— Дорогая, что за унылое настроение? — рассмеялся Тавир, заставив вздрогнуть и обернуться.
— Интересно, в этом замке есть помещение, не обладающее потайными дверьми? — нахмурилась я.
— Хм… — вроде как задумался Тавир, затем встрепенулся, и улыбка озарила его лицо. — Телепортационный зал, ну и в комнату старейшин тоже тяжело попасть, в остальные помещения либо можно попасть, либо туда ведут подслушивающие отверстия.
— Жуть какая, — отозвалась я, наморщив нос, чем вызвала у мужчины очередной приступ веселья.
— Дорогая, а чего ты пугаешься, я же не подглядываю за тобой, пока ты в ванной, — фривольно ухмыльнулся Тавир, а я тут же взвилась, всплеснув руками.
— Я тебе не дорогая!
— До-ро-гая, — растягивая слоги, повторила горгулья, будто смакуя это слово.
— Перестань! Я тебе не дорогая!
— Мария, успокойся, конечно же, ты дорогая, я бы даже сказал почти бесценная. Забыла? На данный момент только ты можешь найти диадему.
— Ах, ты про это… — Я сникла, сдулась, а если честно, расстроилась, вернув локти на прежнее место и опять подперев щеку.
— Так и будешь тут сидеть или займешься делом? — поинтересовался Тавир.
Мужчина медленно двигался вдоль стеллажей, проводя пальцами по корешкам книг. На миг мне показалось, что некоторые книги под его пальцами вспыхивали разными цветами, однако убеждать кого-то, что это именно так, я бы не решилась, списав все на игру света.
— Идем, — позвал Тавир. — Начнем с тех книг, что были любимыми у жениха Шами.
— А ты знаешь, какие это были книги? — с сомнением спросила я.
— Угу, — кивнул мужчина, — я у Шами спросил. Помнишь, как заряжала кольцо на поиск в кабинете? Попробуй тут так же, только не всю силу вливай, а едва ощутимым ручейком.
Я проделала манипуляции с кольцом, выставила руку вперед и медленно направилась вдоль полок, не касаясь книг, но направляя руку то в одну сторону, то в другую. Сколько так ходила, вспомнить не смогу, но в какой-то момент запнулась и упала бы, да только сильные руки поймали слабеющее тело и отнесли меня обратно к овальному столу.
— Устала? — с долей сочувствия спросил Тавир. — Сейчас подойдешь к двери и потребуешь еду и красного вина. Тебе надо восстановиться.
— Ты же сказал, чтобы я больше не пила, — хмыкнула в ответ я.
— Ты же не ящик попросишь, а графин на одну порцию, — нахмурилась горгулья. — И тебе это надо. Ты все-таки не контролируешь поток, отдавая больше, чем надо.
Спорить не стала. Дождалась, пока Тавир вернется в глубь библиотеки, а сама подошла к двери и пару раз громко стукнула. Дверь чуть приоткрылась, явив сонную физиономию Викаса. Выслушав просьбу, мужчина закрыл дверь, и я даже услышала, как в скважине пару раз повернулся ключ, после чего вернулась к столу и, сложив руки, уперлась в перекрестье лбом. Возможно, даже задремала, так как очнулась от аппетитного запаха.
Я подняла взор, наблюдая за тем, как две девушки сгружали с подноса еду на стол. Тарелок было штук шесть или семь. Овощи, мясо, фрукты, хлеб и два графина, один побольше, с моим любимым соком, второй поменьше, с рубиновой жидкостью, искрящейся в преломлении света. Я было протянула руку к графину, но Викас опередил меня, подхватив его и медленно наполнив мой бокал.
— Госпожа, вам составить компанию? — участливо поинтересовался мужчина.
— Нет! — резко отозвалась я, вспомнив про Тавира и многострадальную голову Викаса. — Ступай, я быстро поем и продолжу.
— Как пожелаете, — едва заметно поклонился охранник, пряча мелькнувшую во взгляде обиду, и покинул библиотеку, закрыв на замок дверь.
— Стой! — рявкнул над ухом Тавир, когда я собралась пригубить напиток.
Чудом не разбив бокал, я наблюдала за тем, как мужчина проводит рукой по тарелкам, заметила, как гримаса досады исказила его лицо, после чего синее пламя спалило несколько блюд, вызвав во мне вздох разочарования.
— И что это было? — все же уточнила я.
— Сильнодействующее приворотное зелье, сдобренное возбудителем, — безучастно отозвалась горгулья, садясь напротив и пододвигая к себе одну из тарелок. — Остальное есть можно.
— Зачем меня привораживать, а главное, к кому? — возмутилась я.
— Ну, судя по тому, что твой охранник неоднозначно намекал тебе на желание остаться с тобой… Думаю, это либо его рук дело, либо он в доле, — все так же безэмоционально продолжила горгулья, цепляя вилкой солидный кусок мяса.
— Тавир… — взвыла я. — Что происходит? Зачем они это делают?
— Я же тебе объяснил, что ты слишком дорога для одних, бесценна для других и дико мешаешь третьим. А теперь просто поешь и отдохни, а затем мы продолжим. Мне показалось, я кое-что нашел.
Когда с обедом было покончено, а графин с вином благополучно ополовинен, я решилась и задала вопрос, мучивший меня все это время:
— Тавир, а если бы я наелась отравленной еды, но вместо Викаса воспылала любовью к тебе, ты бы очень расстроился?
— Да, — кивнул мужчина. — Если с глупыми вопросами покончено, то идем.
Горгулья подала мне руку и, не замечая обиженно поджатых губ, повела в дальний угол библиотеки, где стояли стеллажи, от пола до потолка уставленные книгами с одинаковыми черными корешками без единой буковки на них.
Водя ладонью по полкам, я не выдержала:
— И все-таки чего они добиваются этими приворотами?
— Обычная дискредитация, — пояснил мужчина. — Если ты влюбишься, да еще и отдашься другому мужчине, то предоставишь Лиагаре возможность себя казнить. Ты станешь той, кто не оправдал надежд жителей этого мира.
— Господи! — возмутилась я. — Бред какой! Кому какое дело, кого я люблю и кому отдаюсь! В конце концов, я этого Князя никогда не видела! И потом, Гив сказал, что невеста — не жена. Что будет, если вашему Князю я не понравлюсь?!
— Скорее всего, он отправит тебя домой, — пожала плечами горгулья.
— А если я ему понравлюсь, а он мне нет?! — продолжила допрос я.
— Маш, вот скажи мне, ты что, считаешь его монстром? Неужели ты заочно его ненавидишь?!
— Я не это имела в виду! — пошла на попятную, но, кажется, поздно, так как Тавир уже сверкал своими нереальными глазами, желая прожечь во мне дыру. — Так мы все внизу ищем, может, наверху попробовать? — резко перевела тему я.
— Мария, разговор не закончен, — несколько грубо отрезал Тавир.
Резко развернувшись, мужчина направился куда-то за стеллаж, а через минуту вернулся, держа лестницу в руках. Я до последнего думала, что не полезу на нее. Однако, когда Тавир установил ее в специальные пазы, а затем широким жестом предложил мне подниматься вверх, я сделала первый робкий шажок к двери.
— Дорогая, — несколько издевательски молвил мужчина, — прошу.
Жест был уверенным и широким, но куда больше задел вызов в глазах, который горгулья даже не пыталась скрыть. И вот бы мне забыть про гордость, да только выпитое вино дало о себе знать. Расправив плечи, я подхватила подол платья, заправила конец юбок за пояс и резво ухватилась за боковины.
— Может, отвернешься? — робко поинтересовалась я.
Не то чтобы нижнее белье этого мира сильно отличалось от нашего. Ну да, не кружево, но и не панталоны, однако блистать им именно перед Тавиром мне почему-то не хотелось.
— Маш, я не буду подсматривать, но поверь, лучше я придержу лестницу, пока ты будешь проверять верхние полки.
— Я справлюсь сама, — упрямо произнесла, медленно поднимаясь наверх. — Отвернись, а еще лучше отойди.
— Уверена? — усмехнулся мужчина.
— Да! — рявкнула я, поднявшись ступеней на пять.
Закон подлости подкарауливает тогда, когда меньше всего этого ждешь. Нога поехала, рука скользнула, и я, поздно осознав весь идиотизм ситуации, отпустила пальцы и стремительно полетела вниз. Полет был недолгим, изрядно напугал и порадовал мягким приземлением.
— Убиться решила? — хрипло произнес Тавир, нависнув над моим лицом.
В его объятиях было настолько спокойно и удобно, что, даже не думая о последствиях, я вскинула руки и обвила его шею. Стук собственного сердца заглушал остатки разума. Адреналин не просто бурлил в крови, он полностью завладел всем моим разумом. Я резко притянула Тавира к себе и робко скользнула губами по его устам.
В ту же секунду мои ноги оказались на полу, а руки Тавира обняли мое тело со всей возможной страстью. Я льнула, дрожала от предвкушения и боялась даже на миг поверить, что все-таки нравлюсь ему. Вот только инициатива, которую перехватил мужчина, быстро иссякла.
— Прости… — глухо выдохнула горгулья, утыкаясь носом мне в волосы.
Я ощущала его глубокий, с нотками досады вдох. Но прежде чем успела хоть что-то сказать, он просто исчез. Тавир отпустил меня. Пока я искала опору, чтобы не упасть, скрылся за стеллажом. Когда до меня дошло, что эта крылатая гадина сбежала, его и след простыл! Я с час крушила библиотеку, скидывая книги и шипя проклятия. Я клялась, что лично превращу его в камень, а затем буду крошить до тех пор, пока не распылю в самый мелкий песок. Правда, судя по звенящей тишине, никто не слышал и не внимал моим угрозам. Уставшая, обессиленная, я вернулась к столу и, сложив руки на столешнице, позорно уснула.
Очнулась оттого, что меня куда-то несли, затуманенным взором посмотрела на мужчину. Дернулась, узнав Азима, но горгулья только рыкнула в ответ.
— Викаса убили, — глухо пояснил мужчина, удобнее перехватывая меня.
Обвив одной рукой его шею, я робко предложила:
— Могу и сама.
— Уже почти пришли, ты зачем себя так вымотала, и вообще, что произошло в библиотеке?
На миг мне стало стыдно за тот дебош, что я устроила, но, задавив в себе все лишние чувства, я нагло соврала:
— Не знаю, мне принесли обед, после него я стала плохо себя чувствовать, а потом и вообще уснула. Даже сейчас голова немножко кружится. — И тут до меня дошел смысл слов, сказанных Азимом. — Как убили?! Кто?!
— Сейчас доставлю тебя в комнату и пойду разбираться. Из помещения никуда. Открывать дверь только мне, Гивдару и Шами.