Заменой бубну у некоторых народностей служили колотушка, ветка с куском материи, просто кусок ткани. Но колотушка при бубне могла исполнять роль плети, подхлестывающей «коня» – бубен.
Каждому шаману для его практической деятельности предназначалось несколько бубнов, рассчитанных на определенный срок камлания. По истечении срока бубны заменялись. Когда же иссякали все сроки пользования бубном, шаману предстояла смерть. Это предписание было неумолимым и безусловным. Смерть была неотвратима. Шаман почти всегда умирал, когда срок пользования последним бубном истекал. Бубен вешали на дерево у могилы предков, совершив предварительно над ним ряд операций. У него вспарывали кожу, надламывали обод.
Но было и иначе. У В. А. Обручева в «Земле Санникова» есть следующее описание погребения шамана в водах священного озера, на которое ему указали духи, беседовавшие с ним перед смертью.
«…Умершего шамана кладут на такой же плот, как вы видели, с бубном в руках; в ногах ставят чашу с дарами, в головах жертвенного оленя, а шкурой его покрывают тело. Новый шаман стоит на жертвенной плите и молится, воины всего племени присутствуют. Плот носится по воде взад и вперед – шаман прощается со своим народом…»
Шаманский обряд, отличающий культ шаманизма от других вероисповеданий, был жизненно важным действием и требовал от его исполнителя огромного нервного напряжения и большого актерского искусства. О некоторой схожести игры актера с колдовскими ритуалами свидетельствуют и обрядовый костюм шамана, и его «сценический реквизит», о чем мы поведем рассказ дальше.
Шаманский «наряд»
В одной из работ, раскрывающих сущность этого явления, говорится: «Шаманский костюм воплощает в себе таинство и религиозную космографию: он проявляет не только присутствие сакраментального, но содержит также космические символы и метафизические обозначения».
Одежда шамана – своеобразный символ, выражающий его принадлежность к магическому миру духов. Она является вспомогательным элементом, позволяющим призывать духов, вызывать экстаз. Символика шаманского костюма варьируется в зависимости от места жительства шамана. Как и бубен, свое ритуальное одеяние шаман мог изготовить по указанию духов. Разнообразные украшения костюма носят определенный смысл, понятный шаманистам. Они отражают их мировоззрение. О знаковой системе шаманства мы уже говорили.
Как предполагает Е. Д. Прокофьева, шаманский костюм пришел из древности, из тех времен, когда он был обрядовой одеждой охотников, устраивающих ритуальные пляски во время своих промыслов. А еще костюмы из шкур были предназначены для обмана зверей, чтобы не распознали в нем человека.
На кафтане вышивали внутренние органы – сердце, печень, а также животных, птиц, луну, солнце, звезды. Стебли вдоль рукавов – символ костей.
На голову шаман надевал железный шлем с рогами или головной убор, увешанный медными зеркалами, позволяющими видеть мир. В качестве украшения использовали и птичьи перья. Иногда головные уборы шамана, представлявшие собой шлем-корону, обшивали толстым слоем бахромы, закрывавшей глаза шамана, чтобы лучше функционировало его внутреннее зрение.
Шаманский костюм дополняли аксессуары – погремушка, барабаны с великим множеством бубенчиков. У татар, выходцев из Лапландии, костюм украшали рисунками, изображающими Древо Мира, солнце, луну, радугу. У алтайских шаманов и американских – это лук. Таким образом, ритуальный костюм не был одинаков у всех народов. Общим в шаманском одеяньи было одно – он воссоздавал облик матери-зверя.
Шили этот наряд из шкуры зверя – лося, марала, оленя – которую старались использовать целиком. На шаманской обуви изображали кровеносные сосуды оленьей ноги. Лапы зверя символизировали перчатки.
На голову шаманы надевали также корону или шапку с рогами. Корона представляла собой обруч, состоящий из двух полос, выгнутых дугой и укрепленных крест-накрест. В месте скрещения железных полос прикрепляли выкованные из железа оленьи рога. Иногда они были настоящими. Существует предположение, что первоначально роль шапки выполняла оленья шкура, снятая с животного вместе с рогами.
Добрые алтайские шаманы надевали белую меховую шапку, злые – черную.
Вместо рогов укрепляли иногда изображения птицы; позже костюму шамана и вообще начали придавать птичий облик.
Тувинские шаманы средней силы, обладающие способностью проникать как в «верхний мир», так и в «нижний», для путешествий в поднебесные высоты надевали красный плащ, в «подземный мир теней» – черное одеяние и брали с собой черный бубен.
У некоторых народностей был не один костюм, а несколько, потому что нужны были разные духи для достижения разных целей. Ритуальный костюм – свидетельство шаманской силы и опыта. О них рассказывали нашивки и подвески, количество которых постепенно увеличивалось по мере возрастания способностей и возможностей шамана, повышения его профессионального мастерства.
Символика костюма была общей с бубном.
Лишь с ослаблением шаманства, которое произошло к концу девятнадцатого века, когда в сознание шаманистов начали усиленно внедряться идеи христианства, костюм стал «выходить из моды», и камлание могло происходить в обычной одежде.
Ритуальная одежда нанайских шаманов состояла из куртки без рукавов и юбки, их надевали поверх халата, который шился из хлопчатобумажной ткани с застежкой на правом боку. На халаты наносились изображения духов-защитников. По подолу шла бахрома из ткани или меха и кожи. На плечах и рукавах изображались змеи. На рукава иногда также нашивались изображения черепах и стрекоз. На спине красовалась фигура бога Лаоя, окруженного маленькими фигурками, – его помощниками. Было также на спине и изображение дракона, которого окружали по бокам змеи-питоны. Халат амурских шаманов отличался тем, что сюда пришивались кусочки ткани и ленточки к рукавам на уровне локтей. Иногда к локтям же прикреплялись на нитке утиные, куриные или петушиные перья. Крыло утки, прикрепленное к плечам, предназначалось для того, чтобы шаман мог летать.
У нанайских шаманов имелись две основные шапки для камлания и много шапок, которые надевались во время обряда лечения. На этих шапках были подвешены колокольчики: большие – символизировали птиц, маленькие – считались вместилищем духов. Во время некоторых камланий шею, локти и колени шамана украшали стружками, которые после окончания обряда вешали на дерево. Бытовало поверье, что во время путешествий шамана и его борьбы со злыми духами некоторые из них остаются на этих стружках.
В древнем мире считалось, что лишь в полном своем одеянии шаман получал всю полноту властвования над миром духов.
Экстаз – искусственное помрачение сознания
Рассказывая о шамане и его эзотерической практике шаманства, мы уже неоднократно упоминали слово экстаз . По мнению Л. Н. Гумилева, шаманизм – это «практика экстаза с натурфилософской основой». Иными словами, экстаз – «воплощенная в действие главная концепция шаманства». В толковых словарях понятие «экстаз» определяется как транс, вид сумеречного состояния сознания, аффектаций и галлюцинаций, бреда, состояние отрешенности . Во всех определениях присутствует слово исступление . Доведение себя до подобного состояния осуществляется шаманом искусственно. Пребывая в состоянии транса, исступления, он приобретает способность к прозрению и ясновидению, испытывает видения, может вещать.
Некоторые исследователи начала века – Л. Я. Штернберг, Н. Н. Харузин, С. М. Широкогоров – определяют экстаз как разновидность гипноза—самогипноз . Концентрируя внимание на какой-то определенной цели, отключаясь от реальности, шаман силой воли добивается изменения своего сознания настолько, что способен совершать действия, невозможные в его обычном состоянии.
В состоянии экстаза, по свидетельству этнографов, семидесятилетние старики в полуторапудовом облачении обретают вдруг способность плясать, подпрыгивать в высоту с необъяснимой легкостью и кружиться, подобно снежинке, на одном месте, а женщины-шаманки проявляют необычайную силу, присущую нескольким здоровым мужчинам. Камлания могут продолжаться на протяжении нескольких часов, в течение которых шаман проявляет удивительную выносливость и неутомимость. В это время он может наносить всевозможный вред своему организму – колоть, резать, не проявляя признаков болевых ощущений. Сами шаманы объясняют преодоление порогов боли вселением различных духов в их организм. К примеру, дух огня помогает им не чувствовать боль, когда они наступают на горящие угли, берутся за раскаленное железо и т. п. Видимо, настолько велика сила самовнушения, о которой мы много будем говорить дальше в нашей книге. Сказанное относится и к ощущению холода, которое теряют сибирские шаманы во время камлания, демонстрируя в голом виде сеансы закаленности. В состоянии исступления шаманы как бы приобретают возможность внутреннего видения, потому что хорошо ориентируются в пространстве с завязанными глазами, не теряя этой способности даже после всяческих кручений-верчений. Ученые объясняют это обострением восприимчивости органов чувств, которая дает возможность сосредоточиться на ощущениях. Человек становится способным улавливать те сигналы нашего организма, которые проходят незамеченными в обычном состоянии. М. Харнер назвал внушенное состояние экстаза шаманским состоянием сознания – ШСС.
Видимо, это состояние обостренности всех органов чувств и дает шаману, под которым мы подразумеваем любого колдуна, возможность уловить особенности в состоянии другого человека. Этим объясняется необычная способность колдунов быстро определить вора. Подозреваемый в воровстве или каком-либо другом неблаговидном поступке всегда испытывает волнение, которое может обнаружить опытный специалист-психолог (а именно это определение подходит по отношению к колдуну) в силу своей осведомленности и опыта, выработавших у него профессиональный «нюх». Индикатором здесь может служить «жилка» на шее. У человека, находящегося в состоянии беспокойства, она бьется очень сильно и заметно. Могут выдать глаза, дрожание рук, хриплый голос, пере