— Давай их в его машину, живо! — выкрикнул Костомаров, переводя дух.
Джамал стоял, как вкопанный, недоуменно смотря на свои кулаки и двоих «золотых ребят», в отключке лежавших на асфальте. Асхат сильно ударил его в плечо, чтобы отрезвить. Опомнившись, он бросился вперед и, подхватив Кротова, потащил на заднее сиденье его же машины. Подбежавший Костомаров помогал Асхату затаскивать туда же Никиту. В свободной руке Ивана Джамал заметил ружье. Не «пугач», а самое настоящее, боевое и смертоносное оружие…
— Следи за ними! — Костомаров силой вложил карабин в руки Асхата, — Джамал, за руль!
Асхат прыгнул на заднее сиденье внедорожника. Джамал сел за руль, благо, ключи так и оставались в замке зажигания. Костомаров впереди прыгнул в свою машину и, рванув с места, небрежно бросил ее в ближайшем дворе. Джамал проехал вперед, времени как раз хватило, чтобы Иван закрыл свой автомобиль. Так было нужно. На место должна была ехать только одна машина: машина Кротова.
Костомаров прыгнул в салон и посмотрел на Асхата, державшего пока еще находившихся без сознания Романа и Никиту на прицеле карабина. Асхат нервничал. Теперь он нервничал очень сильно…
— Двери заблокируй, — велел Костомаров Джамалу, — ехать знаешь, куда? Сильно не гони, но и не жмись. Не хватало еще, чтобы гайцы тормознули…
Джамал утвердительно кивнул и опять тронулся с места, медленно выпустив воздух из легких.
— Огня дай! — потребовал Петровский, поправляя ворот пальто. Фролов трясущимися руками протянул ему зажигалку.
— Костик, это что там была за х…я?! — звенящим голосом спросил он, указывая в сторону небольшой лесопосадки, точнее, немного за ней…
— Это? — прикурив, Петровский ухмыльнулся и вернул приятелю зажигалку, — аттракцион для Кротова и его голубого дружка! «Комната страха» называется, слышал? — он хлопнул Дмитрия по плечу, — а, ну да, тебе же в комнате смеха страшно. А они вот сегодня в нашем луна-парке обделаются, это я тебе обещаю! — Петровский вновь усмехнулся, на этот раз почти инфернально…
— Костик, это перебор… — проговорил Фролов, часто и тяжело дыша. Было видно, что его вот-вот стошнит от страха.
— Сколько раз я это слышал! — Петровский рассмеялся. Казалось, теперь ему действительно было все равно…
— Костик, всякое было! — Фролов несколько раз отрывисто кивнул, — но людей на речку возить — это же чистый бандитизм! — отчаянно выкрикнул он.
— Ну, а нас как называют? — Петровский нехорошо посмотрел на Дмитрия, — банда, — почти по слогам произнес он, — вот и соответствуем. Действуем бандитскими методами. Как в девяностых, отвозим в лес ребят из конкурирующей бригады для беседы… да расслабься ты! — увидев, что у Фролова вот-вот сдадут нервы, он поспешил приободрить, — мы же никого убивать не собираемся! Так, попугаем немножко, на наши условия согласиться заставим, да и пусть гуляют. Нормально все, Димас, не меньжуйся так…
Петровский вдохнул дым и прошел немного вперед вдоль узкой пустынной дороги. Здесь лежал снег. А поскольку машины практически не ездили, да и люди не ходили, он был по-зимнему белый, словно и не середина марта стояла на дворе…
Соловей за все это время вообще не произнес ни слова. Он просто стоял и нервно курил, вглядываясь куда-то вдаль. Нижняя челюсть Лехи подрагивала, глаза были красными и опухшими. Ему было страшно. Похоже, он уже жалел, что ввязался во все это. Но обратного пути у него уже не было. Как не было ни у кого из них…
Петровский замер на одном месте, с наслаждением вдохнув теплый табачный дым. А затем, посмотрев вдаль, увидел приближавшийся большой черный автомобиль. Это был автомобиль Кротова.
— Едут! — сообщил Петровский, слегка повернувшись к своим.
Фролов и Соловей тоже уже их видели. Значит, первая часть плана удалась. Их взяли. Похитили, как самые настоящие бандиты. Теперь впереди была вторая часть: еще более страшная…
— Сюда заезжай! — Петровский указал направление. Автомобиль Кротова съехал немного вниз по склону и остановился возле старенькой иномарки, на которой приехали сюда Петровский, Фролов и Соловьев. На всякий случай он достал из кармана травматический пистолет и передернул затвор…
Машина Кротова остановилась. Из-за руля вышел Джамал, с пассажирского сиденья появился Костомаров. Он вопрошающе кивнул, глядя на Петровского.
— Давай! — кивнул тот, сжимая рукоятку своего оружия.
Иван открыл заднюю дверь машины. Наружу вышел белый, как мел Асхат.
— Ружье дай! — потребовал Иван, отбирая у парня карабин, — на выход!
— Пацаны, вы чего… — выбравшийся на ватных ногах Никита с ужасом смотрел на Петровского и его людей. Он уже понял, что с ними не шутят. Ситуация зашла слишком далеко…
— Пошел, не болтай! — рявкнул Иван, угрожающе направив на Никиту оружие.
— Парни… — Постовалов дрожал от страха и умоляюще смотрел на них.
— Пошел, сказано! — повторил Иван.
— Я тебе башку прострелю, будешь дергаться! — прошипел Петровский, глядя Никите в глаза.
— Пацаны, пожалуйста…
Не говоря больше ни слова, Костомаров огрел Никиту прикладом по спине. Тот потерял равновесие и упал на колени. Постовалов поднял на Петровского глаза, в которых читался панический страх…
— Встать, — коротко велел тот.
— Петровский, ты что творишь?! Ты что делаешь?! У тебя совсем башню унесло?! — из автомобиля не вышел, а буквально выпал Роман Кротов в расстегнутом пальто. В его глазах тоже был страх. Но он до последнего не верил, что все происходящее серьезно…
— Оба встали и пошли… — распорядился Петровский, кивнув головой.
— Петровский, да ты совсем что ли?!..
Вместо ответа он послал пулю в снег прямо перед ними. От грянувшего выстрела Соловей вздрогнул и выронил пятую по счету сигарету. Фролов дрожал, уже не пытаясь это скрывать. Асхат молчал, старательно глядя куда-то в сторону. Оглушенные выстрелом Кротов и Постовалов закрыли головы руками…
— Встали! — Иван ткнул Кротова дулом ружья.
Не произнося больше ни слова, с трудом поднявшись на ноги, они обреченно двинулись вперед. Никита переводил взгляд с одного члена банды на другого, в надежде, что хоть кто-то одумается. Но все сохраняли молчание. Петровский легонько толкнул Кротова в спину.
— Вперед иди, — негромко сказал он.
— Петровский! — Роман остановился и посмотрел ему в глаза, — ты что вытворяешь?! Тебе это с рук не сойдет, что за цирк ты устроил?
— Это разве похоже на цирк? — Петровский крепко взял Романа за плечо и заглянул в глаза. Теперь Кротов видел это: безразличие. Ненависть. Готовность пойти до конца. Он понял все. Он знал, кто такой Константин Петровский. Он знал достаточно, чтобы понимать, насколько далеко готов зайти этот человек. Почему он тогда не послушал Руслана? Почему…
К лесопосадке они спускались полной тишине. Большая часть людей Петровского тоже шла на ватных ногах, словно они, как и Кротов с Никитой, тоже направлялись на заклание.
— Мужики, вы чего… — пробормотал Никита, — вы чего, нас вальнуть собрались? Пацаны, вы ж не убийцы! На хрена?! — возопил он, повернувшись к остальным. Фролов отвернулся в другую сторону, стараясь не встречаться с Постоваловым взглядами. Костомаров лишь вновь толкнул в спину, подгоняя.
Кротов отчаянно смотрел по сторонам. Похоже, оба были парализованы ужасом настолько, что даже не пытались кричать или звать на помощь. Они, наверное, верили, что их убьют. Только не понимали, почему они минуют лес и идут куда-то дальше него…
Оказавшись дали от автомобильной дороги, они выбрались на берег замерзшего водоема. Даже не останавливаясь, Петровский первым шагнул на лед. Кротов и Постовалов вновь остановились.
— Мужики, вы чего…
— Иди, — велел Иван, поведя дулом ружья.
— Пацаны, там же лед… — прошептал Никита. Его глаза наполнились слезами.
— Не ссы, толстый! — буркнул Костомаров, — пшел!
Пошатываясь, они двинулись по льду, постепенно заходя на середину водоема. Теперь все видели и Джамал с Асхатом, которые не принимали участия в подготовке. Петровский не предупредил их, что именно будет происходить, поэтому оба были так же шокированы, как и их жертвы…
— Пришли, — коротко проговорил Петровский, поворачиваясь, — давай сюда их.
Теперь все видели небольшую прорубь, выдолбленную во льду, внутри которой плескалась ледяная вода. Диаметра было как раз достаточно, чтобы сбросить туда человека…
Костомаров ударил Кротова под колено. От неожиданности тот рухнул на четвереньки, едва не упав в воду. Никита задрожал сем телом, глядя на стоявших полукругом людей Петровского.
— Рядом встал, — опять коротко и тихо распорядился тот.
— Мужики, да вы чего… — Постовалов почти шептал, — вы же не серьезно, а…
В следующую секунду его также силой поставили на колени рядом с другом. Кротов поднял на Петровского полные злобы глаза…
— Да конечно, они несерьезно… — проговорил он, не отводя взгляд, — гангстеры кухонные… Петровский, ты правда думал, что мы поведемся на этот цирк? — он изо всех сил стиснул зубы, — теперь ты точно попал, Костечка… знаешь, что тебе за это будет? Чего тебе надо, психопат?! — выкрикнул Роман, теряя самообладание.
— Я уж думал, не дождусь этого вопроса! — Петровский расплылся в совсем уж инфернальной усмешке, поигрывая пистолетом. Краем глаза он наблюдал и за своими людьми. Они были перепуганы не меньше Кротова и Постовалова. Они также были скованы ужасом и теперь тупо выполняли приказы, даже не думая, куда их ведет Петровский…
— Ты… ты чертов псих! — выпалил Роман дрожащим голосом, — какого х…а ты это устроил?! Ты же не завалишь, урод! Кишка тонка…
Петровский сел рядом на корточки и участливо посмотрел в глаза.
— Кишка тонка, говоришь? — произнес он, улыбаясь во весь рот, — да ну? Ты же пробивал за меня, Ромка! Ты же в курсе, что я полный отморозок. Что я совершал… ты знаешь даже то, чего не знают они! — он указал глазами на своих ребят, которые в страхе переглянулись, — и как считаешь, хватит у меня духу прикончить тебя или твоего друга прямо сейчас? — он упер пистолет в голову Постовалова.