– А куда мне спешить, – тихо сказал Владыка и вздохнул, не отрывая взгляда от кроваво-красной жидкости.
– Стаурус, но… как же так? – Эрио смотрел на своего друга и не узнавал его. Он понимал, что за столько лет можно и разувериться, потерять надежду, перестать ждать, смириться. Можно, конечно, можно. Но только не в этом случае и только не Стаурус.
– Просто я уже и не надеюсь ее найти, – тихо произнес Владыка. – Снова пойти и ничего не услышать в ответ. Не хочу. Не могу больше. – И он прикрыл свои аметистовые глаза.
Это странное выражение, которое промелькнуло за миг до того, как Стаурус закрыл глаза, Эрио заметил у него впервые. Страх – вот что было сейчас в глазах Владыки, вот что он старался скрыть от своего друга. Банальный страх. Он боялся снова ошибиться и поддаться разочарованию, боялся даже представить, что может больше никогда ее не увидеть, но сильнее всего боялся смириться с утратой и потерять надежду.
– А если это действительно она, что тогда? – Телохранитель с тревогой смотрел на Владыку и пытался найти хоть какие-то доводы.
Стаурус открыл глаза и с вызовом уставился на Эрио. Мужчина отшатнулся от боли и отчаяния, которые сейчас взирали на него, но через мгновение в аметистовых глазах что-то изменилось. Стаурус ненадолго о чем-то задумался, смотря прямо перед собой и ничего не видя. Затем тяжело вздохнул и стал нехотя подниматься с кресла. Так же неторопливо и с ленцой он взял предложенную телохранителем рубашку и накинул ее на широкие плечи не застегивая.
– Еще вина, – неизвестно кому отдал он распоряжение. – Придем, надо же будет запить очередное разочарование, – ответил он Эрио на его немой вопрос и с этими словами, взяв телохранителя за руку, телепортировался прямо в лабораторию к Люциару, который при их появлении даже не пошевелился и не оторвал взгляда от туманного белого шара.
Комната, в которую переместился Владыка вместе с другом, находилась в самой высокой и самой отдаленной башне его огромного замка. В ней не было ни одного окна или двери, и попасть в нее можно было только при помощи телепортации. Люциар сам избрал ее своим местом работы и, как позднее выяснилось, местом проживания. В башне было несколько этажей, но никто, кроме Владыки, не забирался так высоко. Лаборатория представляла собой небольшое круглое помещение. В центре была нарисована светящаяся зеленым пиктограмма, посередине которой стояла небольшая бронзовая тренога со стеклянным шаром, наполненным плотным белым туманом. Ни столов со странными колбами и пробирками, ни стеллажей с древними книгами, ни странных засушенных мумий здесь не было. Только пиктограмма на полу, старая бронзовая тренога в центре и сам хозяин комнаты.
Стаурус очень осторожно подошел к шару и замер, не дойдя до него пары шагов. Эрио смотрел на него с удивлением и тревогой. Что происходит сегодня с его другом? Ведь это не первый раз, когда он приходит сюда, когда он до боли в глазах будет вглядываться в этот белый туман, когда он позовет ее и, возможно, снова не получит ответ. Тогда откуда этот непонятный страх в его взгляде, движениях, голосе? Обычно после заявления Люциара о том, что, возможно, он обнаружил Ирэн, Владыка телепортировался в его лабораторию даже несмотря на дела и посетителей. Он мог уйти прямо с заседания совета старейшин, мог выскочить из ванной и, в пене и мыле, почти голый, прикрываясь полотенцем, появиться в лаборатории, мог прервать любую работу, отдых, сон, едва услышав голос Люциара в своей голове. А вот сегодня он стоит и не может заставить себя подойти, чтобы проверить и, может быть, снова ошибиться.
– Владыка, на этот раз я действительно уверен в том, что эта девушка и есть Ирэн, – произнес хриплым голосом Люциар, не оборачиваясь и не отрывая взгляда от шара.
– Как ты можешь быть в этом уверен? – Голос Стауруса странно дрогнул.
Люциар и сам бы не смог объяснить, как работает его дар. Он просто что-то чувствовал, скорее всего, это был запах силы и крови высшего, его магия, а может быть, его аура или еще что-то. Но Люциар мог, просто глядя на человека, с большой долей достоверности сказать, что в прошлой жизни он был высшим.
– В этот раз я слышу не только запах крови высшего, но и вашу силу.
– То есть? – не понял Стаурус. – Как – мою силу?
– Вы же поставили на Ирэн свою метку. Вот ее, скорее всего, я и чувствую. Но ведь это так просто проверить. Просто позовите – и, если это действительно она, ваша метка откликнется на зов.
– Да знаю я, – буркнул в ответ Владыка, все еще боясь не только поверить, но и просто проверить эту гипотезу.
Сколько раз он вот так же звал, сосредотачивался и снова звал, но ничего не происходило, его метка молчала. Сколько раз за эти годы они ошибались. Сколько раз его сердце замирало, и он переставал дышать. Сколько раз на его глаза наворачивались слезы, и он попросту сбегал за пределы своих владений, стараясь унять боль в одиночестве и заставить себя снова ждать и надеяться.
Стаурус медленно подошел к шару и посмотрел на клубившийся там туман. Его руки дрожали, а сердце стучало через раз. Он даже вцепился в бронзовую треногу, пытаясь найти хоть какую-то опору. Вскоре туман в шаре стал медленно рассеиваться, и перед глазами Стауруса появилась незнакомая улица, странные каменные сооружения и девушка. Его сердце сжалось и на мгновение остановилось. Что такое с ним происходит?
Стаурус вглядывался до боли в глазах в незнакомое молодое лицо. Девушка в шаре была красива. У нее были пепельные волосы, огромные глаза цвета первой весенней зелени, полные и розовые губы, и над губой была маленькая родинка. Она была чужая, совсем незнакомая, хотя и очень красивая. Но вот девушка склонила голову набок, в сторону говорившего с ней, таким до боли знакомым движением пытаясь убрать надоедливую прядь волос. Этот взмах длинных ресниц, когда она удивлена, эта привычка так странно и смешно хмурить брови, когда о чем-то напряженно думает, вот так закусывать нижнюю губу, когда взволнованна, такие знакомые и родные ему движения, которые он даже за триста лет не смог позабыть, – в такое сложно было поверить. Стаурус так увлекся разглядыванием девушки, что даже не слышал, о чем и с кем она говорит. На ее щеках заиграл легкий румянец, и она потупила глаза, часто моргая черными ресницами. Что, она засмущалась? Отчего? Стаурус попытался сосредоточиться на разговоре.
– Так что ты мне ответишь? – Голос говорившего был низким, приятным, с легкой хрипотцой, значит, ее собеседник мужчина. Стаурус нахмурился и крепче сжал бронзовые прутья треноги.
– Игорь, я должна подумать, – очень тихо ответила девушка, и ее нежный голос заставил душу Владыки затрепетать. – Да, я знаю, что мы уже давно знакомы с тобою, но понимаешь, для меня твое предложение прозвучало очень неожиданно, мне необходимо какое-то время, чтобы все обдумать и прийти в себя.
– Хорошо. Я ни в коем случае не тороплю тебя. – Стаурус почувствовал легкое разочарование в голосе мужчины. – Мне нужно уехать на несколько дней, а точнее дней на десять. Тебе хватит этого, чтобы принять решение? Я даже не буду тебе звонить и надоедать вопросами. – Мужчина тепло улыбнулся и взял девушку за руку, медленно поднес к своим губам и нежно поцеловал ладонь.
– Да, конечно, хватит. Спасибо тебе, Игорь. Ты такой понимающий и внимательный. Иногда мне кажется, что я просто не заслуживаю такого мужчины, как ты. – В голосе девушки послышалось облегчение.
– Брось, дорогая. Если б ты знала, как мне повезло. – Он улыбнулся и, нагнувшись, нежно поцеловал девушку в полные розовые губы.
– Ему повезло, – зашипел Стаурус. – Да я убью его, если он еще хоть раз к ней прикоснется.
Владыка начинал закипать. Он ревновал так, как никогда еще в своей жизни. Это была она – его Ирэн. Да, другая, да, еще совсем незнакомая. Но его. Он это чувствовал всеми фибрами своей души. Ее голос заставлял его сердце стучать так быстро, что он начинал снова ощущать себя живым.
– Владыка, сосредоточьтесь и мысленно позовите ее. Если это Ирэн, то ваша метка засветится, и вы точно убедитесь в этом.
– Я и так вижу, что это она, – рявкнул Стаурус.
Его всего трясло, и он так крепко вцепился в треногу, что прутья стали гнуться под его руками. Телохранитель смотрел на Владыку и понимал, что сегодня для него день открытий. Куда подевались напускное безразличие, ледяное равнодушие и невозмутимое спокойствие! То, что сейчас отражалось на лице и в глазах Стауруса, Эрио никогда раньше не видел и вряд ли захотел бы увидеть еще раз.
Стаурус закрыл глаза и мысленно позвал, вложив в зов всю любовь и боль, нежность и печаль, которые были в его сердце. Девушка продолжала что-то весело рассказывать своему собеседнику. Она махала руками и мило улыбалась, но на середине фразы внезапно запнулась и замолчала.
– Ирэн, что с тобой? Что-то случилось? – В голосе мужчины были тревога и волнение.
– Не знаю, как-то странно стало. – Девушка положила руку на грудь, стараясь унять внезапно появившуюся боль в сердце. – Вроде внутри меня что-то лопнуло, заболело и заныло.
– Может, к врачу надо? – Мужчина обнял ее за плечи, прижимая к себе и поддерживая.
– Нет, нет. Уже все нормально, уже прошло. Переволновалась, наверное, – постаралась улыбнуться девушка. – Я пойду. Спасибо, что проводил меня. Пока. – Девушка поцеловала мужчину в щеку, привстав на цыпочки.
Она из последних сил старалась сохранять спокойствие и непринужденный вид. Но Стаурус знал, какого труда ей это стоило. Его сердце так же ныло и болело, а в груди полыхал огонь, сжигающий эту самую боль. Он видел, как Ирэн покачнулась, когда мужчина отпустил ее руку и она лишилась опоры, но, быстро совладав с собой и махнув провожатому на прощание, девушка скрылась за странной металлической дверью.
Стаурус не верил своим глазам. Его метка сияла всеми цветами радуги. Это была она. Это действительно была она. Он продолжал смотреть и боялся отвести взгляд от шара хоть на минуту. Вдруг она сейчас исчезнет и больше он ее не увидит, не сможет найти… Он даже не дышал, и сердце замерло в груди. Ему хотелось кричать от радости и боли. Но из горла не вырвалось ни звука. Его ноги так дрожали, что он еще сильнее вцепился в треногу, даже не замечая, что сгибает ее под своей тяжестью.