— Лорд, Яромира моя подруга, мы выросли вместе. Она для меня сестра и не меньше. Вы не допускали мысли, что к семье у меня может быть совсем иное отношение, нежели к чужим мне людям? — решила и я не юлить. — Ну, или что Яромира не посчитала нужным говорить вам что-то действительно важное обо мне, а обошлась общими фразами? Ведь для неё вы чужак, как и для меня. Мне даже интересно, если бы на вашем месте был будущий муж Талиры, что ему бы сказала Мирка?
— Не знаю. Но мне кажется, вы зря так панибратски говорите о леди Чёрных драконов. Люди её мужа очень тепло к ней относятся, а его земли здесь недалеко. Кто-нибудь может услышать. — Предупредил меня лорд.
— Лорд, называя леди Чёрных драконов ласковыми прозвищами, образованными от её имени, я ничуть не обижаю и не принижаю свою сестру. А людям её мужа, в случае претензий, я могу рассказать много интересного. Например, что их леди любит варенье из лесной малины на меду. Или что она сама делает себе стрелы. Или что любимым её занятием всегда была охота и прогулки по окрестностям. — Перечисляя, я не сдержала улыбки.
— Понял-понял, вы очень ценный союзник в деле покорения княжны! — поднял руки вверх лорд, сам улыбнувшись, правда, ненадолго. — А могу я задать вам вопрос о вашем брате?
— Лорд, задать вы можете совершенно любой вопрос, о чём и о ком вам угодно. Другое дело, получите ли ответ. — Остановилась я.
— Я надеюсь, что получу. Не стало ли оскорблением для вашего брата, то, что его невестой стала дальняя родственница, которую не воспитывали должным образом и чьë рождение не признано родом? — спросил дракон.
— Нет, у нас птиц это вообще дикость, детей на законных и незаконных делить. Но у нас к семье отношение другое. Такого, чтобы от жены и от мужа другие связи заводить нет. За это осудят всех, и того, кто изменяет, и того, с кем изменяют. — Объяснила я. — А уж от родни отказываться? Мало на войне гибнет, чтобы ещё и самим от семьи куски отрезать?
— То есть измены в браке для вас неприемлемы? — услышал совсем не то, что я говорила лорд.
— Лорд, давайте с вами разберёмся на берегу, что говориться. — Вздохнула я. — Вам я в жёнах нужна, как собаке пятая нога. Вы мне тоже не за драгоценный клад. Но есть решение, есть жребий и воля наших Отцов. Поэтому я здесь, и поэтому же вы меня здесь встречаете. Но я не потерплю, чтобы меня унижали и оскорбляли подобными поступками. Вы, лорд Рихард, должны решить, способны ли вы на верность в браке. И если это выше ваших сил, значит, давайте разойдёмся сейчас, пока мой брат недалеко ушёл.
— Мою верность, как мужа, я могу вам гарантировать. — Заверил меня лорд. — Единственное, что могло бы поколебать моё стремление соблюдать клятву, которую я дам вам у алтаря, это появление моей Истинной. Но это неисполнимое желание. И вам совершенно не стоит беспокоиться по этому поводу. Другая сторона вопроса в том, что и я хочу надеяться на вашу верность супружеским клятвам.
— Я серьёзно отношусь к предстоящему браку. Я не жду многого, но есть вещи, которые для меня естественны и само собой разумеются. Соблюдение тех клятв, которые я даю, это одна из таких вещей. — Ответила я. — А что за история с Истинными? Кто это?
— У народа драконов есть одна удивительная особенность. Говорят, что для каждого, в ком пробудился зверь, существует его пара, рождённая для него и предназначенная ему. У драконьих родов даже существуют святыни, мы зовём их Мириох. На шее предназначенной нам пары, они светятся и издают звук, который слышат только двое. Песня-зов. До Столкновения, эти ожерелья могли призвать нашу пару, даже если она родилась под чужим небом. — Я слушала рассказ лорда очень внимательно. — Хранители сохранили свидетельства, что перед Столкновением все Мириохи запели разом. И только поэтому половина нашего мира выжила, сцепившись с гибнущим миром Птиц, вашим миром. Истинная для дракона… Даже и не знаю, наверное, как крылья для птицы.
— Но если так, то зачем вы согласились на брак со мной? Искали бы эту свою пару, — не поняла я.
— Мириохи утратили свою силу, многие исчезли. А вместе с ними и те рода, для которых они когда-то создавались. Например, род Железных. Осталось всего несколько десятков потомков, утерявших зверя и силы. Последний прямой отпрыск сейчас в ордене Хранителей, остальные ожесточенно сражаются, погибая на полях сражений. И только один Мириох со времён столкновения пробудился. — Грустно улыбнулся лорд Рихард. — И это небывалое чудо. Что же касается святыни рода Серебряных, то долгое время она считалась утерянной. Лишь несколько лет назад Хранители смогли найти его и вернули. У одного из младших Хранителей пробудились искры силы, и мне было предсказано, что Мириох моего рода пробудится, и я обрету свою пару в тот момент, когда крылья мои будут скованы, и воздуха в груди не будет хватать для вдоха. И тогда величие рода Серебряных вернётся, а на землях рода настанет время благоденствия. Но за это время… Я уже был и скован, и задыхался. Но Мириох по-прежнему лежит холодным металлом и безжизненными камнями в сокровищнице рода.
— Подождите! — внезапно пришла мне в голову мысль. — Но ведь "скованы крылья" может быть сказано не о цепях, а об узах брака!
— К сожалению, нет, леди Саяна. — Покачал головой лорд, и, вздохнув, продолжил. — Через год после этого предсказания я женился. И Мириох не ожил. Моя супруга умерла в родах, не доносив положенный срок. Сын родился слабым, и даже надежды на пробуждение зверя нет. Он живет благодаря эликсирам, что готовят для него в Цитадели целителей.
— Что? Но мы не знали об этом, — вырвалось у меня.
— Леди Саяна, не торопитесь, пожалуйста, отказываться от договора и брака. Я понимаю, что как жених не самый лучший вариант. Я уже в возрасте, некрасив, со шрамом на лице, а теперь ещё и выясняется, что уже был женат, и у меня остался от того брака больной ребёнок. Да ещё и непонятное пророчество. — Схватил меня за руку лорд. — Но я никогда не принял бы брака с вами, если бы была хоть какая-то, хоть малейшая надежда на исполнение пророчества о моей Истинной. Что касается сына… Его существование ничем вам не угрожает. Титул моего наследника перейдёт к ребёнку от нашего брака, если таковой родится. Судьба Нильса предрешена с момента его рождения. Когда ему исполнится тринадцать лет, он уйдёт в орден Хранителей и начнёт служение.
— А чем он болен? Кто выяснил причину болезни? Чем мальчика лечат? И вы уверены, что вот прям ничего не может помочь вашему сыну? — тут же вырвались у меня вопросы.
— Знаете, теперь я уверен, что Яромира Чёрная была совершенно искренней, когда говорила, что главное в вас это доброта. — Произнёс лорд Рихард. — Я был уверен, что Нильс станет серьёзным камнем преткновения и причиной вашего недовольства. И был готов вас просить о милости и не требовать, чтобы я удалил сына из замка.
— Почему бы я стала это требовать? — удивилась я.
— Любая драконница потребовала бы от меня таким образом гарантировать исполнение прав её будущего ребенка. — Пожал плечами лорд.
— Тогда вам, наверное, повезло, что я не драконница. — Произнесла я задумавшись.
Глава 9.
— Леди Саяна, — обратился ко мне лорд Рихард. — Возможно, мой вопрос покажется вам неожиданным… Но зачем, что ваш брат, что князь Воронов, отправляют с невестами столько имущества? Ведь девушки выходят замуж не за простых драконов. Или птицы считают, что мы настолько бедно и неуютно живём, что постелью и той, обеспечить жён не сможем?
— Причём тут это? Девушка приходит хозяйкой в новый дом. И у неё должно быть всё под рукой. И постель, и посуда, и какие-то запасы. Вон те большие сундуки, они и вовсе от Старшей нашей обители. — Удивилась я. — И потом, что-то в новую семью принёс муж, что-то жена, с этого достаток и начинается. Ну, вот как вы собирали семейную сокровищницу?
— Сокровищницу каждый дракон собирает себе сам. Наш зверь не готов делиться с кем-то. И потом, что это за сокровище такое, если оно общее? Оно должно быть моё. — Ответил дракон.
— То есть, когда вы будете в сокровищнице, мне лучше туда не заходить и не мешать вам чахнуть над блестяшками? — засмеялась я.
— Леди Саяна, во-первых, войти в сокровищницу не так-то просто. Путь к ней мало того, что тайный, так ещё и полон смертельно опасных ловушек. И я сейчас не шучу. — Начал объяснять мне лорд. — А во-вторых, я готов разделить с вами родовой замок, свои земли и власть над моими людьми. Но я никогда не разделю сокровищницу, с кем бы то ни было. Возможно, я, как и мой отец, в своё время покажу путь в неё своему сыну. Но моя жена, как и моя мать, а до неё бабка, этого пути знать не будет, и порога сокровищницы не переступит.
— А если я тоже захочу себе такое место, куда кроме меня никто не войдёт? Свою сокровищницу? — поинтересовалась я.
— Две сокровищницы в одном замке? — глаза дракона алчно сверкнули.
— Вижу, вам нравится эта идея. — Ухмыльнулась я.
— Ну, настроение становится однозначно лучше. — Ответил мне дракон.
— Сейчас я вам его ещё улучшу. Предполагается, что в нашем браке будет ребёнок. И как минимум на половину, он будет драконом. А значит, вполне вероятно, что и ему нужно будет отвести труднодоступный подвальчик для всяких побрякушек. — Засмеялась я, представив, как мелкий карапуз тащит в тайное место всякие свои детские сокровища.
А вот дракон видно задумался всерьёз, и мои слова воспринял вовсе не как шутку. Даже смотреть на меня стал как-то по-другому. Ну, конечно, я же ему к его одной сокровищнице ещё две пообещала. Вот мужику счастья привалило! Вон, даже взгляд потеплел.
Впрочем, и от остальных, тех воинов, что сопровождали своего лорда, какой-то неприязни я не заметила. Вот любопытство да, оно скользило в каждом взгляде. Чётко видела сомнения и недоверие. И прекрасно понимала драконов. Здесь были воины, те, что прошли не один бой, кто видел нашу жизнь в самом неприглядном её свете. И вот сейчас они смотрели на меня, невысокую, не сильно красивую, не разряженную так, что смотреть больно, а совершенно обычную девчонку. И по мне ведь видно, что рубеж совершеннолетия перешла совсем недавно. А зависит от меня ни много — ни мало, а мир между нашими народами! Понятно, что не только от меня, но я с сёстрами стала символом, этаким залогом. Слишком много надежд было возложено и птицами, и драконами на эти три брачных обмена.