дисквалификация Растина, и больше тебе никто не сможет помочь. Это ее план Б. Но если ты уже влипнешь в неприятности, тогда Шарлотта прибегнет к плану А и завтра же отправится к Растину. А вся фишка в том, что к этому времени мы уже сгоняем туда и обратно.
Я неуклюже рассмеялся.
– И все же как наша драка спасет ваши отношения?
– Между нами ничего нет, – отрезал он, отрицательно мотая головой, как будто я был полным идиотом. – И не будет до тех пор, пока Стеф не вернется домой. Поэтому отложим эту занимательную беседу на потом. Лучше скажи, ты в игре или нет?
– Ты всерьез решил отправиться с нами в «Молдавию»? – выдержав некоторую паузу, спросил я. – Завтра?
– Без глупых трюков, Шарлотты, лишней суеты и заморочек, Растин открывает портал в «Молдавию». Мы делаем свое дело, а ты, как одиннадцатый друг Оушена и профессиональный преступник, выводишь Стефани, пока мы с Ширази думаем, как убить кровавого Эрика.
Речь Уэса прозвучала убедительно. По крайней мере, с Растином у нас действительно был шанс на победу. А теперь и настоящий план.