мертвая жена. Лишь бы Оюна не помешала доехать до деревни.
— Она уже пыталась, — шепотом сказал Азыкгай. — На мороз хотела Ирину выгнать, Иннаар еле привел её ко мне.
Новости не радовали. Изга слушал подробности войны духов в сознании Ирины и кивал на каждый злой выпад учителя. Да, единственный выход — просить Эрлика о замене Оюны. Но если не получается ие-кыла, то ритуал освобождения духа от тела тем более нужно совершать на пике силы и в совершенно спокойной обстановке. По-другому в царство теней к его хозяину не попасть. Души, обремененные связью с телесной оболочкой, через врата не проходят.
— Защиту нужно ставить, — пробормотал Азыкгай, покосившись на Ярослава. Силовик уже сверлил их взглядом и прислушивался. — Материал для амулетов у меня есть.
— Черный оникс?
— Нет, — цокнул языком учитель. — Попроще всё. Дерево, камень, кость.
Тогда самая сильная защита, которую удастся поставить — на дом. В дороге деревянные и каменные амулеты на теле бесполезны. Да и неизвестно, поможет ли оникс. Он работает вовнутрь. Против снежного бурана, устроенного Оюной, точно не спасет. Она нагонит плотное облако и подведет к обрыву.
— И ведь не боится ничего, — нахмурился Азыкгай. — Поддержку за собой чувствует? Чью?
— Вряд ли за ней кто-то стоит, тут другое.
Расклад получался сложный и объяснять его вслух не хотелось. Ярослава отвлекли, но в избе хватало посторонних скептиков. Стоило держаться за репутацию адекватного человека, чтобы хоть как-то влиять на принимаемые решения. Изга пошел к комоду и вытащил из ящика старую тетрадь учителя. Если нельзя говорить, то можно написать.
«Я так и не понял, знала ли она, что ведет помощников, а не убийц. Две группы энергетически совершенно одинаковые. Вооруженные наемники со столичным начальством, злые, решительные и жаждущие найти шамана по имени Изга. Она могла слушать их разговоры сколь угодно долго и не понять в чем дело. Просто перепутать. Но так или иначе ситуация целиком пошла ей в плюс. Косу в дар приняла, помощь оказала — договор выполнен. И плевать, что случайно».
Азыкгай прочитал, хмыкнул и попросил у Изга карандаш.
«Хитрая баба, — появились буквы на листочке в клетку, — на месте не ушибешь, голыми руками не возьмешь. А то, что гнала человека на смерть — как? Не считается?»
Изга ей этого точно не простил, но и здесь дух-хранитель местности могла вывернуться.
«Скажет Эрлику, что гнала её навстречу помощникам. Как лучше хотела, чтобы быстрее получилось».
Азыкгай недовольно скривился, повертел в пальцах карандаш и положил его обратно в комод вместе с тетрадью.
Думать нужно. Выходило так, что просить наказания для Оюны не за что. Ирина осталась жива, а не исполнившиеся намерения боги никогда в расчет не брали. К тому же дух-хранитель закрыла свой долг и сидит теперь перед чистым листом. Что захочет дальше, то и сделает. У неё появился шанс успокоиться и не вредить больше никому — воспользуется ли? Или новую каверзу придумает?
— Стол готов, — громко сказала Ирина. — Мне остаться или уйти?
— Прости, — ответил за всех Сергей. — Изба маленькая, места не хватает. Да и не думаю я, что тебе будет интересно обсуждение с первой до последней мысли. Когда до чего-нибудь толкового договоримся, мы тебя позовем.
Изга не хотел её отпускать. Снаружи Оюна и два неизвестных бойца, среди которых вполне мог оказаться крот. Чего уж там, если впадать в паранойю, то до конца.
— Пойдем, красавица, — вмешался Азыкгай и деликатно взял девушку под руку. — Мы с тобой уже завтракали, да и показать тебе кое-что интересное надо.
— Что? — вскинулся Ярослав, будто речь шла о секретных данных.
— Безделушку хочу подарить, — с прищуром ответил старый шаман. — Подвеску из дерева и камня. Ира, пойдем. Раньше сядут, раньше встанут.
Азыкгай забрал из комода мешок с материалами и увел Ирину. Решил не ждать и сплести защитные амулеты прямо сейчас. Хорошая мысль.
Дверь закрылась, мужчины шумно отодвинули табуретки и сели за стол.
Поели быстро, молча и с большим аппетитом. Спасители неизвестно сколько мотались по тайге, а Изга все утро стучал в бубен. Сухие галеты хрустели даже под слоем плавленого сыра, чай успел немного остыть и не обжигал язык. Когда половина одноразовых тарелок опустела, шаман встал их убрать.
— Я вот что думаю, — размеренно начал Ярослав, помешивая ложкой чай. — Если хотели гарантированно убить, то почему не свернули шею, пока вертолет еще был в воздухе? Авария списала бы любые переломы. Зачем понадеялись на случай? Это не профессионально.
Изга опять не знал, что ответить. Метка горит одинаково ярко на любую причину смерти. Если предположить, как того хочется силовику, что авария произошла случайно, то погибнуть Ирина должна была от внутреннего кровотечения. Но беда в том, что шаман сделал операцию, и метка всего лишь побледнела, а не исчезла. Показатели в норме, угрозы летального исхода больше нет, а метка есть. И вспыхнула она снова, стоило Олегу посадить на снегоход одного из столичных гостей. К самочувствию пациентки тогда никаких претензий не было. Значит, не в здоровье дело.
— Если исполнители местные, — осторожно ответил шаман, — то профессионалов среди них не так много, как вам кажется, увы. Здесь нет работы и уж тем более зарплаты, достойной специалистов подобного профиля. А в первый раз взявшись и ничего не умея, можно всякого наворотить.
— Но вертолет же с неисправностью как-то до середины маршрута долетел. Не рухнул при взлете, не сел на аэродроме в столице, а спикировал прямо на сосны. Настолько точно ни один любитель не рассчитает. На технику ума хватило, а свернуть шею пассажирке нет? Так не бывает. А если бы она надела парашют и выпрыгнула?
— В вертолете нет парашютов, — вмешался Конт.
— Есть, Сергей Геннадьевич. Как раз в кабине под сидением пассажира. Если от страха упасть на пол, то можно увидеть.
— Ты думаешь, девушка на такое способна?
— Да, почему нет? — пожал плечами Ярослав. — Раз уж у нас любители в движке вертолета копаются, то чем моя версия не хороша?
Ирония чувствовалась кожей. Изга скрипнул зубами и отклонился спиной на стену избы. Никогда еще не хотелось выложить на стол весь расклад и натыкать в него носом, как котенка в мочу. Но вообще-то въедливый силовик прав. Версия не выглядела стройной, значит, она ошибочная.
— А если пилот сам выключил двигатель? — предположил Изга. — Допустим, ему заплатили фактически за самоубийство. Выдали маршрут, обозначили точку на карте и приказали именно там уронить вертолет. Плюс-минус несколько километров. Даже с полностью нерабочим двигателем вертолет еще какое-то время летит на авторотации. Свернуть пассажиру шею тоже приказали. Но изобразить летчика-камикадзе и убить человека — разные вещи. Возможно, пилот просто не смог. В эту версию укладываются странности с уровнем профессионализма?
— Сколько человек было в вертолете?
— Я не знаю, — честно ответил Изга. — Я видел труп пилота и раненную Ирину. Больше никого. Следов на снегу рядом с местом аварии не было.
— Мне кажется, мы не тем занимаемся, — возразил Сергей. — Я ценю попытки докопаться до истины, но, может, оставим расследование компетентным органам? Давайте все дружно соберемся и поедем домой.
— Я только за, — кивнул Ярослав, — но тут вот какая вещь. Информации катастрофически мало, я не понимаю, откуда ждать беды. Если все, что говорит Изга верно, то домой Ирине Карловне нельзя. Пока не найден заказчик, покушения на жизнь могут повториться в любой момент.
— Дельная мысль, — банкир тоже отодвинулся от стола и вытянул длинные ноги. — Я могу спрятать её как минимум в двух местах: у родителей Натальи и в загородном доме моего отца. Охрану выставить не проблема, питание, комфорт, нужная степень секретности — все будет. Но как я понимаю, без признаний непосредственного исполнителя найти заказчика будет сложно.
— Совершенно верно, — медленно и раздельно ответил Ярослав.
Шаман задумался. На такую серьезную операцию он не рассчитывал. Надеялся, что обойдется вооруженной охраной, но сам же себя загнал в ловушку. Пока он сидит в избе Азыкгая, у исполнителя нет ни единого шанса его найти. А погреб, даже такой щедрый как у учителя, даже с сухпайками гостей, шестерых человек долго не прокормит. Нужно или всем уезжать, подставляясь под козни Оюны и под выстрелы. Или убрать хотя бы одну угрозу прямо сейчас.
— Я не все рассказал о нападении, — начал Изга. — Трое наемников приехали в деревню и связались с председателем. Там же они нашли проводника и настояли, чтобы он ночью повез их ко мне, не смотря на буран. Олег согласился. О том, что он поехал, мне сообщил председатель. Итого я знаю двух человек, кому могу позвонить и якобы случайно слить свое местонахождение. Здесь недалеко еще один дом. Заброшенный. Мы можем устроить там засаду.
Ярослав сдержанно кивнул, а Сергей нахмурился:
— На живца ловить будешь? На Ирину?
— На себя. Она останется здесь вместе с тобой.
— Насколько большой дом? — включился силовик. — Хозяйственные постройки есть? Дорога?
— Подожди, пожалуйста, — попросил его банкир. — Десять минут, хорошо? Изга, на два слова.
Удивительно, но возражений от Ярослава не прозвучало.
Лампочка в сенцах горела ярко. Жаль, что тепла не давала. Шаман машинально набросил на плечи тулуп, а Сергей взялся за куртку.
— Ярослав, конечно, профессиональный параноик, — начал он, — но мне теперь тоже кажется, что ты недоговариваешь. Просто так в погреб от каждого шороха не лезут и на амбразуру грудью не бросаются. Говори уже прямо. Как есть. Всех духов перечисляй вместе с их проделками. Я готов поверить во все, что угодно. Знаешь, после Индиса у меня до сих пор ухо иногда закладывает, а вокруг тебя ребята должны серьезные крутиться.
Изга выдохнул и плотнее запахнул тулуп на груди. Сергей поверит. Он привык относиться к духам, как к живым людям, и ревность Оюны поймет. Но был и другой момент.