– Дурь какая-то! Там, между прочим, осталась Настькина сумка с ключами и документами... Надо ж будет как-то ее оттуда добыть. И делать это придется мне.
– Почему тебе?
– Так больше некому! К тому же я хорошо знакома с Юлианом...
– Ну, я думаю, с сумкой проблем не будет. Скорее всего, ее, в худшем случае, второго доставят Насте вместе с букетом цветов и тысячами извинений.
– Да, это возможно...
– Ты говоришь, в сумке были ее ключи?
– Да.
– Я бы на всякий случай поменял замки. А то мало ли...
– Ты полагаешь, этот Юлиан может полезть к Насте в квартиру?
– Юлиан – нет. Да, вот еще что... Он же спьяну сказал, что ему не дает покоя Настина подружка. Это, часом, не ты?
– Я? Глупость какая. Никогда ничего такого не замечала, просто пьяный бред.
– Ну, предположим... Кстати, вам с Настей надо выработать какую-то легенду.
– Какую еще легенду?
– Как она оттуда выбралась?
– Не стану я ничего придумывать! Скажу, как было. Только про тебя упоминать не буду, и все дела. Я сделаю вид, что восприняла это все как милую новогоднюю шалость... Чтобы все спали спокойно. И ты в том числе.
– Ты это о чем?
– О том, что ты ведь узнал Руслана! И эти люди чрезвычайно опасны. Поэтому лучше, чтобы все было тихо-мирно.
– Да ерунда. Никого я не узнал.
– Скажи, а Юлиан тоже там был?
– Где?
– Не придуривайся. В лесу?
– Странно, никогда не любил умных женщин. А теперь напоролся...
– А кто ты такой, Макар?
– Как кто? Судовой врач, только и всего.
– Да нет, ты какой-то... Джеймс Бонд... для бедных.
– Почему для бедных? – фыркнул он.
– А почему Джеймс Бонд, ты не спрашиваешь?
И тут зазвонил мой мобильник. Вадим.
– Поляша? Ты где? Что за безумие? Куда ты умчалась?
– Я через десять минут буду. Все в порядке.
– Почему ты мне ничего не сказала?
– Ты спал, как младенец. А я и сама справилась. Все, Вадюш, я скоро. С Новым годом!
Я отключила телефон.
– Макар, я довезу тебя до твоей машины, и езжай куда хочешь.
– У тебя голос был такой... теплый, когда ты с ним говорила... – как мне показалось, с тоской проговорил Макар.
– Естественно. Он мой муж. И хороший парень.
– А я?
– А ты... Пока не поняла. Знаю только, что страшно хочешь казаться эдаким загадочным мачо...
Он как-то странно рассмеялся.
– Ладно. Поживем – увидим.
Я довезла его до машины.
– Спасибо тебе за помощь, Макар! Без тебя могло черт знает что получиться.
– О, значит, все же на что-то сгодился псевдомачо? Я польщен! Но прими один совет.
– Слушаю тебя.
– Держись подальше от этой компании.
– Боюсь, не выйдет. Вадим у него работает. Рассказывать о сегодняшнем приключении мужу я не стану. Не поймет. И, главное, не поверит. Но я сама буду начеку. Ты прав.
– И запомни. Если вдруг понадобится помощь псевдомачо, обращайся! Я люблю тебя, Полина!
И с этими словами он выскочил из моей машины.
Странно, но его признание меня отчего-то не очень взволновало. Вероятно, я слишком устала сегодня. До квартиры деда я еле доплелась. Вадька кинулся мне навстречу.
– Сумасшедшая, куда ты моталась? Разве так можно? Что стряслось?
– Вадь, сил нет, так устала, язык не ворочается. Завтра расскажу. Вызывай такси. Я больше за руль не сяду, а ты много выпил.
– Да, это разумно.
Он пошел вызывать машину, а я заглянула на кухню. Гости уже почти все разошлись. Анфиса Васильевна прибирала посуду.
– Ну что, догнал тебя этот синеглазый?
– Догнал. И здорово помог. Спасибо вам, Анфиса Васильевна.
– Да за что? Ох, Полина, не даст он тебе покоя. Шалый он малый...
– Как вы сказали? Шалый малый? В самую точку. Действительно шалый малый...
Первого января часа в два, когда мы только еще продрали глаза, зазвонил мой мобильник. Юлиан!
– Полиночка, с Новым годом!
– С Новым годом, Юлиан Григорьевич!
Вадька вытаращил глаза.
– Полиночка, простите ради бога, что беспокою в праздники... Но тут у нас вышла какая-то идиотская история...
– Да я в курсе. Ничего страшного.
– Вы о чем? – осторожно осведомился он.
– О Насте.
– А она... в порядке?
– Да. В полном порядке.
– Но... каким образом?
– Да все элементарно! Она мне позвонила, хохочет-заливается Мол, помоги, Полька, меня тут в бане заперли... Ну, я и мотанула.
– Это вы ее забрали?
– Ну да. Там же ключ под ковриком лежал. Я когда примчалась, она вообще спала... Еле добудилась.
– Но... дело в том, что ее сумочка у меня и телефон...
– А там кто-то телефон забыл, вот она мне и позвонила.
– А не проще было бы позвонить мне?
– Так мой телефон она наизусть знает, а ваш нет. Все просто, Юлиан Григорьевич.
– Но почему же вы мне не позвонили, а помчались сами ее спасать из заточения?
– А... вот тут, признаюсь, сглупила! От шампанского ум за разум зашел, адреналин, то-се... попросту не сообразила.
– И вы одна поехали ночью за город?
– Именно! Сейчас сама удивляюсь, надо ж быть такой идиоткой, пьяная села за руль и на полной скорости сквозанула. Могла ведь расшибиться. У меня от шампанского бывает такое... Море по колено и все нипочем!
– Но мне охранники ничего не сказали.
– А неинтересно было через ворота-то. Я с берега через кусты полезла... И мы с Настькой так хохотали... И, знаете, даже банным веником следы замели...
– Господи, просто камень с души! Я как увидел, что Настенька пропала, стал выяснять, ну и узнал, что какая-то корова ее в бане заперла без вещей, бросился ее спасать, а там уж никого... И следов нет, а вы, шалуньи, их веником замели... – с облегчением расхохотался он. – Тогда я немедленно пошлю Настеньке сумку и тысячи извинений. Она дома, или лучше вам прислать?
– Лучше мне, она куда-то сегодня еще собиралась. Но мы с Вадимом к восьми тоже в гости поедем...
– Через час все будет вам доставлено! Кстати, Полина, ваша работа имела просто бешеный успех!
– Спасибо, Юлиан Григорьевич, мне приятно.
– Ну, вы сняли камень у меня с души. Я высылаю Василия к вам.
– Хорошо.
– И огромный привет Вадиму.
– Непременно! Только он еще спит.
– Всего наилучшего, Полина, в Новом году, успехов во всем!
– И вам тоже, Юлиан Григорьевич!
Я положила трубку.
Вадим смотрел на меня безумными глазами.
– Что это все значит?
– Ты уже забыл, что задрых у деда в мастерской? И я одна моталась к Юлиану за город.
– Но... Давай, все подробно рассказывай!
Ага, щас!
– Вадь, но ты ведь только что все слышал, неохота снова эту дурь повторять...
– А все именно так и было?
– Конечно!
– И вы, две идиотки, заметали следы?
– Именно!
– Вот дуры! Вроде взрослые женщины, а ведете себя как школьницы... Да, а куда девался этот...
– Кто?
– Ну как его... Макар?
– А я почем знаю? Я когда уезжала, он охмурял Веру Соломоновну. А когда приехала, ни ее, ни его уже не было.
Вера Соломоновна была знойной женщиной лет сорока пяти, преуспевающей галеристкой, которая всегда бывала у деда на всех праздниках.
– Выходит, охмурил-таки?
– Похоже на то!
Ох, как я устала от лжи во спасение!
И тут мне пришло в голову, что как встретишь Новый год, так его и проведешь! А я Новый год встретила ох как бурно и даже, пожалуй, опасно. Так что же со мной будет в новом году?
Часть вторая. В Новом году
Бесконечные новогодние праздники – сущее наказание для любого бизнеса. И для нашего с Настей в частности. В конце января у нас намечалась очередная пышная свадьба, а жених с невестой усвистели куда-то кататься на лыжах, поэтому согласовывать все приходилось с мамой невесты, она, к счастью, оказалась женщиной вполне вменяемой, но все-таки то и дело возникали какие-то проблемы, связанные с тем, что многие фирмы просто не работали. А потому после одиннадцатого мы уже крутились, как белки в колесе. Тем более что за это время поступило еще несколько заказов и некоторые из них были, что называется, горящими. И у Насти тоже дел было невпроворот, она чуть ли не каждый день делала торты на заказ. К юбилеям, дням рождения детей и т.д.
– Поль, я зашиваюсь! – стонала она. – Вот не думала, что такое возможно! Даже не успеваю тебе помогать...
– Ладно, как-нибудь! Если так и дальше пойдет, надо будет нанять тебе какого-нибудь помощника, так сказать, на черную работу.
– Да разве я доверю кому-нибудь? Помнишь, на первой свадьбе я делала торт с анютиными глазками?
– И что?
– А там еще кондитер местный был, который чуть что говорил: «Забодай тебя баран!» – так он мне все советы давал... Если б я его слушалась, торт нельзя было бы в рот взять. А он кондитер с опытом, с кучей дипломов...
– Ну, тогда не ной!
– Я знаешь, чего разнылась?
– Голодная?
– Ага! А у нас ничего нет...
– Тогда пошли обедать! Я тоже проголодалась, тем более на улице мороз, а я в мороз зверски хочу есть!
И мы пошли обедать в ресторанчик, расположенный в соседнем переулке. После Нового года у нас практически не было возможности спокойно пообщаться, все на бегу и на скаку. Поэтому, когда мы сделали заказ, я сразу потребовала:
– Насть, ну рассказывай!
– О чем?
– Как Новый год встречала.
– Поль!
– По-моему, я заслужила право узнать все в подробностях.
– Ох, Полька... Я такая идиотка...
– Это факт известный. Но что там было-то?
– О, сначала это был сплошной гламур! Такие гости, такие дамы, такие меха-брильянты, я себя просто чумичкой чувствовала... Правда, все вроде как люди воспитанные, тонкие, твоими елками восхищались, словом, красота... И вдруг заявился этот Руслан со своей бабой. Видела бы ты ее... Такая хабалка вся в золоте... волосы травленые, брови нарисованные... Юлиан был в шоке. Чувствовал себя жутко неловко. Гости, по-моему, недоумевали. А Руслан вдруг на меня глаз положил, начал приставать, да так назойливо, мерзко... Ну, я старалась его как-нибудь поделикатнее отшить, а он все напирает... Я уж не знала, куда деваться... А тут Таня Трунова...