О чем-то таком его предупреждали на Инструктаже, да и несколько прочитанных книг весьма подробно описали визуальный интерфейс и его преимущества.
…
2
Внимание! Данный амулет не подходит! Всё равно продолжить выполнение инициации?
Егерь неуверенно согласился.
Внимание! В качестве основы будет использован внутренний источник/ядро носителя. Следующие функции будут недоступны:
Пространственный карман
Внутренние переводы
Доступ к Аукциону
Информационная справка
Продолжить?
Да/Нет
— Продолжить, — хрипло согласился мужчина и облизнул пересохшие губы.
Внимание! Ошибка сценария! Неверный реципиент!
Запуск аварийного пакета!
Егерь моргнул, и мир вокруг него померк. Исчез лес, котлован и страная стела. Исчезло небо и даже его тело. Исчезло все, кроме единственной перламутровой точки. И эта точка принялась увеличиваться в размерах. Секунда, длиной в вечность, и Егерь увидел. Увидел себя со стороны.
Вот он живет в лесу следующие три дня. Вот на рассвете четвертого дня по его телу проходит невидимая волна, и он вскакивает как ошпаренный. Мчится по следу Ника, покидает лес и видит — о чудо! — идущий через долину след, который заканчивается у воды.
Некогда искать брод! Он берет разбег и перепрыгивает речку. Находит след и несется по спрятанной за валуном горной тропе.
Утомительный подъем, встречающиеся по пути скелеты, разваливающийся от одного удара ногой. И такой знакомый запах ненавистного американца. Еще час стремительного подъема и он его видит! Летит к нему, но на пути возникает снежный барс.
Он, ослепленный жаждой мести, бросается вперёд. Левая рука обмотана бараньей шкурой, в правой — верный нож.
Но снежная кошка не спешиться кидаться на выставленную вперёд руки и стремительно летит ему в лицо. Удары ножом сменяются жуткими укусами и вспарывающими живот и ноги когтями. Тело кричит от боли, но ненависть придает сил и он нечеловеческим усилием пробивает жесткую шкуру ирбиса.
Чувство опасности на мгновение гаснет и тут же вспыхивает сверху. Он поднимает голову, чтобы увидеть летящий ему в лицо ледоруб и вцепившегося в него американца.
Удар. Вспышка боли. Влажный треск. Толчок в развороченный живот. И вот он уже летит с обрыва в ту самую темную речку, через которую перепрыгнул несколько часов назад. Ледяная вода, заливающая легкие. Смертельный холод, вцепившийся в измученное тело. Ядовитая боль, вгрызающаяся в живот…
— Чертов американец, — просипел Егерь, стоило видению окончиться. — Все проблемы из-за…
Он вспомнил что действительно послужило причиной его безрассудной атаки. Жгучая ненависть, сводящая с ума жажда крови. Застилающее глаза безумие.
«А может, — в голове мелькнула непривычная Егерю мысль, — оставить этого сосунка на потом и заняться собой? Вдруг получится совладать с внутренним Зверем?»
Он пробежал глазами по появившейся надписи:
Внимание! Выберите класс!
И несмело улыбнулся. Если у него действительно появился шанс сохранить набранную силу и не превратиться в Монстра, он его не упустит! А костоправ… Что ж, костоправ подождет.
Глава 6
Как он забрался на этот утес Ник помнил смутно. Он вообще мало что помнил из событий вчерашнего дня. Кажется, он дошел до первой попавшейся на пути трещины, в которую смог протиснуться человек, занес туда Котю и скинул рюкзак.
Сначала он хотел подежурить пару часов, отбиваясь треккинговой палкой от возможных атак скелетов, но, после того, как заснул стоя, свалился и чуть не разбил себе нос, передумал.
Пришлось импровизировать.
Воспаленный мозг не придумал ничего лучшего, как достать из рюкзака спасодеяло и попытаться замаскировать трещину. Слегка намоченная пленка отвратительно держалась на камне. И Ник, до сих пор мучимый насморком, не соображая, что делает, высморкался прямо на спасодеяло и приклеил его к скале.
К его удивлению спасодеяло с горем-пополам прилипло к камню.
«Теперь я понимаю значения русской фразы — висит как на соплях», — подумал Ник и, забравшись в трещину, отрубился.
Через четыре часа он с трудом открыл слипшиеся глаза и едва слышно застонал от боли в замерзшем и онемевшем теле. Впившись зубами в свернутую верхонку, чтобы, не дай Бог, не выдать себя ни единым звуком, Ник дождался пока тело отойдет от тысяч раскаленных игл и с опаской выглянул из трещины.
Скелетов было штук двадцать, и они бессистемно бродили выше и ниже по тропе.
Шурх-шурх!
Шорох отклеившегося спасодеяла слышен был, казалось, во всех горах. Сердце парня ушло в пятки, и он тут же подхватил прислоненный к скале ледоруб.
Внимание! За применение запрещенного классу оружия штраф ко всем характеристикам -10 %
Ник скрипнул зубами и вернул топорик на место. Подхватив вместо ледоруба треккинговые палки, он настороженно посмотрел наружу. Скелеты, к его облегчению, не обратили на шуршащие звуки никакого внимания.
«Значит, — сделал вывод замёрзший Ник, — они лишены не только обоняния — иначе давно нашли бы меня с Котей в этой трещине — но и слуха».
Чтобы проверить свою теорию, он подобрал валяющийся камень и неуклюже швырнул его в валун.
Дзанг! — камень звонко врезался в валун и отрикошетил вниз — прямо перед тройкой замеревших у обрыва скелетов.
На звук мертвяки не обратили никакого внимания, но стоило им увидеть камень, как костлявые не на шутку возбудились и принялись рыскать взад-вперёд по тропинке. Понаблюдав за скелетами ещё некоторое время, парень прикинул свои шансы на победу и хрустнул шеей.
«Let’s go!»[14] — подумал Ник, расстегивая рюкзак, доставая оттуда динамофонарь и кошки. Фонарь отправился в карман, а кошки Ник негнущимися пальцами с трудом нацепил на ботинки.
Присмотрев плацдарм для обороны, он выскочил с палкой наперевес и тут же столкнул самого любопытного скелета вниз по тропинке.
Послышался грохот костей, и парень на всякий случай оглянулся, ожидая атаки сверху. Но нет, скелеты, для которых Ник находился вне поля зрения, так и остались на своих местах.
«Это будет легко, — мысленно усмехнулся Ник, дрожа от холода и адреналина, — заодно и разомнусь!»
Укрывшись за валуном так, чтобы его не было видно с поднимающейся вверх тропинки, он вышел на тропу войны.
Ник швырял в мертвяков камни, колол треккинговой палкой в светящиеся зеленым глазницы. Дробил ногами ребра и просто сбивал скелетов с ног. Вот только стальные кошки, пристегнутые к всё ещё влажным ботинкам, больше мешали, чем помогали.
Вообще скелеты представляли из себя довольно слабого противника. Пёрли скопом, мешались друг другу, били медленно и слабо. Ник использовал треккинговую палку, чтобы не подпускать к себе самых резвых, а остальных банально крушил ногами.
Одного удара в таз хватало, чтобы скелет складывался пополам, а палкой, при удачном выпаде прямо в глазницу, удавалось окончательно упокоить мертвяка.
Удар ногой, шаг назад, тычок в лицо самому резвому торопыге, пинок в коленную чашечку и снова удар ногой.
Поначалу пришлось повертеться. Во-первых, слишком далеко отступать было нельзя — не дай Бог верхние скелеты увидят, что веселье идёт без них. Ну, а во-вторых, мертвяков было слишком много.
В какой-то момент Ник отпустил треккинговую палку, в которую вцепились сразу два скелета и заработал кулаками. Тонкие флисовые перчатки совершенно не подходили для рукомахательства, но других вариантов у Ника не было.
«Мне бы тактические перчатки дяди с кевларом! — подумал Ник, обивая себе костяшки об твердые черепа мертвяков. — Ну или кастеты на крайний случай!»
Он неосознанно захотел убрать боль в руках и машинально попытался перегнать часть внутренней энергии из Муладхары в кулаки.
К его удивлению у него получилось, и охота превратилась в избиение.
В энергетическом плане от нижней чакры к рукам устремились две светящиеся нити, образовав в кулаках небольшие энергетические сферы. Его руки не начали светиться, но одного прямого удара стало хватать, чтобы зеленые искры гасли в глазницах, и скелет рассыпался ворохом костей.
— Охохо! — азартно крикнул Ник, перебив два десятка скелетов. — Вот это, я понимаю кунг-фу!
Покончив с угрозой снизу, он с любовью посмотрел на свои кулаки и принялся за верхних мертвяков.
Парень ловко уклонялся от медленных ударов и уничтожал скелетов одного за другим, максимально используя особенности горной местности.
Увлекшись, Ник позабыл про усталость и целеустремлено поднимался вверх, к видневшемуся выше утесу. Перед глазами всплывали системные уведомления, но он их досадливо смахивал, сосредоточившись на подъеме. Он совершенно точно видел этот утес в одном из своих снов, и чуть ли не на сто процентов был уверен, что найдет там подходящую для лагеря пещеру.
В бою Ник действовал, как автомат: Уклониться от удара мечом и вырвать костлявую руку из плечевой сумки. Ухватиться за ребра покалеченного скелета и швырнуть под ноги еще двум противникам. Шагнуть вперед и вырвать боевой посох из слабых рук мертвяка.
Посох, в отличие от скелета сохранился достаточно хорошо. Нижняя часть его была расщеплена, будто кто-то ударил по нему булавой или в него попала молния, но верхняя часть оставалась грозным оружием. По уму нужно было бы отрубить нижнюю половину, превратив расщепленный посох в дубинку, но у Ника не было на это времени.
И хоть у него не было навыка владения посохами, но зато Ник был костоправом и в совершенстве знал человеческую анатомию. А хороший глазомер помогал направлять удары в самые уязвимые места.
Ребра, ключицы, сочленения, локтевые сгибы и коленные чашечки.
Ник работал посохом, как заведенный до тех пор, пока не иссяк поток жаждущих его крови скелетов. И только когда был добит последний скелет, он устало опустился на усеянный костями снег.