И в-третьих, хитроумная деталь — оси стволов расходились под небольшим углом, отчего пули разлетались друг от друга все дальше.
Для больших дистанций это, конечно, не годилось, но такой пушке стрелять далеко не требовалось, ведь даже ее строенный ствол был длиной всего тридцать сантиметров.
Основная дистанция — пять метров, а расходящиеся пули, в момент удара, растягивали участок брони, ослабляя его и успешно проходя насквозь.
«Гвардер-26» мог бы гордиться своей пушкой и бесконечно ее расхваливать, но не делал этого, поскольку был машиной.
Работы у него было немного, в основном тесты, которые проводились раз в год, после чего «гвардер» снова уходил в экономный режим, пока большие пушки станции крушили кого-то на поверхности планеты.
Правда, один раз состоялись несанкционированные каникулы, когда на одной из сдвоенных звезд случилась вспышка и по всем планетам ударила плазменная волна, сшибая орбитальные навигаторы и спутники. Но те, что покрепче — выжили, в том числе и станция, на которой служил «гвардер-26». Правда, ее тоже хорошенько тряхнуло, а образовавшиеся в сетях паразитные токи коротнули что-то там в бортовом компьютере, и «гвардер» получил приказ размяться.
Он вышел из ниши и зацокал на своих четырех магнитных лапах по коридорам, но потом спохватившийся компьютер дал команду вернуться на место.
Так и простоял «гвардер» еще невесть сколько лет, включаясь для тестов и снова угасая, пока однажды ему не пришел тот самый сигнал, ради которого он и был задуман.
То задание «гвардер» выполнил на «отлично», у него даже остались неизрасходованные патроны и заряд в аккумуляторах. А еще остался большой оцифрованный файл с семью переменными, где были отражены все подробности того задания.
Правда, бортовой компьютер этот файл изъял, полагая, что в центральном хранилище тот будет целее.
И снова потянулась вереница ежегодных тестов, однообразных, но очень нужных. Бортовой компьютер станции знал, что «гвардер» исправен, а стало быть, можно спокойно следить за поверхностью планеты и разносить всякую цель, подходившую под указанные параметры.
И вдруг «гвардер» снова был разбужен призывным сигналом, и это не был призыв к тестам. Патронный магазин был полон, аккумуляторы заряжены, а в расчетном блоке снова лежал тот самый файл с прошлого задания.
Робот вышел из ниши, сделал несколько разминочных движений, повышая температуру сервоприводов, и двинулся согласно схеме — наперехват нарушителя границы.
Где-то он шагал по рифленым панелям пола, где-то по стойкам с аппаратурой, а где-то и вовсе по потолку, на станции это не имело значения.
«Гвардер» в точности повторял прошлый маршрут, что-то менять сейчас не было смысла. Еще три шага вперед, потом вниз, затем на стену и замереть возле угла, где и в прошлый раз он ожидал приближения целей.
А они уже были на борту, они уже нарушили все границы, но пока приемная панель объемного датчика рисовала лишь размытые образы.
Но и этого уже было достаточно, ведь у «гвардера» был тот самый файл, а значит — опыт. В прошлый раз он видел, практически, то же самое и архивные образы почти полностью соответствовали новым.
Характер движения, размерность, динамика, спектр излучений.
Робот подвигал подачу патронов, очень тихо и осторожно. Никаких намеков на отказ. Так и должно быть.
Звуки все громче, клацание магнитных панелей, шорох дыхательных магистралей, тихий скрип оснастки. Робот не торопился, у него был опыт и он знал, когда ему выходить. А когда, наконец, «гвардер» выскочил из-за угла и прикрепился к стене, все мишени у него были в сетке прицеливания.
Пушка привычно ударила тройными зарядами, и цели стали валиться одна за другой, но вдруг автоматный заряд врезался в стену возле опоры и «гардер» сделал перескок.
И снова частый огонь из пушки, пауза для оценки температуры стволов и снова огонь.
Цели старые и цели новые, казалось, совсем перепутались, но у робота был файл и он хорошо помнил, которые из целей остались с прошлого раза — их он отмечал синим.
Пробежав по стене, «гвардер» выглянул в знакомый отсек старого челнока. Три цели — три залпа.
Он спустился на пол и повел датчиками, замечая следы электростатики.
Позади него была кабина, но туда он ходил в прошлый раз, и с тех пор поле статики было не потревожено.
Робот сделал пробежку до следующей двери и выглянул в модуль следующего шаттла — никого. Тогда — в кабину, где он быстро нашел цель.
Снова удивленное лицо под стеклом шлема, какой-то невнятный возглас и — залп.
Задание выполнено.
44
В первое мгновение майор Понан не понял, что сказал капитан Двоор. Он отчетливо услышал каждое слово фризонтала, но отказывался в это поверить.
— Что вы сказали, капитан? — переспросил майор, не замечая, что пролил на брюки настой сладкой окии. На брюки парадного костюма!
— Судя по всему, сэр, вся группа уничтожена, — повторил Двоор, у которого от этих слов запершило в горле. А ведь все шло так хорошо.
— Ты… Ты мне этого не говорил, подлый фриз… — прошипел Понан и попытался встать из-за стола на ослабевших ногах. — Ты мне это… не смей, слышишь?
— Это война, сэр, тут ничего не поделаешь.
— Какая такая война? Что ты мелешь?!
Майор наконец вывалился из-за стола и едва не упал на четвереньки.
— Что я скажу его превосходительству Ниму Роттеру? Ты знаешь, что он с нами сделает? И с тобой тоже, умник! Думаешь, я не замечал, как ты на меня поглядывал? Как ты кривил свою фризонтальскую морду? Но я молчал, я думал, пусть эта тварь кривляется, ведь он, возможно, лучший начальник отдела разведки по обе стороны гор!
Понан хотел сказать что-то еще, но у него кончился запал и он тяжело опустился в кресло.
Ну зачем, зачем он подсиживал полковника Фемастера? Чего ему не хватало? Что хорошего в том, чтобы все время быть под ударом карающей лапы гризотта? О чем ты раньше думал, Понан?!
— О чем ты раньше думал… О чем… — пробубнил майор, прикрыв лицо руками.
— Я думаю, что все обойдется, сэр. Нам случалось попадать и похуже, но мы как-то выплывали. В нашем деле нельзя без риска.
Понан молчал, и капитан Двоор счел за лучшее тоже помолчать.
— А точно, Двоор? Точно? Может, ты посмотрел что-то не то? — снова спросил Понан, жалобно глядя на капитана.
— Увы, сэр. Телеметрия расшифрована полностью, живых среди них нет. Последним погиб пилот.
Понан сокрушенно вздохнул.
— Ведь самое страшное не то, что мы не сумели заткнуть эту станцию, Двоор, мы угробили лучших коммандос на… на целом, наверное, планетном секторе.
Внезапно Понан вскочил и уставился куда-то поверх головы капитана. Тот невольно оглянулся, но никого не увидел, только дверь, стена и репродукция с батальной сценой.
— Капитан Двоор!
— Слушаю вас, сэр.
— Капитан Двоор, когда начнется разбор наших полетов и его превосходительство уже будет готово растерзать нас, мы должны попытаться выбросить какой-то козырь, который мог бы стать спасительным шансом.
— Я не очень вас понимаю, сэр, — сказал Двоор и снова оглянулся.
— Нужно придумать такую фишку, которая…
Тут глаза майора Понана снова сделались большими, и хотя Двоор снова испытал это зябкое чувство, он лишь повел плечами и не стал оборачиваться. В результате получил в спину удар парализатором и свалился на пол, а через пол секунды такой же удар свалил на пол майора Понана.
Двое доставщиков вышли на середину комнаты и огляделись.
— Ну и кто из них кто? — спросил один, комбинезон которого искрил фиолетовыми разрядами.
— В сопровождении сказано — «легко определить как военнослужащего».
— Да они оба военные!
— Точно?
— Ну вот смотри — этот скрингард, а вот этот женерале-торо…
— Тут не бывает таких воинских званий.
Несколько молний снова пробежались по костюму первого доставщика и с треском соскочили на письменный стол, разметав бумаги и опрокинув несколько статуэток.
— Ты не мог бы отладить режимы на своем бодискине, Пео?
— Он не реагирует на регулировочную панель, его нужно просто поменять.
— Ну так поменяй, — раздраженно обронил напарник Пео, наклоняясь над майором.
— Чтобы поменять, нужно составить отчет, а когда тут составлять отчет, если у нас за смену четвертая доставка? Тут азота дыхнуть некогда.
— Вот этот.
— Точно?
— Точно. В сопровождении сказано «каттинг второй формации», а эти оба каттинги, но тот у двери — третьей формации.
— А как ты определяешь?
— По размеру клыков. Чем клыки меньше, тем формация более поздняя.
— А может, проще проверить сканером, у кого маяк?
— Маяки стоят у обоих.
— Так не бывает! То есть — мала вероятность, чтобы двое и с маяками.
— И тем не менее это так. Давай платформу.
Доставщик Пео развернул платформу и легонько подтолкнул к напарнику, тот опустил ее на пол и они вместе переложили на нее объект.
Платформа поднялась, и доставщики повели ее в сторону двери и вскоре неслышно выскользнули вон.
45
Потянулось время. Капитан Двоор продолжал лежать недалеко от двери и лишь изредка подергивал ногой, примерно раз в пять минут. В приемную дважды заглядывал лейтенант Фрумм, но так и не решился зайти в кабинет майора Понана, потому что часть выданного им задания сделать не удалось.
От легкой вибрации включившейся вентиляции на столе звякнула фарфоровая статуэтка из коллекции уволенного полковника Фемастера. В трубах загудел теплоноситель — по ночам здесь давали тепло.
Когда с момента падения Двоора прошел час и тридцать две минуты, дверь приоткрылась и в кабинете снова появились доставщики, при них была платформа, на которой лежал майор Понан.
Опустив платформу, доставщики положили тело на прежнее место, сложили платформу и вышли, на ходу включая режим невидимости. Прошло еще несколько минут, и майор Понан подскочил на месте, словно его ткнули иголкой.