– Ты Дане звонил? – перебила я его.
– Еще нет. Я хочу разделаться с этим… а потом встречусь с сыном.
Я все понимала. Мужчины живут исключительно будущим. У них все на «потом», все где-то там – в светлом далеке. Где уж тут пробиться настоящему: брошенным детям, бывшим женам, оставленным любовницам. Все суета сует, и все только путаются под ногами. Вот там, в этом «далеко» – все гладко и без проблем: жены все сплошь длинноногие красавицы, дети умные и воспитанные, а карьера идет в гору со страшной силой.
– Понимаю.
– Ничего ты не понимаешь! – взвился Игорь. – Ничего! Ты все время шарахаешься от меня. Но тебя ко мне тянет. Я же вижу это.
– Плохо видишь.
– Рита! – он схватил меня за руку. – Его настойчивый взгляд прожигал меня. Когда-то я сходила с ума от этого взгляда, но теперь…
– Давай лучше подумаем о том, кому все известно.
Я увидела, как смертельная бледность разлилась по его лицу; он выпустил мою руку, его взгляд был нацелен куда-то поверх меня.
– Слушай! Кажется, к нам пожаловали гости, – сказал он хриплым голосом.
Я резко обернулась.
Незаметно в дверях комнаты появились четверо.
Двое из них остались караулить у выхода, а еще двое направлялись к нам с решительным видом. Их взгляды и выдвинутые вперед подбородки не сулили ничего хорошего.
Я перевела взгляд на Игоря. Но он на меня не смотрел.
– В чем дело? – задал он вполне резонный вопрос.
Тот, кто стоял ближе ко мне, загоготал, запрокинув голову.
– Слышь! – ткнул он пальцем в Игоря. – Он спрашивает, кто мы такие. Щас узнаешь. Ты и твоя телка.
Переплет был нешуточным. Чем-то эти двое были похожи друг на друга – оба крепкие, приземистые, с широкими лбами и тонкими губами. На этом их сходство исчерпывалось. Один был лысый, другой, наоборот, обладал густой шевелюрой и часто встряхивал головой, как пес после купания. Темная куртка лысого была распахнута на груди, на шее висела толстая золотая цепь с крестом.
– Что… вы хотите? – сглотнула я.
– А вот это уже ближе к делу. – И кудлатый подмигнул мне. – Твоя красавица мозгами кумекает.
– Оставьте ее.
– А это мы посмотрим и подумаем. Время еще есть и торопиться нам некуда.
Как бы в подтверждение своих слов он взял стул, стоявший у стены, и сел на него, закинув ногу на ногу.
– Оставьте ее, – повторил Игорь.
– Заткнись! – неожиданно рявкнул лысый. – Если не хочешь неприятностей.
– Вам нужны деньги? – Игорь переводил взгляд с одного на другого.
– Слушай! – сказал лысый, почесывая подбородок. – Он меня уже утомил. Уберите этого ублюдка отсюда, пока я его не прикончил. А?
Шестерки у дверей с готовностью бросились выполнять его распоряжение.
Игорь вскинул руку, но один из шестерок дал ему ногой в солнечное сплетение, Игорь охнул, согнувшись пополам. Эти двое скрутили ему руки, и я видела только склоненную голову Игоря.
– Отпустите его. Он ни в чем не виноват.
– А ты откуда это знаешь, красавица? Уж больно ты прыткая. Мы сами разберемся, кто прав, а кто виноват. Без твоей помощи.
Придя в себя, Игорь рванул в сторону, но его держали крепко, кудлатый подошел к нему и схватил за волосы, приподнял голову, а потом рассчитанным движением ударил по лицу. Из носа Игоря потекла кровь.
– Сволочи! – заорала я. – Сволочи!
Лысый махнул рукой, и Игоря выволокли из комнаты.
– Так будет лучше, а? – лысый вскочил со стула и подошел ко мне. – Теперь мы с тобой потолкуем. Не возражаешь?
Он взял и просунул мне руку между ног.
– Ты там еще не потекла? Когда все кончится, я с тобой хорошенько позабавлюсь. Как давно у тебя настоящего мужика не было?
– Тебя, что ли? – не выдержала я.
Он схватил меня за волосы и больно оттянул голову назад. От этой боли я взвыла, и на глазах выступили слезы.
– Слушай ты, курва! – горячо зашептал он мне в ухо. – Ты свой рот закрой, а! Если хочешь остаться в живых. У меня разговор короткий будет, и я ни на что не посмотрю. Врежь ей для профилактики, – лениво сказал мой палач.
Кудлатый с готовностью подскочил к нам и ударил меня по лицу. Удар был такой силы, что искры посыпались из глаз.
– Уже лучше? – спросил он, заглядывая мне в глаза.
– Пошел ты! – вырвалось у меня.
Следующий удар заставил меня отлететь к стене. Я шмякнулась об нее и сползла на пол.
Кудлатый подошел ко мне, и тут я, изловчившись, лягнула его ногой. Это было все равно, что пинать слона.
– Что с ней делать? – спросил он у лысого.
– Подождем, – обронил он, вновь усаживаясь на стул.
Я не знала, чего они собираются ждать, но подумала, что это все тонко рассчитанная западня, куда меня заманили. Не надо было мне так опрометчиво ехать сюда, не разобравшись, что и как. Я так торопилась спасти Мишку, что не подумала о том, что это может быть ловушка.
Он взял меня за шкирку и поставил на ноги.
– Сиди и не вздумай рыпаться, а то так отделаю, родная мать не узнает.
– Пустите меня.
Они загоготали. Краем глаза я увидела сбоку лампу и рванула к ней. Через секунду лампа опустилась на голову кудлатого. Он рухнул на пол, не успев даже вскрикнуть.
Лысый вскочил со стула, в его руке был пистолет. Я подумала, что это последняя минута моей жизни, как около двери послышалось какое-то шевелениe, и громкий голос раздался совсем рядом.
– Не трогайте ее!
Я повернула голову.
Ко мне приближался мужчина, смутно показавшийся знакомым.
– Ну… здравствуй! – и он широко улыбнулся. – Кажется, мы где-то встречались.
Немного порывшись в памяти, я вспомнила, где я его видела. В клубе «Эдем» во время своего первого визита, когда я познакомилась с Людмилой. Это был тот самый тип, который пристал ко мне и хотел, чтобы я присоединилась к его компании.
– Что вам надо?
– Сейчас все узнаешь.
Он выглядел не в пример своим дружкам интеллигентно – в длинной коричневой дубленке; на шее – бежевый шарф в тонкую полоску. Холодный взгляд и ямочка на подбородке, которая придавала ему уютный, почти домашний вид. Редкие волосы были зачесаны назад, с боков виднелись большие залысины.
– Какая встреча! – насмешливо сказал он. Он расстегнул дубленку и поправил шарф. – Во-первых, мне нужен весь компромат, который у тебя есть по клубу.
– Что вы имеете в виду? – лихорадочно соображала я.
– Ты знаешь – что! Если нет – освежим мозги. За этим дело не станет. – И он потер руки, улыбнувшись.
У него была улыбка аллигатора. Невольно я передернула плечами.
– Я… ничего не знаю.
– А вот врать нехорошо, – внушительно сказал он.
– Может ей того… еще раз врезать, – и лысый подался вперед. Тем временем кудлатый очухался и стал издавать громкие стоны, очевидно, надеясь привлечь наше внимание.
– Не знаю, – задумчиво сказал тип в дубленке. – Надо подумать.
Он взял еще один стул и сел на него, не сводя с меня взгляда.
– Я советую не очень артачиться, – сказал он сухим, даже каким-то будничным тоном. – Время дорого. Да и вообще…
От этого «вообще» по моей коже пробежали мурашки.
– Я не понимаю, о чем вы?
Он бросил взгляд на лысого, и тот подошел ко мне.
– Что делать, Олег Юрьевич?
– Надо подумать. Такие дела с ходу не делаются. Тебе заплатили? Я могу купить твою информацию. Подумай! – и он усмехнулся. – Вряд ли ты получишь еще от кого-нибудь столь заманчивое предложение.
– У меня ничего нет.
– А так говорить не надо. Нехорошо, – кратко сказал он и сделал едва уловимое движение.
Лысый моментально подскочил ко мне и врезал в живот.
Я завыла и упала на пол.
– Сволочи! – орала я. – Пошли вы все!.. У меня ничего нет!
– Ладно. Посидит и подумает! Авось что вспомнит.
Он встал со стула, как бы демонстрируя, что наш разговор закончен, и подошел ко мне.
– Не советую быть такой упрямой. И деньги дважды предлагать не стану. Завтра с тобой поговорят по-другому. И на нормальный разговор можешь и не рассчитывать. Парни у нас хорошие, сильные и крепкие. Изобьют до полусмерти, а потом в расход пустят. Нет, наоборот, – глумливо хохотнул он. – Сначала по кругу пойдешь, а потом – задницу твою подпаливать станут и все остальные части тела. Если тебя такой вариант развития событий устраивает…
– Может быть, сейчас начать? – вставил лысый. Ему, судя по всему, не терпелось вступить в бой и продемонстрировать все свои боевые навыки и умения. – Нет. Подождем. Я думаю, она девочка смышленая и все поймет правильно…
Я по-прежнему лежала на полу, корчась от боли. Потом я почувствовала, как меня схватили и куда-то поволокли, затем ударили чем-то тяжелым, и я временно отключилась.
Очнулась я в темной комнате с маленьким окошком наверху. Бледный свет едва просачивался сквозь него, и в первую минуту я подумала, что нахожусь на дне глубокого колодца или сплю. Почему я здесь оказалась? Я вспомнила все и нахмурилась. Голова страшно болела, и до нее было больно дотронуться. Я потерла затылок и застонала – как будто меня колотили об стенку несколько часов подряд без отдыха и передышки. Стреляло в боку, и правая рука плохо двигалась. Сначала я подумала, что у меня перелом, но, пощупав руку, поняла, что к ней просто хорошо приложились.
Я лежала на чем-то холодном и жестком. В полной темноте я совершенно не могла ориентироваться и поэтому некоторое время лежала, прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи. Но я толком ничего не могла расслышать. Вокруг царила тишина; звуки были слабыми и едва доносились до меня: кажется, скрип двери и еще какое-то шуршание. Потом я поняла: это, кажется, отъехала машина.
«Где Игорь? – подумала я. – Он находится где-то рядом или его увезли в другое место? Кто выследил нас?»
Получается, я давно была под колпаком у этого типа? Но я с ним познакомилась только в клубе, раньше мы с ним нигде не пересекались. Это точно. Память у меня хорошая, и ошибиться я не могла.
Нет, здесь что-то не состыковывалось. Этот тип мог прознать о моих контактах с Писаревой. Или… я похолодела. Я же ничего нe знаю о ее последних минутах. Если он был среди тех, кто убирал ее, то она могла рассказать ему обо мне и о моих поисках пропавшего мужа Динки. Этому тонкогубому не понравилось мое самостоятельное расследование, и он взял меня на мушку. Что ж!!! Похоже, мои умозаключения верны; он следил за мной и всеми моими передвижениями, пытался убить меня в лифте и позже, когда я возвращалась от матери. Конечно, все это делал он – видно, что этот тип – птица слишком высокого полета, а его прихвостни смотрят ему в рот и выполняют все его команды. Он же держит здесь Мишку, которого заставили позвонить жене… По крайней мере, он пока живой!