– Я склонна поддержать твоего супруга, дорогая, – произнесла миссис Босанквет. – Чем меньше слов, тем лучше. А раз сегодня мы ждем полковника Экерли на чай и партию бриджа, нам лучше переместиться в гостиную, поскольку он должен явиться с минуты на минуту.
Обсуждение закончилось, и через несколько минут Бауэрс объявил о приходе полковника.
– Друзья, не дайте выжить себя из монастыря, – с ходу заявил полковник, принимая из рук Питера чашку с кофе и стакан старого бренди. – Я уже забыл, что такое соседи, тем более такие милые. – Он галантно поклонился Селии. – Для старого холостяка радость зайти к вам вечерком на роббер.
– А уж нам как приятно иметь такого общительного соседа, – улыбнулась Селия. – В провинции люди часто бывают замкнутыми и не общаются с чужаками.
– Какая там замкнутость, когда пошатаешься по свету с мое! Ненавижу всякую чопорность. Ага, мисс Фортескью, вижу, вы готовитесь к бою. Давайте объединим усилия и отомстим чете Малкольмов за проигрыш.
Маргарет разложила карты полукругом.
– Давайте. Отыграемся за прошлый разгром.
Они сели за карточный стол, и, когда началась игра, полковник, будто что-то вспомнив, рассмеялся:
– А кстати, куда вы дели своего сторожевого пса? Когда шел к вам по парку, так и ждал, что он на меня накинется.
– Мы его отправили восвояси, – объяснил Чарльз. – Наши нервы уже не выдерживали.
– И потом, он выполнил свою задачу, – добавила Селия. – Бауэрс, похоже, успокоился и вполне счастлив.
Некоторое время они играли молча, но к концу роббера полковник вернулся к прежней теме и, вопросительно подняв бровь, спросил Чарльза:
– Кстати, Малкольм, это вы натравили свою ищейку на старика Титмарша? Не бойтесь, я вас не выдам!
– Надо же было как-то от него избавиться, – пояснил Питер. – Мы решили, что Титмарш отвлечет его.
Это позабавило полковника, и, громко расхохотавшись, он произнес:
– Надеюсь, вы не думаете, что все эти штуки вытворяет старина Титмарш?
– Разумеется, нет, – ответил Питер. – Мистер Флиндэрс сам решил понаблюдать за ним. Мы просто этому не препятствовали. Все вышло очень удачно.
– Если он сумеет откопать компромат на старика, я съем свою шляпу, – объявил полковник.
После одиннадцати часов полковник отбыл, а вскоре отправились наверх и дамы. Заперев окна в гостиной, за ними последовали мужчины, и дом погрузился в темноту.
В ту ночь миссис Босанквет, которая в последнее время страдала от бессонницы, никак не могла уснуть. Проворочавшись в постели час, она решила, что в комнате душно. Миссис Босанквет встала, чтобы открыть окно, которое она предпочитала держать закрытым, чтобы предотвратить проникновение в дом злоумышленников. «Но теперь-то нечего бояться», – подумала она, снова забираясь под одеяло.
Однако открытое окно не помогло, и сон не шел. Нащупав на тумбочке спички, миссис Босанквет зажгла свечу. Она хотела почитать, но, поскольку чтение перед сном не входило в ее привычки, книги в комнате отсутствовали. Тем не менее она надеялась, что чтение поможет ей уснуть, и, сев в кровати, стала размышлять, нужно ли ей рисковать и идти в библиотеку за книгой. Вспомнила, что там осталась жестяная банка с печеньем, и внезапно ощутила голод.
– Моя дорогая мамочка всегда говорила, что если не спится, надо съесть кусочек печенья, – сообщила она столбику кровати. – Хотя и запрещала нам есть после вечерней чистки зубов.
Жестянка с печеньем казалась все более соблазнительной. Миссис Босанквет снова легла, приказав себе думать о чем-нибудь другом. Однако ничего не получилось. Сладкое хрустящее печенье так и стояло перед ее мысленным взором, и через десять минут почтенная дама решила пренебречь неведомыми опасностями и сходить вниз.
Встав с кровати, она накинула халат. Конечно, можно разбудить Питера, спавшего в комнате напротив, и попросить его сходить в библиотеку, но миссис Босанквет посчитала это позорным малодушием. Она всегда гордилась своим хладнокровием, не верила в призраков и не желала, чтобы ее считали слабонервной дамочкой, боящейся спуститься ночью вниз. «В дни моей молодости нервы были не в чести», – часто повторяла она.
– Я тихо спущусь вниз, возьму печенье и книгу и никого не буду беспокоить, – твердо произнесла она, беря со столика свечу.
Лампа в коридоре была погашена, и безлунная ночь делала тьму непроницаемой. Другая бы испугалась, но миссис Босанквет не боялась темноты. «Скорее надо опасаться света, – рассуждала она. – Это означало бы, что в дом кто-то залез».
Но внизу было так же темно. Держась за перила и высоко подняв свечу, миссис Босанквет осторожно спустилась по лестнице. Ступеньки предательски скрипели, и в мертвой тишине каждый звук казался оглушительным. Оставалось надеяться, что скрип этот не разбудит Селию.
Дверь в библиотеку была приоткрыта. Толкнув ее, старая дама вошла в комнату. Насколько она помнила, банка с печеньем стояла на маленьком столике рядом с дверью. Вглядевшись, она увидела ее и, поставив свечу, взяла оттуда пару кружочков и положила в карман халата. Ничего страшного не происходило, под ноги к ней не падали черепа, и постепенно ее волнение исчезло. Взяв свечу, она повернулась к книжным полкам, тянувшимся вдоль стены напротив камина. Свеча давала мало света, и, пересекая комнату, миссис Босанквет налетела на кресло.
Теперь перед ней стояла нелегкая задача выбрать что-нибудь подходящее. Подняв свечу, она стала изучать корешки книг с малообещающими названиями. – «“Размышления о смертности всего живого”, – прочитала миссис Босанквет. – Господи, как мрачно. “Проповеди доктора Бримли”. Это, конечно, может усыпить, но… “Тиндаль о свете истины”… Это уже лучше!»
Когда она взялась за книгу, ее вдруг охватил ужас, и она застыла, тревожно прислушиваясь. Но в ушах отдавалось лишь биение сердца, что, впрочем, ее ничуть не успокоило. Миссис Босанквет, никогда не жаловавшаяся на нервы, почувствовала, что в комнате кто-то есть.
– Ерунда, – попыталась взбодриться она. – Ясно, что здесь никого нет.
Миссис Босанквет заставила себя вытащить книгу, но ощущение чужого присутствия не проходило. Она не смела двинуться или обернуться, хотя понимала, что это глупо.
«Я должна повернуться, – подумала она. – Все это чепуха. Здесь никого нет. Не стоять же мне тут всю ночь. Надо просто обернуться и посмотреть».
Она начала медленно подвигаться к двери. Ужас нарастал, дыхание перехватывало от страха.
«Никогда не следует поворачиваться к опасности спиной, – думала миссис Босанквет. – А вдруг он крадется за мной? И сейчас до меня дотронется?»
Сердце колотилось уже у самого горла, она была близка к обмороку. Миссис Босанквет остановилась и с опаской кинула взгляд через плечо. Никого. Но что там за темная фигура у камина? Кресло с высокой спинкой. В полной уверенности, что это так, она бесстрашно двинулась к нему, высоко подняв свечу.
Темный силуэт обозначился отчетливее. У камина неподвижно стояла фигура в монашеском одеянии. В прорезях капюшона блестели глаза, неподвижно смотревшие на миссис Босанквет. Она остановилась. Фигура шевельнулась и заскользила к ней по паркету, угрожающе вытянув руку, похожую на когтистую лапу хищной птицы.
И тут впервые в жизни миссис Босанквет, дико закричав, без чувств рухнула на пол.
Глава 6
Когда она очнулась, в комнате было светло, а вокруг нее столпились сочувствующие родственники. Ее перенесли на диван, смочили лоб водой и поднесли к носу флакончик с нюхательными солями. Открыв глаза, она увидела перед собой обеспокоенное лицо Селии и услышала, как кто-то сказал:
– Все в порядке. Она приходит в себя.
Постепенно миссис Босанквет вспомнила, что произошло, и, открыв глаза, попыталась сесть, небрежно оттолкнув бутылочку с солями и стакан с бренди, которым пыталась напоить ее Маргарет.
– Где он? – спросила она, тревожно оглядываясь по сторонам.
– Кто, тетя Лилиан? – мягко уточнила Селия. – Надеюсь, вам лучше?
– Я прекрасно себя чувствую. Нет, моя дорогая, я не употребляю спиртные напитки. Куда он делся? Вы его видели?
Селия потрепала ее по руке.
– Нет, дорогая, мы ничего не видели. Я проснулась от вашего крика, и когда мы спустились, то нашли вас без сознания. Вы себя плохо почувствовали, тетя, или что-нибудь случилось?
– Я спустилась за книгой и печеньем, – объяснила миссис Босанквет. – Так в комнате никого не было?
– Нет. Вам показалось, что вы кого-то увидели?
– Показалось! – возмутилась она. – Вы считаете, что я позвала на помощь только потому, что мне что-то там показалось? Я видела его так же ясно, как сейчас вижу вас.
Подошедший Чарльз оттеснил жену от тетушки.
– Что вы видели, тетя Лилиан? Можете рассказать?
– Конечно, я в полном порядке. Мои дорогие, мне не стыдно признаться, что я была не права. В доме действительно есть привидение, и первое, что мы сделаем утром, – позовем священника.
Селия испуганно охнула и вцепилась в руку брата.
– Что вы видели?! – вскрикнула она.
Миссис Босанквет взяла из рук Маргарет стакан воды и сделала пару глотков.
– Я видела Монаха! – трагически произнесла она.
– Боже милосердный! – воскликнул Питер. – Невероятно! Вам не показалось?
Тетушка метнула на него испепеляющий взгляд.
– Да, я проявила малодушие, закричав и упав в обморок, но я не столь глупа, чтобы выдумывать подобное. Он стоял на твоем месте, а потом стал приближаться и вытянул руку, словно указывал на меня.
Селия вздрогнула и испуганно оглянулась.
– А какой он? – спокойно спросил Чарльз.
– Лицо закрыто капюшоном. Я не склонна к фантазиям, но в его облике было что-то жуткое и угрожающее. До сих пор вижу его глаза.
– Где? – взвизгнула Селия, опять хватаясь за брата.
– Перед моим мысленным взором. Успокойся, милая, сейчас его тут нет. Он был в черной рясе, и руки у него тоже были черные, во всяком случае, та, которую он протянул ко мне. Именно это вывело меня из равновесия.