Похититель отсоединил дымящийся ноутбук, забрал его с собой. Присел над Денисом на корточки:
— Зря ты так, парень. Себе же хуже сделал. Но, с другой стороны, ты мне сильно услужил… «Помогите, горю!» — твой отец с ума сойдет, услышав эту запись.
Похититель мелко рассмеялся — будто рассыпал по комнатке мелкие стеклянные бусы, и вышел за дверь. В комнате остался висеть едкий запах пластика, краски, а Денис понял, что настоящие проблемы у него только начались — отцу отправят запись с его голосом, как он просит о помощи. Значит, это не отец его здесь удерживает. Значит, он не согласился на условия похитителей.
Краснодар, тот же день
Виктория как раз закончила проверять тексты заученных семиклассниками стихов известного поэта, которого пригласили для участия в библионочи, когда в библиотеку заглянула Александра. Дождавшись, пока школьники уйдут, а Тори раздаст всем указания по костюмам, она прикрыла дверь и повернулась к подруге:
— Ты слышала? Илантьева арестовали.
— За что? — Тори как стояла у стола, так и присела на его угол.
Александра пожала плечами:
— В новостях «Подслушано в Краснодаре» обсуждают. Якобы по подозрению в убийстве какого-то предпринимателя из Москвы. Вот так и подумаешь, крутить шашни с этими московскими олигархами. Все они — то ворье, а то и вон, хуже, убийцы.
Виктория уже собирала сумочку. На словах Александры застыла:
— Во-первых, если его и задержали, то еще не факт, что он виноват. Во-вторых, это вовсе не означает, что таковы все олигархи из Москвы или любого другого города, тебе это должно быть прекрасно известно. В-третьих, никто ни с кем шашни не крутит… Откуда у тебя вообще такие выражения пошлые?!
Александра язвительно скривилась:
— Ты смотри как взвилась, — она смерила Викторию взглядом. Если бы не было ничего, ты бы сейчас не паковала сумочку, чтобы к нему бежать.
— Я ни к кому бежать не собираюсь, — Виктория озадаченно села: в самом деле, куда, к кому бежать, если Антон арестован.
Александра скрестила руки на груди:
— Я о тебе забочусь, между прочим. Мало того, что весь город гудит о вашем с Илантьевым романе, так еще и сейчас выяснится, что он мафиози. Кто тебя к детям потом допустит?! Это же… черная метка!
Она выразительно закатила глаза и подняла к потолку указательный малец.
Виктория дернула замок и распахнул дверь из библиотеки:
— Знаешь, я очень тронута, что ты так заботишься о моей репутации, особенно если учесть, что именно ты являешься идейным вдохновителем и источником сплетен, но замечу, что о своей репутации я вполне способна позаботиться сама! А сейчас, пожалуйста, освободи библиотеку. Я должна ее запереть.
— У тебя еще полчаса до окончания работы, Василий Егорович тебя по головке не погладит, — Александра мстительно прищурилась. Тори отмахнулась:
— Переживу!
Она схватила Александру за рукав и буквально вытолкала из библиотеки, захлопнула дверь и бросилась по лестнице вниз.
— Сумасшедшая! — крикнула ей вдогонку Александра. — Он этого все равно не оценит… В впрочем, — она осеклась и пробормотала уже значительно тише. — Впрочем, может, именно это и оценит.
Виктория торопилась к выходу, складывая в памяти кусочки головоломки: если кто-то что-тои знает, то это Женя, тот самый безопасник, с которым они познакомились дома у Илантьева. Она не знала, сможет ли чем-то помочь, но знала, что должна хотя бы предложить Антону поддержку.
«Представляю, что он сейчас чувствует: его обвиняют в преступлении, он задержан и никак не может помочь сыну».
Глава 22. Полезная конкуренция
Краснодар, тот же день
Она влетела в здание «Мегастройинвеста», едва не столкнувшись с Марковым в дверях:
— Женя! — Крикнула.
Жека остановился.
— Добрый вечер. — Он оценивающе окинул ее взглядом, кивнул: — Ясно, вы уже в курсе. Информация тут поставлена на «отлично».
Виктория отступила назад, пропустив выходивших из здания сотрудников.
— Это правда? — спросила. — Про Антона?
Марков кивнул:
— Да, если вы о задержании.
— Но он ведь ни в чем не виновен! — не то воскликнула, не то спросила она, уставившись в безопасника внимательным взглядом — только намек на сомнение, и для нее это будет приговор.
Марков не отвел взгляд, посмотрел прямо, проговорив тихо и отчетливо:
— Не виноват. Я уверен.
Виктория кивнула. Осенний ветер — мягкий и по-южному ласковый — подхватил прядь ее волос, заставив рассеянно поднять руку, чтобы убрать ее с лица. Порыв подарил ей мгновение, чтобы собраться с мыслями:
— Женя, я понимаю, что это наверное, зря, но… я могу быть чем-то полезна?
Мужчина задумчиво посмотрел на нее, пробормотал:
— А почему нет… Виктория, — он потянул ее за локоть, — я сейчас еду к одному не самому приятному человеку. Есть надежда, что в присутствии дамы, он меня не убьет.
И он весело подмигнул девушке. Виктория высвободила локоть:
— Если это шутка, то неудачная.
Евгений рассмеялся:
— Не обращайте внимание. Мне правда, надо сейчас кое с кем встретиться, давайте, я как освобожусь, вам перезвоню?
Он направился к своей машине. Виктория, подумав, рванулась за ним:
— Я с вами! — она догнала его у машины: — Если это может помочь Антону, я с вами.
Евгений сел в машину. Перегнувшись через переднее пассажирское сиденье, открыл дверцу изнутри, выглянул:
— Ну, располагайтесь тогда, введу вас в курс дела.
Он резко стартанул, заставив колеса взвизгнуть.
— Тоху обвиняют в убийстве его бывшего партнера, с которым они работали в Москве. Тип скользкий и откровенно жуликоватый, но кто-то из его окружения стукану́л на Антона, а следствию надо кого-то задержать.
— А Денис?
— А в похищение Дениса следствие, как я понимаю, не слишком верит. Потому что похититель ведет себя не стандартно: денег не просит, не угрожает, за все время вышел на связь только единожды, и то отправив сообщение с голосом пацана. Тут или Дэн придуряется, трепя нервы папаше, — Жека многозначительно покосился на Викторию, — или сам Антон организовал, чтобы добавить себе очков в предвыборной компании, очернить конкурентов или отвести подозрение от себя в связи с убийством Юрьева.
— Некрасиво…
— Я согласен. Но следователя могу понять.
Виктория сосредоточенно слушала, на переносице пролегла глубокая морщинка.
— И что же теперь делать?
— А вот это вопрос резонный. Сейчас мы встретимся с Тарасовым Кантемиром Андреевичем, знаете такого? — Виктория рассеянно качнула головой. Евгений пояснил: — Это генеральный директор ЗАО «Империал», прямого конкурента «Мегастройинвеста». Именно Кантемир Андреевич организовал шпионскую сеть в «Мегастройинвесте» и активно подсиживает Илантьева. И он собирается баллотироваться на пост губернатора.
— И что мы хотим от него узнать?
— Мы хотим узнать, не его ли машина следила за Илантьевым накануне похищения Дениса. Потому что похожая машина замечена в день его похищения на автостанции.
Виктория понимающе кивнула:
— Вы хотите доказать, что похищение Дениса — не инсценировка?
Евгений посмотрел на нее, хмуро сообщил:
— Я хочу найти парня, чтобы у Антона голова работала над своим освобождением.
— А адвокат? У него есть адвокат?
Они подъехали к высотному зданию на окраине города, припарковались на служебной парковке. Евгений выдернул ключ из замка зажигания.
— Есть. Но как вы сами понимаете, Антон сейчас орет и мечется по камере в ожидании допроса и предъявления обвинения. И эта его нервозность не играет ему на пользу… Пойдемте, поговорим с господином Тарасовым, он как раз собирается отбыть домой.
Евгений дернул дверь, вывалился наружу. Очертя голову, бросился к пожилому мужчине, шедшему к автомобилю в окружении охранников.
— Кантемир Андреевич, я как раз к вам! — Жека резко остановился в паре метров от Тарасова, перед ним замер один из охранников. — Вы конечно, можете сбежать, но тогда всю информацию, которой я располагаю, будет располагать полиция.
Тарасов мрачно отмахнулся от охраны, шагнул к Евгению:
— Чего тебе?
Тот кивнул на охранников:
— Советую отослать их подальше, чтобы потом не сомневаться, кто слил информацию… Если мы, конечно, договоримся.
Тарасов бросил своим:
— В машину сядьте. — Он покосился на Викторию: — А это кто?
— А это свидетель, — не моргнув глазом соврал Марков. — У моего босса сын пропал. И я совершенно точно знаю, что за ним кое-кто пристально приглядывала в последние дни. Я хочу знать, зачем вам парень. И еще настоятельно прошу вернуть его домой.
Тарасов холодно уставился на него:
— Ты в своем уме? Я к этому делу отношения не имею. — Он развернулся и собрался уходить.
— Не стоит так торопиться, — Марков усмехнулся: — Я знаю все ваши контакты вокруг Илантьева. Как вы получали выкраденную у него бухгалтерскую и финансовую документацию, как перебивали клиентов и контракты. Целенаправленно и цинично топя конкурента…
— Во-первых, черта с два ты это докажешь. Во-вторых. Никакого криминала там нет…
— У меня есть показания вашей любовницы Марины Лайм, вашего информатора Василия Обакова и пособника Лавренкова. Илантьева сегодня арестовали, завтра все новостные порталы будут трубить о его деле, я могу устроить, что ваше имя будет стоять рядом, пусть по другому поводу…
Тарасов застыл, зло цокнул языком. Резко вернулся к Маркову, схватил за грудки:
— Ты мне угрожать задумал?
Марков широко улыбнулся:
— Я просто немного владею политтехнологиями… Быть упомянутым весте с подозреваемым в убийстве за несколько месяцев до выборов… Вы не успеете отмазаться.
Тарасов оттолкнул его.
— Я не знаю ничего про его сына! — рявкнул.
— Мне нужны доказательства. — Марков оправил куртку, откашлялся. — В их качестве готов принять видео и фотоснимки, которые вам передал Лавренков, установив слежку за Илантьевым.