Вскоре, мы обогнали неспешно катящего «испанца». Я попытался заглянуть в машину через боковые стекла, но те оказались тонированными.
— Что дальше? — спросил Ноб.
Гном не любил первых ролей, не лез с указаниями и соображениями, просто делал то, чего от него ждали. Меня он определил на срок акции начальством, и теперь ждал решения.
— Нам бы как-то их с хвоста у Кудряша сбросить, чтобы он спокойно уехать смог. — принялся я рассуждать вслух. — Но так, чтобы у его преследователей не появилось ощущения, что ему полиция помогла. Желательно, что-то случайное… Слушай, может подрежем их?
— Я вообще-то агент, Антон, если ты забыл. — откликнулся Ноб. — Правила, присяга и так далее, ну ты понимаешь. А ребята эти ни по одному делу не проходят, даже едут без нарушения правил, так что…
Я кивнул. Да. Нельзя было требовать от гнома, чтобы он вписался в чужую разборку. Уже пару услуг ему должен. Однако, прежде, чем я смог придумать еще что-то, он уточнил.
— А ты вообще какую цель ставишь? Только чтобы твой человек смог от них уйти?
— Да. То есть…
А что, собственно, еще? Набить преследователям морды и допросить? И поставить под удар будущее расследование, сообщив похитителям, что кто-то ими заинтересовался? Нет, такого мне не надо! Хотелось бы узнать о них побольше, но рано, слишком рано. Пока хватит марки и номера машины.
— Да, только это. — твердо закончил я.
— Ну, с этим я помогу. — гном, глядя в зеркало заднего вида, обнажил крупные ровные зубы. — Только — никому!
Раньше, чем я успел дать ему такое обещание, Ноб припарковал машину у обочины, дождался, когда мимо нас проедет Кудряш, а за ним его преследователи, после чего нажал на одну из кнопок на руле.
— На всякий случай ставил. — сообщил он шкодливо, по-мальчишески улыбаясь. — Никогда ведь не знаешь, когда пригодиться!
Ничего не произошло. Пару секунд я переводил недоуменный взгляд с его отражения в зеркале, на удаляющуюся «Сантану», пока не сообразил, что больше не вижу габаритных огней испанского внедорожника.
— Это?..
— «Грозовой разряд». — радостно пояснил гном. — Слабенький, только-только, чтобы перегрузить все электроприборы в радиусе десяти метров. Нас это не задело, не бойся, корпус моего монстра экранирован, а вот ребятам досталось! Посмотрим, как они смогут вечером в догонялки играть без фар.
Меньше чем через минуту выяснилось, что в машине преследователей пострадали не только приборы освещения. «Сантана» остановилась в полуторастах метрах от нас. Дверь со стороны водителя открылась, оттуда вышел мужчина, открыл крышку капота.
— Европейцы! — презрительно фыркнул Ноб. — Зачем столько электроники пихать в авто, а? Машина лучше ехать станет?
— Кудряш. — тем временем сообщил я бывшему зеку. — Они встали. Вали.
— По дому работаем? — уточнил тот.
— Пока внешнее наблюдение, в дом не лезем. Привлеченными силами, сам не светись. Мне нужен «профессор» … и женщина, которую я описывал. — неожиданно для себя закончил я.
— Отзвонюсь. — принял задачу Кудряш и отключился.
Ноб невозмутимо завел машину, выехал на трассу.
— Тебя домой?
— Да. Только давай мимо той машины проедем, может лицо разгляжу водителя.
— Не вопрос. — гном после обещанного веселья был покладист и умиротворен.
Он направил своего «монстра» к «Сантане», двигаясь медленно, чтобы я мог успеть осмотреться. Когда мы проезжали, водитель выглянул из-под капота и глянул, казалось, прямо на меня. Ерунда, конечно, боковые стекла автомобиля Секции тоже были тонированны. Зато я смог запечатлеть в памяти его лицо до последней черточки.
Совсем молодой парень, даже двадцать нет. Высокий, крепкого, даже атлетического сложения. Светлые волосы уложены в вычурную прическу с длинной челкой, закрывающей правый глаз. Одет в темные брюки, легкую ветровку, под полой которой, от резкого движения, я разглядел кобуру скрытного ношения.
— Непростой мальчик. — отреагировал Ноб, тоже заметивший данную деталь. — Антон, во что ты вляпался? Почему за твоим подрядчиком следит вооруженный человек?
— Да кто бы знал. — отмахнулся я, радуясь, что гномы не умеют чувствовать ложь. — Частная охрана, возможно.
— Возможно. Только знаешь, я теперь обязан рассказать госпоже Шар’Амалайе о нашем маленьком вечернем приключении.
Я только глаза закатил. Вот так бесплатная помощь и выходит боком!
Глава 7
Аренда помещения в одном из деловых центров — двух смежных комнат, одна из которых будет служить кабинетом, а другая приемной — триста рублей в месяц. Покупка компьютера и прочей офисной техники (в большей степени для Кэйтлин) — триста восемьдесят рублей. Залог — сотня. Доступ в сеть — десятка. Здоровенный горшок с каким-то растением — еще двадцать пять. Итого, только на категорию «офис» из аванса Светлова ушло восемьсот пятнадцать рублей.
Еще оплата Кудряша две тысячи, такси сорок три рубля — еще даже толком не приступив к работе, я «проел» больше половины доступных средств! Такими темпами, я все деньги растренькаю уже к завтрашнему дню!
С тяжелым вздохом отодвинув от себя коммуникатор, куда записывал расходы частного предпринимателя за каких-то полтора дня, я с грустью был вынужден признать, что бизнес — это не мое. Тратить — это с нашим удовольствием, хотя и тут я не великий специалист. А вот добывать их, высчитывать доходы минус расходы, дебет с кредитом — это не про меня. А ведь надо еще как-то розыскной деятельностью заниматься!
Кэйтлин, как и я с раннего утра уже сидевшая в офисе, вздох мой услышала, но комментировать его не стала. Сама мучилась с бухгалтерским делом и грызла налоговый кодекс. По ее словам, не слишком сильно тот отличался от ей привычного, правда, хмурости с ее лица, это заявление не убирало.
Я же, закончив с бюджетом, решил сварить нам кофе. Но прежде, чем встать из-за стола, «вспомнил» об еще одной расходной статье, снова открыл записную книжку и заполнил очередную строчку надписью: «Покупка кофемашины — шестьдесят рублей». Да-да, знаю, не самая обязательная вещь в офисе, но как работать частному сыщику, если до ближайшей кофейни пешком пять кварталов?
По закону подлости, именно в тот момент, когда две чашки ароматного напитка стояли на столе, и я только собирался сделать первый глоток, коммуникатор выдал вибрацию, сообщая о звонке Ноба.
— Ты готов? — не утруждая себя глупостями, вроде пожелания доброго утра, спросил он. — Я в минуте от твоего офиса. Хороший район, кстати.
— Выхожу. — подавил я вздох. Положил трубку, глотнул кофе на дорогу и, естественно, обжег губы.
«Нечего жаловаться! — укорил я ту свою половину, которая требовала остаться, спокойно выпить кофе, а только потом спускаться на улицу. — Сам просил гнома пораньше приехать! Это нужно тебе, а не ему».
Помахал рукой Кэйтлин и вышел за дверь.
Эксперт, которого мы должны были допросить, работал в морге Старознаменского района. Было это у черта на куличках, но именно туда доставили тело умершего от сердечного приступа Виктора Гущева, и именно там проводилось вскрытие. Морозов, который вел расследование от УБОМПа, не посчитал нужным передавать тело на дополнительную экспертизу криминалистам управы, удовольствовавшись заключениями местного патологоанатома. И мне предстояло выяснить, не допустил ли мой бывший коллега ошибки.
Ноб с привычным презрением к правилам парковки остановил машину прямо напротив входа в морг, выпрыгнул наружу и уверенно зашагал к дверям. Я, несмотря на то, что был выше его почти на полметра, едва поспевал за коротышкой. Спустившись по лестнице в подвал, мы прошли по узкому, плохо освещенному коридору, миновали парочку запертых дверей и вошли в помещение, бывшее, по всей вероятности, прозекторской. Во всяком случае, блестящий сталью стол и лежащий на нем труп там имелись. А больше никого.
Гном вышел и пошел дальше, я на какие-то несколько секунд задержался и кашлянул. В этот момент все и произошло.
Труп на столе дернулся, повернулся на бок и посмотрел на меня мутными, неживыми глазами. Я вжался в стену и стал шарить по поясу руками, забыв, что пистолета у меня нет. Да и то, помог бы он против ожившего мертвеца?
Не надо думать, что бывший следователь УБОМПа — кисейная барышня, склонная к истерикам. «Поднятые» существовали и мне раньше доводилось с ними сталкиваться. Да, строго говоря, они не были мертвыми, какими их изображают киношники — живые люди, чей обмен веществ сильно замедлялся, а реакция на раздражители почти отсутствовала. «Поднятые» могли обходиться почти без воздуха, воды и пищи сутками, а боли практически не ощущали. Это делало их превосходными сторожами. И естественно, их создание было строго запрещено.
Прадед рассказывал, что орки придумали заклинание, создающее «поднятых» во время Первой войны Старших восемь сотен лет назад. Тогда эльфы объединились с гномами и решили отгрызть материковые территории британцев. Ментаты были хороши в ближнем бою, но не могли состязаться с дальнобойной магией остроухих. Поэтому им потребовались невосприимчивые к боли и страху воины, которые бы смогли держать фронт, пока сами орки совершали фланговые обходы. Надо ли говорить, что в качестве «сырья» предки моего прадеда без зазрения совести использовали людей?
Сегодня «поднятых» тоже можно встретить, пусть и не так часто, как во время Темных веков. Всегда найдутся ренегаты, готовые за деньги или ради мести стереть личность живого существа и превратить его тело в живое оружие. Пять лет назад один из криминальных лидеров Екатеринодара прославился тем, что делал телохранителей из бывших врагов. Пластуны тогда здорово попотели, вычищая его базу.
— Актрыйас? — глухо вопросило тело на столе и у меня прямо от сердца отлегло. «Поднятые», как мне было хорошо известно, не умели говорить.
— Что? — уточнил я, скользя спиной по стене в сторону двери. На всякий случай — вдруг показалось?
— Я прашиваю, торый час? — более внятно произнес тот, кого я принял за поднятого.