По сравнению с «Королем и Шутом», аудитория «Северного Флота» уже с самых первых концертов частично поменялась. С одной стороны, неизбежно произошел отток людей, которым пришелся не по зубам бескомпромиссный тяжелый саунд нового коллектива. С другой – командой заинтересовались прожженные металлисты.
Александр Леонтьев:
Перемены стали очевидными не сразу. Понятно, что процесс этот был долгим, странным и болезненным. Естественно, в первых турах мы еще играли песни «Короля и Шута» – и немало играли. Добрая половина программы была из них составлена. Мы честно говорили о том, что играем этот материал, поскольку у нас мало своих песен. Но со временем у нас выходили новые синглы, альбом, люди слушали, добавлялись ВКонтакте. Процесс замещения фанатов происходил и происходит до сих пор. Сейчас я могу сказать, что есть среди наших поклонников значительная часть людей, которые знали нас еще по «Королю и Шуту». Но такого, как в первый год, когда 99 % зала составляла публика «Короля и Шута», нет.
Павел Сажинов:
В первом туре «Северного Флота» я четко видел, как начинает разделяться публика. Стала формироваться аудитория, которой материал «Северного Флота» оказался ближе, чем репертуар «Короля и Шута». К тому времени уже вышла пластинка «Все внутри», был снят клип. По реакции на исполнение стало видно, кто чего ждал. К середине и концу тура я это реально начал замечать. А в следующем туре это стало совсем явным. Сейчас наша нынешняя концертная ситуация такова, что на нас приходит народ, реагирующий на материал «Северного Флота» совершенно фанатским образом. Я ни в коем случае ни стыжусь своего прошлого. Напротив, очень горжусь, что мне повезло поработать с Мишкой. Но новый коллектив должен жить по своим законам.
По идее, у «Северного Флота» практически с самого начала карьеры должна была появиться ощутимая прослойка профильных фанов металлической музыки. Но в том-то и дело, что музыканты никогда не зацикливались на определенном стиле, оставляя за собой право на самые разные эксперименты и музыкальные ходы.
Александр Леонтьев:
Со временем среди наших поклонников появились люди, которым именно близко наше творчество, ведь у нас далеко не только тяжелые песни. Мне сложно сказать, насколько эта прослойка ощутимая, но в соцсетях я не раз и не два читал отзывы людей, писавших, что «Король и Шут» их не цеплял вообще никогда, а «Северный Флот» впечатлил. Ничего в этом странного или страшного нет. «Король и Шут» все равно останется легендой навсегда, но я всегда четко отдавал себе отчет, что не все люди на планете его слушают. Музыка-то все равно первична: делаешь ее – подтягиваются твои слушатели. Просто надо не сдаваться и делать то, что делаешь. Я не гоню от себя фанатов «Короля и Шута», но всегда честно говорю: ребята, мы пришли к чему пришли, у нас в концертных сетах уже года полтора их песен минимум.
Павел Сажинов:
Когда мы только создали «Северный Флот», я сразу был противником того, чтобы играть на концертах слишком много песен «Короля и Шута». Как-никак, новый коллектив, новая эпоха. Foo Fighters не исполняет по полконцерта песен Nirvana… А Яков, в частности, говорил, что, поскольку народ, который будет приходить на концерты, в большинстве своем будет нас воспринимать как «Король и Шут», будет, соответственно, ждать и этих песен. Все это я понимаю. Но все равно новому коллективу приходится проходить путь, на котором он отстаивает свою самобытность, и на это неизбежно уйдет какое-то время.
Первый полноценный сольный концерт «Северного Флота» прошел 20 сентября 2014 года в Вологде. Парням откровенно повезло: местные организаторы рок-гигов оказались настоящими энтузиастами своего дела, потому КЗ «Русский дом», где проходило выступление, трещал по швам.
Яков Цвиркунов:
В Вологде мы чувствовали себя более-менее расслабленно. Нам был хорошо знаком зал, и публика тамошняя всегда хорошо нас принимает. Организаторы тоже великолепные, свое дело добре знающие.
Александр Куликов:
Мы приехали в вологодскую гостиницу, а у Реника еще не был готов припев на «Надвигается Северный Флот». За нами приезжает машина, чтобы везти нас на площадку, он выходит и говорит: «Сидел до последнего, но придумалось. Как бы теперь это запомнить еще!» Концерт был настолько теплый и насыщенный по энергетике, что лично мне это дало такой толчок ехать дальше и понимать, что все вроде складывается неплохо. Конечно, перед концертом было много мыслей и опасений: мы же новая группа, кому мы нужны и т. п.
Александр Леонтьев:
Принимали нас отлично. Надо понимать, что Вологда отличается от всех остальных городов в плане организации. Сам по себе город небольшой, но наши организаторы Мишка и Даня не пытались срубить денег на этом деле, им принципиально важно именно делать концерты. На выступлении исполнителя, которого они привозят, они бьются за каждого человека, чтобы он пришел и послушал. Поэтому в первый же год мы в Вологде, которая в три раза меньше, чем Нижний Новгород, собрали 600 человек, а в Нижнем – 300. Просто потому, что ребята вот так бились.
У нас есть еще подобного плана организаторы, но их все меньше. Для людей, скорее, это бизнес: концерт убыточный, значит, больше тебя не зовут. А Мишка и Даня, когда в стране наступил кризис и у людей резко поубавилось денег, порою привозили артистов себе в убыток, делая мини-фестивали. Например, ставят в один концерт «Кукрыниксов», F.P.G. и «Северный Флот». Чтобы зал был полный, потому что всегда хочется, чтобы был биток. То есть ребята идейные и правильные. Плюс они стараются поддерживать контакт, зовут нас на рыбалку и т. д.
Павел Сажинов:
Мы дружим с вологодскими организаторами. Они даже периодически приезжают на наши концерты в другие города, в частности – в Ярославль. Понимая специфику нашего выступления, они постарались всеми силами нас поддержать. Понятно, что там и так всегда все хорошо, но для нашего концерта они сделали очень много рекламы и огромный баннер, который до сих пор хранится у нас на точке. В принципе, в Вологде я не припомню вялых рок-концертов. Несмотря на то что город не очень большой, как-то так сложилось, что рок-культура там в почете и воспринимается с душой. Поэтому поддержка от народа была отличная. Помню, уезжали мы оттуда в очень воодушевленном состоянии, а на вокзале фотографировались на фоне подаренной нам растяжки.
Александр Щиголев:
Вологодские концерты у нас всегда проходили одинаково хорошо. Парни, которые делали этот концерт, как обычно, все хорошо отрулили, и пришло посмотреть много народа, что из себя представляет молодая группа. Была, конечно, куча эмоций.
Организаторы подарили нам большую растяжку «Северный Флот». После концерта, конечно, выпили, потому что ночевали в Вологде и уезжали на следующий день. Было ощущение, что со времен «Короля и Шута» ничего не изменилось. Разбора полетов не проводили. Дело в том, что с возрастом ты начинаешь сам все понимать и тебе не надо говорить, что ты сделал хреново. Хотя бывают такие люди, которые не понимают. Вот им говорят по многу раз. Но они обычно не задерживаются в коллективе.
Александр Леонтьев:
На первом концерте в «Вологде» мы играли «Последнего героя» группы «Кино». Тут же возникла фирма-правообладатель и отписалась нашему директору Паше Клинову с требованием довольно немалую сумму денег им заплатить за то, что они разрешат нам сделать кавер. Надо понимать, что рапортички мы заполняем и авторские им и так капают. Но они потребовали денег еще и за это. Тогда я просто психанул и заявил, что мы теперь не будем играть эту песню вообще.
Тем более спустя несколько лет я встретил на фестивале «КИНОпробы» в Окуловке Сашу Цоя, которого я, будучи пацаном, знал по песне «Саша». Черным по белому он нам сказал: «Я с ними как раз сужусь, потому что они занимаются этой фигней». Одно дело что-то разрешать или не разрешать людям, исходя из каких-то культурных ценностей. Дескать, вы лохи и мудаки, вам эту песню паскудить нельзя. Или: вы хорошие парни, нате делайте кавер, не вопрос. Но подход, при котором заплатите и делайте кавер, на мой взгляд, за пределами добра и зла. Да, это хорошая песня, но вы-то какое отношение к ней имеете?
Яков Цвиркунов:
Насколько я знаю, Александр Цой победил в судебной тяжбе, и теперь музыку «Кино» могут играть любые группы. Мы за них рады, а Александру за это респект. Считаю, что достойный сын достойного отца все сделал правильно. Мы сами на своих сольных концертах этим не пользуемся, но он сделал хорошую тему.
Поначалу «Северному Флоту» пришлось привыкать к тому, что их собственные песни в регионах были далеко не всем известны. Исключения составляли разве что «Стрелы» и «Рожденный убивать».
Александр Леонтьев:
Ощущения были двойственные. Ты сидишь в гримерке, а зал орет хором: «Ели мясо мужики». Но куда деваться. Было понятно, что нам придется все это пройти и пережить. Людей тоже понять можно, ведь они приходят получить этот заряд, и для многих уход «Короля и Шута» был большим уроном. Конечно, им хотелось это ощущение немножко продлить.
Во многих публикациях о первых выступлениях «Северного Флота» делается упор на то, что Андрей Князев запретил исполнять коллегам те песни «Короля и Шута», к которым приложил руку, поэтому музыкантам пришлось предельно мобилизоваться и рассчитывать на свои силы. Но ситуация с репертуаром была еще сложнее.
Александр Щиголев, 2016 г.
Александр Леонтьев:
На тот момент мы плотно контачили с вдовой Михаила Горшенева Ольгой Шаботовой. Я от нее никогда не скрывал, что для меня, как человека творческого, было важным и правильным постепенно писать свои песни и дополнять ими программу. А у Ольги, насколько я понимаю, были на тот момент мысли, чтобы мы на законных основаниях играли песни «Короля и Шута», тем самым поддерживая ее и материально.