Подумала бы — ему на растерзание, если бы это не было столь тривиально.
— Я знаю, что согласно правилам мы должны в оставшиеся до церемонии ночи хотя бы пару часов бывать вместе, — с трудом преодолевая желание удрать, через силу заговорила я. — Беседовать, узнавать друг друга… Но ты начал слишком рано. Мы ведь только перед рассветом узнаем, сколько у нас осталось времени на все.
Мейхем, наблюдавший отступление девушек, иронично приподняв бровь, переключил внимание на меня. Моргнул. Зеленые глаза потемнели от затаившихся в них мыслей и теперь напоминали болото.
Опасно. Можно увязнуть и уже не выбраться.
Но выхода нет.
— Зачем? — как-то отстранение поинтересовался он.
— Что?
Каюсь, признаюсь — засмотревшись, я выпустила нить беседы.
— К чему эта пустая болтовня? — с отвращением скривился молодой мужчина. — Ты указала на первого попавшегося, не слишком интересуясь моральными качествами, я… Скажем откровенно, для меня нет большой разницы, знакомая или не очень паучиха станет моим палачом.
Хлестко. Правдиво.
Пришлось напомнить себе, что этот нахальный тип всю сознательную жизнь провел в каком-то захолустье. Ничего удивительного, что светского лоска там не хватает. И с воспитанием проблемы налицо. На всю наглую блондинистую морду! Только поэтому не вспылила.
— Видишь ли, ложиться в постель с незнакомцем принцессе как-то не подобает, вот и приходится… общаться, — как сама понимала, пояснила я.
Стоит ли удивляться, что объяснения его не впечатлили.
— То есть после нескольких дней знакомства — самое оно, да? — участливо так спросил жених.
Захотелось ему врезать. Покусать. Или раскапризничаться и заявить, что не желаю иметь с этим хамом ничего общего и вообще, пошли бы они со своими многовековыми традициями… хоть к каменным демонам, хоть на поверхность людей впечатлять! Если бы знала про еще каких существ, и их бы облагодетельствовала такими гостями, но, увы, в учебниках я читала лишь о людях и демонах.
— Примерно так же, как большинство магически одаренных девушек Шанаси, — сухо парировала я.
— Нет, не так, — сразу же возразил Мейхем. — Большинство твоих ровесниц выводят в свет за пару лет до инициации. Времени более чем достаточно, чтобы определиться с избранником. И да, еще одна ма-а-аленькая деталь: их становление не опасно для партнера. Вообще.
Тыкать меня носом в противнейшую ситуацию, похоже, доставляло ему какое-то извращенное удовольствие.
— Уж прости, вот такая я невезучая! — Голос звенел, угрожая вот-вот сорваться на визг.
Но паучиха, как ни странно, вела себя смирно.
— И я вместе с тобой, — кисло подытожил Мейхем.
Постояли. Помолчали.
Внутри у будущего мужа явно происходили какие-то борения, и хотя это не слишком отражалось на породистом лице, я заметила. Сама последнее время нахожусь в точно таком же состоянии.
Редкие взгляды, которые он бросал на меня, отнюдь не были доброжелательными. Они кололи, словно иглами. Поэтому, когда Мейхем протянул вперед руку с коробочкой, я отпрянула.
— Бери, это тебе, подарок. — Уголки его губ дернулись, но глаза сохранили то же опасное выражение.
Я не привыкла, чтобы меня ненавидели, и откровенно терялась.
Ну почему, почему из всех мужчин королевства меня угораздило выбрать именно этого?! Если учесть, что у сестер, мамы, бабушки и других Черных Королев проблем с реакцией жениха не было, можно смело считать, что большинство наших мужчин либо верны традициям, либо же не рискуют проявить неповиновение той, в чьих нежных ручках находятся нити. А мне теперь что делать с этим… сильно умным?
Отказаться и взять другого нельзя, поскольку слово Черной Королевы должно чего-то стоить. И пусть я не наследница, законы одни для всех.
Аккуратно из-под полуопущенных ресниц оглядела свой выбор, оценила масштаб трагедии и окончательно затосковала.
А между делом отступила еще на шаг… и уткнулась попой в стену.
Отлично! Далеко удрала!
— Моя принцесса? — В зеленых глазах искрился смех, но теплее они от этого не стали.
Начну отступать вдоль стеночки, буду выглядеть совсем глупо. Если увидят и догадаются, что у нас не все гладко, могут и меня в нужный момент опоить. Или приставить к нам кого-нибудь с соответствующим опытом — магическим надзирателем, так сказать. От моих родных, как выяснилось, можно ожидать всего! И это исключительно от добрых чувств и благих намерений! В общем, надо бы поосторожнее демонстрировать эмоции.
Снова посмотрела на коробочку. Ленточка так и манила, но персона дарителя внушала некоторые опасения.
— Что там? — спросила опасливо.
— Открой — и узнаешь. — Ему почему-то было весело.
Я несмело протянула руку, но касаться пестрой коробочки не спешила.
— Оно кусачее? — Знаю, вопрос был не самый умный.
— Нет.
— Ядовитое?
— Не думаю.
— Взрывоопасное?
— Принцесса… как тебя там… да за кого ты меня принимаешь?!
О, отлично, он даже имя не удосужился запомнить! Я начала тихо закипать. Да-да, пренебрежения к моей родовитой особе тоже раньше не выказывали. Взрослеть оказалось неприятно. А за дни — от недели до месяца — близкого общения с женихом… Предчувствую, к моменту, когда дойдет до главного, я готова буду загрызть его без всяких терзаний совести.
Хотя предпочтительнее было бы просто отправить домой.
Прилива смелости я так и не испытала, но все же нашла в себе силы коснуться коробки и почти выхватила ее из рук будущего благоверного. Глумливую ухмылку на смазливой морде проигнорировала. И так уже поняла, насколько влипла!
Легкая…
Как будто пустая.
А что, с него станется так вот грубо подразнить нежеланную невесту!
Пальцы тряслись и слушались с трудом, распутать ленту получилось не сразу. Что примечательно, за это время меня ничем не пришибло, не укололо, не прокляло, не затянуло в самоуничтожающийся портал… в общем, ничего интересного не случилось. Можно выдыхать.
Сдвигала крышку тем не менее крайне осторожно. В нашем безумном темном мирке всегда есть место для всяческих «а вдруг».
Ну-ка, что там у нас?
Ткань.
Знакомая, надо заметить.
Хорошо, просто отлично знакомая!
В подарочной коробке обнаружился мой халат, позорно забытый в библиотеке. Вот как чувствовала, что надо мной тонко издеваются! А этот… этот омерзительнейший тип еще и скалится!
— Можешь не благодарить, — сказал он с таким видом, будто мгновение назад спас мне как минимум жизнь.
— Даже не собиралась, — заверила искренне.
Покусать! Все блондинистые волосы повыдергивать! Медленно. Методично. Штук по пять.
— Вот и отлично, — просиял мой брачный кошмар. — Извиняться тоже необязательно.
Ой… Впервые движение паучихи в темном закутке души отозвалось физической болью. В области солнечного сплетения. У меня в глазах побелело, а через миг уже все прошло.
— За что? — спросила, чтобы как-то отвлечься от неприятных ощущений.
— Столько гадостей, как за последние пятнадцать минут, обо мне за всю жизнь не думали, — заявила эта оскорбленная невинность.
Он что, не понимает, что провоцирует меня? Или действительно хочет приблизить самое неприятное?
Брачная ночь. В нашем случае день, потому что пауки бодрствуют в темное время суток, а отдыхают и все остальное — в светлое. Так вот, еще немного, и я начну думать об этом как об избавлении!
— Договорились, не буду. — От приписанных мне гадостей отпираться не стала. Не такая уж это и неправда.
Мейхем кивнул и вдруг указал в один из узких коридоров, уходящий влево от того, где находились мы.
— Ну что ж, раз уж мы так хорошо друг друга понимаем, идем к Оракулу?
— Уже пора? — дернулась я.
— По моим ощущениям да.
Руку мне не предложили, да я и сама не стремилась к тактильному контакту. С каждой нашей встречей жених нравился мне все меньше. Вот как можно быть таким красивым и отталкивающим одновременно?! А мне с ним еще… ой, даже думать не хочу!
Одно доброе дело он все-таки совершил: унес с собой халат. И хотя вернул мне его в достаточно издевательской форме, слухов и ненужных вопросов теперь не будет. И все решат, что у нас все развивается как надо: свидания по расписанию и постепенное узнавание друг друга. Единожды — по всеобщему мнению опять же — мы от заданной темы отошли, но тут можно прикрыться праздником. Имею я право на подарок ко дню рождения? Вот именно. Значит, сильно доставать нравоучениями не должны.
— Принцесса? — Прожив всю жизнь во дворце, я прекрасно ориентировалась здесь и сейчас шла, почти не глядя. А потому буквально подпрыгнула, услышав голос Мейхема у самого уха.
Теплое дыхание пошевелило волосы. Я отпрянула, точно ужаленная.
— Шагренья, — одернула его интуитивно. На самом же деле мне просто требовалось время, чтобы прийти в себя. Переведя дух, продолжила: — Это мое имя. Потрудись запомнить, пожалуйста.
— Договорились, — сосредоточенно кивнул Мейхем, старательно изображая на лице напряженную умственную деятельность. — Но оно длинное и сложное. Сократить никак нельзя?
Грени — для родителей. Шани — для всех остальных. Близких.
Мгновенно решив для себя, что таковым этот паук не является, я смерила его холодным взглядом и покачала головой.
— Нельзя! Предполагается, что меня окружают исключительно умные пауки, у которых нет проблем с памятью.
— Злюка.
Зеленые глаза опять смеялись. Насмехались?
— На себя посмотри, — буркнула, в очередной раз справляясь с порывом вытащить пару силовых нитей и просто придушить свое счастье. И паучью суть снова почувствовала, да.
— Так, может, обменяешь меня на кого-нибудь более разумного? — прищурился блондин.
За золотистыми искорками нервозного веселья скрывалось серьезное выражение.
Он хотел выжить.
Так же отчаянно, как я — не уничтожить частицу себя убийством.
— И рада бы, — пропела участливо, за кривляньем маскируя искреннее сочувствие. — Но бракованный жених обмену и возврату не подлежит. Иногда я просто ненавижу эти традиции!