— Он ее что, с собой под мышкой притащил? — спросила Мариша.
— Нет, что вы! Она была в кузове грузовика. Мы распаковали ее, и я убедился, что статуя отлично сохранилась. Как только я ее увидел, она меня околдовала. Конечно, я понимал, что совершаю грабеж, принимая эту чудесную статую в дар, но что я мог поделать. Я всего лишь слабый человек.
— А как звали этого мужчину? — спросила Юля. — Он ведь вам представился?
— Ну, конечно. Карамонов Лев Алексеевич. Кандидат исторических наук.
— Такой с рыжей бородой? — выпалила Юля, перечисляя приметы убийцы Людмилы. — Средних лет, плотного телосложения, да?
— Никакой бороды, — покачал головой Иван Михайлович. — Приличный интеллигентный человек.
Высокий, статный, в очках. Вот усы у него были и бакенбарды, что делало его похожим на господина, жившего в начале двадцатого века. Но я особенно на него на засматривался, все мое внимание было обращено на Психею. Я понимал, что мне нужно проявить максимум внимания, чтобы не пропустить какой-нибудь скрытый дефект.
— И давно вы с этим Львом Алексеевичем распрощались? — спросила у него Мариша.
— А мы и не распрощались, — безмятежно сказал Иван Михайлович. — Надеюсь, он зайдет еще ко мне попрощаться.
— Как это? — растерялись мы. — Он что, не уехал?
От такой удачи, свалившейся на наши бедные головы, мы даже немного растерялись.
— Ну да, мы же не могли рисковать и выгружать экспонат втроем. Нам был нужен подъемный кран или на худой конец небольшая лебедка. Подъемного крана мы, понятное дело, раздобыть не сумели. А вот лебедка нашлась по соседству. Тут велись на фасаде соседнего дома реставрационные работы. Там была лебедка. Я договорился со сторожем, и он нам ее дал.
— При чем тут лебедка? — не выдержала Мариша. — Вы про вашего Льва рассказывали. Он-то где?
— Так вот я к тому и веду, имейте немного терпения, — обиженно поджал губы директор. — Лев Алексеевич с шофером и пошли возвращать лебедку сторожу. А свой грузовик они оставили возле музея, как раз под моими окнами. А я сказал, что пойду переоденусь и буду ждать их у себя наверху, чтобы отметить сделку и…
Не дослушав до конца болтливого директора, мы подскочили к окну. На улице и в самом деле стоял какой-то грузовик, в который как раз забирались двое мужчин. В темноте трудно было рассмотреть бакенбарды на лице одного из них. Но, во всяком случае, другого грузовика поблизости не наблюдалось.
А в кузове машины явно лежал какой-то продолговатый предмет, завернутый в картон и старые одеяла.
Мы опрометью вылетели вон из комнаты. С лестницы мы скатились в считанные доли секунды. Но все равно опоздали. Когда мы оказались на улице, из-за угла раздался шум заводящегося двигателя. Мы бросились туда. Обогнув ограду музея, мы увидели, как в клубах синего дыма из выхлопной трубы от нас уезжает в неизвестном направлении наша колонна.
Уезжает вместе со скрытыми в ней миллионами.
— Быстрей за ними! — распорядилась Мариша. — Мы еще можем успеть их догнать.
Мы кинулись в Юлину машину. Мариша была права, куда там грузовику до Юлькиного «Рено». Даже делая скидку на то, что нам еще предстояло развернуться, мы все равно должны были успеть. Оставался небольшой вопрос: что нам делать после того, как мы догоним грузовик?
Вряд ли похититель согласится добром отдать нам проклятую колонну. А в то, что этот человек, представившийся сотрудником Эрмитажа, действительно им являлся, мог поверить лишь один доверчивый Иван Михайлович. Он заполучил наконец предмет своих давних грез — Психею, и потому вся его голова была полна ею одной.
Вася с Димой прокопались в личных делах сотрудников без малого три часа. Вернее, час они копались, а два обходили институтские корпуса. Дело осложнялось еще и тем, что в институте сейчас еще не было занятий. Приемные экзамены тоже закончились, поэтому народу было маловато.
Кроме того, институт не располагал централизованным компьютерным банком данных своих сотрудников. Вообще-то считалось, что все личные дела сотрудников должны храниться в отделе кадров.
Но правило это соблюдалось не всеми и далеко не всегда. На самом деле каждый факультет имел пару-тройку личных дел, разбросанных по разным кафедрам. Эти личные дела по какой-то причине не были сданы вовремя в отдел кадров, а значит, и искать их там было нечего.
Менты отлично знали специфику, а потому, проверив бумаги отдела кадров и не найдя там искомого человека, отправились в обход всего института. Увы, пока что их преследовали неудачи. Это только в кино стоит сыщикам заняться розыском, как им тут же готовая версия на тарелочке подается. Или хоть какая-нибудь зацепка. В жизни все куда сложнее. Парням не впервой было сбивать подметки, бегая по адресам, не зная точно, удастся ли что-нибудь вынюхать или придется возвращаться с пустыми руками.
Наконец они попали на физико-математический факультет, где им улыбнулась судьба, принявшая обличье милой девушки-секретаря по имени Рая. Она почему-то прониклась особой симпатией к изрядно бледному и усталому Васе. Только не нужно думать, что девушка посмотрела на фоторобот, потом встала и достала из шкафа личное дело нужного сотрудника.
Вовсе нет. Такого личного дела не было и тут. Но девушка сказала:
— Странно, что вы всерьез надеетесь найти его таким образом. Это могло бы получиться, если он оформлен у нас постоянным преподавателем или взят в штат на определенную должность. Вы точно уверены, что он у нас в штате?
— Милая девушка, мы даже не уверены, что он вообще работает у вас, — сказал ей Вася.
— В таком случае должна вас огорчить. У нас на факультете вашего подозреваемого точно нет. Но могу вам сказать, что, кроме постоянных преподавателей, личные дела которых имеются в институте, у нас есть еще куча преподавателей, которые время от времени читают у нас лекции. Но оформлены они совсем в другом месте. Например, факультативщики.
Чаще всего факультативные занятия ведут преподаватели из гуманитарных вузов. Такие прочитают свой курс и исчезают. Их на кафедре другие сотрудники могли и не запомнить. Или еще есть курсы языков, компьютерные, вязания, вышивания и всякие другие. Эти курсы хоть и располагаются в корпусах нашего института, но числятся совсем по другому ведомству. Они у нас только арендуют помещения. Но загляните и туда. Может быть, вам повезет.
— А какие факультативные занятия у вас в институте в последнее время проводились? — спросил Дима.
— На разных факультетах разные, — пожала плечами Рая. — Вашего преступника у меня точно не было. Я тут целыми днями сижу. Зарплаты у нас копеечные, поэтому я две ставки взяла. Так что на своем факультете я всех преподавателей и своих, и из других вузов знаю наперечет.
Вооружившись этими сведениями, менты продолжили свой бег по кругу. Проходя факультеты по второму разу, они делали упор на преподавателей, которые не числились у них в штате.
— Вы спросите на кафедре факультативов, — посоветовали им в одном месте. — Там должны знать.
Менты последовали совету, и вот тут им и улыбнулась удача. Молоденькая рыженькая девочка Оля с неожиданно крупными передними зубами, придающими ей сильное сходство с маленьким бельчонком, внезапно оторвалась от клавиатуры компьютера, по которой бодро стучала лапками, посмотрела на фоторобот, выслушала описание и сказала:
— Постойте-ка, дайте мне припомнить. Вы говорите, рыжий и с бородой? И телом крупный? А ведь был такой! Только я давно его не видела. Сейчас поищу старое расписание. Вероятно, там должно было сохраниться его имя. А портрет мне ваш ничего не говорит. Дерьмо портрет. Вам бы современную технику нужно купить. А то стыдоба на такой работать.
— Что он у вас вел? — спросил уязвленный ее критикой Вася. — Что-то связанное с компьютером?
— С чего вы взяли? — удивилась девушка. — Вовсе нет. Все технические дисциплины ведут преподаватели нашего университета. Это же их хлеб. Только какой-нибудь раздел истории, который и изучается-то по желанию самих студентов, тут отдают на сторону. Или искусствоведение, или еще что-нибудь в этом роде.
Она наконец вытащила старый ватман, покрытый паутиной. Сдула с него пыль и сказала:
— Странно, не могу припомнить его фамилию.
Нет, это уж слишком старое расписание.
И она снова нырнула в груду бумаг.
— Да где же он? — послышался ее приглушенный голос. — Ведь я помню, он тут был. Фамилия такая смешная.
— И какой курс он у вас читал? — повторил свой вопрос Вася.
— Да не помню я, у меня память очень странная.
Мне нужно увидеть написанную фамилию, тогда все о человеке вспомню. А так — только какие-то туманные обрывки. Вот помню, что он был в теле, рослый и с бородой, — сказала девушка, вновь выныривая. — Лидия — наша преподавательница — за него попросила.
— Лидия Горлина? — затаив дыхание, спросили менты, боясь спугнуть удачу.
— Она самая. Мы с ней дружим немножко, — сказала девушка. — Раньше я у них на кафедре работала.
Потом сюда перебралась. Тут народ интересней.
А почему бы вам самим у Лиды не спросить про ее знакомого, раз вы ее тоже знаете. Она бы вам лучше, чем я, рассказала.
— Не можем ее найти, — сказал Вася. — Вы уж нам помогите. Дело срочное. Сами понимаете.
— Понимаю, — кивнула девушка. — Вот нашла я вашего профессора. Зайцев его фамилия. И вот его телефон.
И она протянула ментам клочок бумажки. Дрожащими руками Вася принял у нее эту бумажку. Более практичный Дима уже схватился за телефонную трубку, выясняя, по какому адресу находится данный телефон. Это отняло у него пару минут. После этого менты бросились вон из кабинета. Возле двери Дима о чем-то вспомнил и вернулся.
— Надеюсь, вы понимаете, что дело совершенно секретное, — сказал он девушке. — Никому ни слова.
Ясно?
— Ясно, — кивнула та и, дождавшись, когда за ментами закроется дверь, подняла еще теплую телефонную трубку и набрала номер.
— Алло, можно Горлину, — спросила она мгновение спустя. — Ах, выходной? Жаль.