ни вроде тебя, чурбаны. А у неё ум живой, творческий, может… подхватить что-то. Как…
Настя не закончила, однако Николай и сам понял, что она хотела сказать. «Как я».
- Думаешь, эта пакость на стенах… как-то создала ту тварь? – спросил Николай, беря подругу за плечи и легонько подталкивая вперёд, прочь от осквернённого храма. – Или… призвала?
- Да, - кивнула Настя. – Учёные на британской базе искали способ перемещения всякого из мира в мир. Если Риксгард не врал, они от науки перешли к эзотерике, и добились успеха. Перемещают вот…
- Тогда это была ловушка? – майор подавил желание оглянуться через плечо. Что-то подсказывало, что даже ему не стоит лишний раз смотреть на богомерзкие узоры, нарисованные явно не чернилами.
- Или эксперимент, - сыщица повела плечами. Поджала губы. – Не знаю, что стало с деревенскими, но тут был… ритуал, своего рода. Наши пираты-призраки хотели призвать конкретную тварь известным им способом – и призвали. Но оставили её тут именно нам в подарок, это верно.
- Тогда они близки к тому… чтобы позвать сюда хозяина того голоса, - заметил Дронов. – Опять же, если Риксгард всё верно сказал.
- И медлить нам нельзя, - согласилась Анастасия.
Десантная команда отыскала в деревне куски ветхого брезента и теперь укладывала на них останки погибших матросов. Боцман с двумя стрелками продолжал прочёсывать дальний конец островка. Мира наблюдала за работой подчинённых, держа на локте перезаряженный автопистолет. Заметив краем глаза агентов, она повернулась к ним:
- Мы заканчиваем обыск. С корабля передали гелиографом – канонерка вернулась. Летуны отследили полосу тумана, тянущуюся в море, и в ней какое-то движение. Капитан хочет выдвинуться наперехват. У нас десять минут. Тела погибших оставим здесь, канонерка их позже заберёт.
Дронов кивнул в ответ, подавив невольную улыбку. Встреча с монстром и гибель товарищей много кого надолго выбила бы из колеи. Но лейтенант взяла себя в руки очень быстро, и теперь снова выглядела как образцовый офицер. Разве что мокрый песок на кителе и в рыжих волосах несколько портил образ.
- Мира, - сказал он, позволив себе менее формальный тон. После пережитого вместе это показалось майору уместным. – У вас есть способ запросить огонь с корабля на определённую точку?
- Да. Цветной дым, - девушка похлопала себя по ремню, где возле фляжки крепились три картонных цилиндра, покрашенный в красный, жёлтый и фиолетовый цвета. – Могу даже указать, какой вид снарядов нужен.
- Тогда… - Николай взмахом указал на церковь. – Здание нужно сжечь. Внутрь никому заходить не следует.
Лейтенант нахмурилась, однако вопросов задавать не стала. Вынув из петельки жёлтый цилиндр, сказала:
- Идите в шлюпку, я догоню.
Уже с пляжа Николай увидел, как над храмом взвился столб золотистого дыма. Мира выбежала из-за зданий деревни, придерживая ножны шпаги, запрыгнула на нос шлюпки, перебралась к корме, хлопнула загребного по плечу. Вёсла ударили по воде, шлюпки отошли от берега как раз в тот момент, когда заговорили пушки миноносца. «Сорок второй» дал три залпа – как понял Николай, зажигательными снарядами. После первого же попадания дощатый храм рухнул, пламя охватило его моментально. Жёлтый дым смешался с чёрным – неожиданно густым, словно горел склад мазута.
На палубе их встречал взволнованный энсин Джонсон.
- Мира! – воскликнул он, напрочь забыв про субординацию. – Ты цела?!
- Да, не волнуйся, - тепло улыбнулась ему рыжая девушка, последней выбравшаяся из шлюпки. – И спасибо, твои ребята нас всех спасли.
- Да разве… ну… - огромный индеец покраснел – хотя с его оттенком кожи это казалось невозможным. Он сцепил пальцы в замок перед грудью, втянул голову в плечи. – Чего там…
- Правда, отличная стрельба, - поддержал Миру Дронов. – Положи вы первые фугасы чуть мимо той твари – и мы с лейтенантом Принс тут не стояли бы. Сразу в цель без пристрелки – это здорово.
- Но… не все вернулись, - пробормотал энсин, окидывая взглядом построившихся у шлюпок десантников.
- Твоей вины тут нет, - Мира вздохнула. Вслух она этого не сказала, но майор догадывался, что виноватой девушка считает себя.
- А что это было?
- Без понятия, но от фугасов сдохло, - хмыкнула Анастасия. – Мира, мы отчитаемся перед капитаном. Вы займитесь своими людьми. И собой. С мусором в волосах командовать несолидно, а скоро новый бой, возможно.
- Да. Да, спасибо. – Лейтенант сглотнула, перекинула собранные в хвост волосы на грудь и уставилась на них так, будто впервые увидела.
Капитан ждал агентов на боевом мостике. Сразу протянул Николаю руку:
- Майор, я видел вас на пляже. В хороший бинокль. Спасибо.
- Пустяки, - Дронов ответил на рукопожатие. – Лейтенант Принс спасла десантную команду, а я ей просто немного помог.
- Хех, - смешок Олдрина был отнюдь не весёлым. Командир миноносца покачал головой:
- Я сегодня много кого представлю к медалям. И никому их не дадут, по опыту знаю. Придётся самому придумывать, как кого наградить.
Пока «Сорок второй» набирал скорость, удаляясь от острова, сыщики кратко и без лишних деталей описали капитану высадку. Олдрин хмурился, качал головой. Выслушав доклад до конца, сложил руки на груди:
- Нам будет очень сложно убедить командование, что всё было так, как вы рассказываете. Мои непосредственные начальники во флоте поверят, они тоже всякое видывали. Но вот дальше…
- И ведь никаких улик не осталось, - досадливо поморщился Николай. – Хоть бы кусочек той твари получить...
- А я вот скорее рада, что она эдак растаяла, - возразила Настя. – Что-то мне кажется, у подобной дряни даже останки могут быть опасны. И мне не хочется сидеть с куском её плоти на корабле посреди моря. Но время давит. Мы обязаны убедить больших шишек, что дело плохо и пора бить тревогу.
- Что ж, у нас ещё есть шанс нагнать атаковавших, - капитан бросил взгляд на стол с картой района операции. – Посмотрим, что из этого выйдет…
Следующие два часа тянулись, казалось, бесконечно долго. Миноносец резал волны носом, держа заданный курс, туман вокруг постепенно густел. Островок с мёртвой деревней быстро исчез из виду, солнце клонилось к закату. На мостик поднялась Мира – умытая, в новом чистом кителе, всё ещё в сапожках вместо туфель, но уже без оружия и кирасы. Она очень сухо и формально отчиталась перед капитаном, упомянув свою схватку с монстром вскользь и сделав большой акцент на храбрости участвовавших в высадке матросов. Олдрин в свою очередь сдержанно похвалил всю команду десантников, но от взгляда Николая не укрылось то, с какой гордостью командир корабля смотрит на юную помощницу.
Ровно в шесть с камбуза принесли ужин, агенты и офицеры поели прямо на мостике – яичница с беконом, поджаренный хлеб и кофе. Артиллеристы, дозорные и караульные сменились на постах. К тому моменту туман окутал миноносец плотной пеленой, и капитан распорядился не зажигать огни. Стало темно, как ночью – только в небе не было звёзд и луны. Вперёдсмотрящие напряжённо вслушивались в звуки моря, прочие матросы затаили дыхание, стараясь не шуметь. Канониры застыли у орудий, бойцы десантной команды рассыпались по палубе, вооружённые до зубов и готовы к чему угодно – даже к тому, что какая-нибудь потусторонняя тварь материализуется из воздуха посреди корабля. Сидя на откидном железном табурете у стены рубки и потягивая кофе из жестяной кружки, Дронов ощущал повисшее в воздухе напряжение очень остро. Они гнались за врагом вслепую, и тем рисковали угодить в ловушку – но особого выбора не было.
- По правому борту! – раздался вдруг крик с крыла мостика. Сыщики и офицеры бросились к окнам рубки. Капитан жестом запретил вахтенному включать сигнал тревоги – звук сирены мог стать ориентиром для противника.
Из белесой мглы справа выступил силуэт корабля. Это был большой пароход с чёрным корпусом и единственной трубой в центре белой надстройки. Дронов вскинул одолженный у вахтенного бинокль – и сразу понял, что это явно не их цель. Пароход кренился на нос, едва ли не черпая воду, корма была сильно поднята. Огни не горели, иллюминаторы оставались темны, надстройка казалась ветхой и побитой штормами, без каких-либо следов ремонта. Окна рубки чернели выбитыми стёклами. И ни души на борту. С немалым трудом Николай различил название, выведенное на носу белой краской: «Варатах». Надпись то скрывалась под волнами, то появлялась, когда пароход качался на волнах.
- Ну вот, - пробормотала Настя, тоже взявшая бинокль у Миры. – Искали пиратов-призраков, а нашли корабль-призрак.
- Думаете, это его заметил воздушный патруль? – спросил Николай.
- Едва ли, - качнул подбородком капитан. – Он дрейфует, а с канонерки видели что-то быстро движущееся.
- А название вам знакомо?
- «Варатах»? Нет. – Олдрин на мгновенье задумался. – Нет, впервые слышу. Среди сообщений о пропавших судах такого не было. Хотя он по виду дрейфует уже несколько лет.
- Будем осматривать? – спросила лейтенант Принс, но капитан снова качнул головой:
- Пометим координаты встречи и передадим береговой охране. Нам надо…
- Бхум! Вс-с-сиу! – глухо раздалось вдалеке.
- Пригнуться! - рявкнул капитан, первым падая на одно колено и прикрывая голову руками. Дронов промедлил долю секунды, и потому успел заметить, как вылетевший из тумана снаряд бьёт в корму «Варатаха» около ватерлинии, взрывается алой вспышкой. Ещё три фугаса пролетели мимо парохода, вспенили воду перед «Сорок вторым».
- Полный ход, маневр влево! – рявкнул Олдрин, поднимаясь в полный рост. – Орудия правого борта – ответный огонь!
- Бу-бум! – ухнула бортовая спарка, посылая два красных трассера в молочно-белую мглу. Противник был где-то далеко, и канониры не видели даже его очертаний.
- Вс-с-сиу! – ещё один залп прошёл выше, два снаряда легли за кормой «Сорок второго», два – дальше миноносца. «Пристреливаются» - понял Дронов. Но как враг их видит?
- Круто вправо! – распорядился капитан, встав рядом с рулевым. – Носовое орудие – огонь!