— Что это за место? — я повернулась обратно к двери, в которую вошла, и мой рот накрыла гигантская ладонь.
Великан, одетый во все черное, схватил меня в охапку и припечатал к доске.
— Что вы делаете?! — закричала я, когда он убрал руку с моего рта, занявшись ремнями, которые обвились вокруг моих запястий. — Отпустите меня!
Я дергалась, рычала, металась из стороны в сторону, даже чуть не вывихнула руку, пытаясь лягнуть ногой мужчину, присевшего, чтобы закрепить путы на моих щиколотках. Слезы были не поддельными в моих глазах, когда толстый слой кожаного ремня обвился вокруг моей талии, пригвождая к месту и лишая возможности двигаться. Сейчас со стороны я, наверное, выглядела как ассистентка метателя ножей в цирке, только отсутствовала радужная улыбка на лице.
— Оставьте нас одних, — раздался безэмоциональный голос от двери, и по моей спине пробежал холодок.
В центр комнаты вышла Лидия Клиффорд. Невысокая, в строгом брючном костюме, она смерила присутствующих таким ледяным взглядом, что все поспешили ретироваться, не смея возразить хозяйке.
— Я могла бы догадаться, — фыркнула я, когда дверь закрылась, и мы остались наедине. — Разве еще кто-нибудь способен на такую подлость?
— Вопрос, я так понимаю, риторический, — мило улыбаясь, Лидия медленным шагом приблизилась ко мне.
— Хоть в чем-то Вы правы, — съязвила я, скорчив рожицу. Но даже моя внешняя самоуверенность спала, когда женщина взяла с металлического столика что-то похожее на хирургический скальпель и начала неторопливо крутить его в руках.
— Я бы с тобой с удовольствием поболтала на любую тему, — ее интонация была насквозь пропитана ядом и неприязнью. — Но сейчас у меня есть дела поважнее.
Она вплотную подошла ко мне и приставила нож к моей шее.
— Скажи, куда твой друг спрятал диск, который нашел в тайнике на кладбище? — пугающим шепотом спросила она.
Мне понадобилось секунд тридцать, чтобы понять, о чем она вообще толкует.
— Я жду, — с нажимом произнесла Лидия.
— Я не могу рассказать того, чего не знаю, — заметила я. В моей лжи была доля правды — я не имела понятия, кто такой Крис, мужчина, которому Джаред передал злосчастную карточку.
Лидия кровожадно улыбнулась и провела ножом вниз, по диагонали, оставляя тянущейся от самой ключицы длинный порез, который был недостаточно глубоким, чтобы нанести смертельный урон, но после него, несомненно, останется шрам. Нечеловеческий крик наполнил комнату, и только когда женщина жестко усмехнулась, удовлетворенно взглянув на меня, я осознала, что плач вырывается из моего собственного горла. Слезы полились у меня из глаз, и я с ненавистью смотрела на Лидию, которую ситуация, похоже, забавляла.
— Где карточка?! — снова спросила она и, когда я промолчала, сделала новый надрез, только ниже.
— Пожалуйста, хватит! — взмолилась я, давясь рыданиями. Теплые струйки струились из обоих порезов. Я старалась не думать, что капающие звуки, раздававшиеся в тишине — моя собственная кровь, стекающая на пол.
— Думаешь, мне интересно, где эта проклятая карточка? — язвительно проговорила она, проводя скальпелем по животу, и новый крик боли вырвался из моего рта. — Единственное, что я хочу — это чтобы твой друг испытал ту же боль, что он причинил мне, убив моего мужа!
В конце ее голос сорвался на крик, и она воткнула нож мне в левое плечо, оставив его там. От боли у меня потемнело в глазах, но мне удалось сфокусировать зрение, как раз, чтобы увидеть, как она схватила со столика шприц.
— Знаешь, что это?
Единственное, что я пыталась сделать — не потерять сознание, чтобы не давать этой женщине лишнего повода для радости, но понять, о чем она говорит — было выше моих сил.
— Это хлористый калий. Вызывает моментальную остановку сердца, — Лидия выпустила немного жидкости, избавляясь от воздуха в шприце. — Его даже используют для смертельной инъекции.
Вникнуть в ее слова было трудно, но суть я уловила, поэтому, когда она приблизила иголку к моему горлу, попыталась увернуться, превозмогая адскую боль в плече.
— Нет! Не надо… — слова так и не были произнесены вслух. Из груди вырвался лишь приглушенный стон.
Неожиданно послышался какой-то шум, и я даже подумала, что это у меня в голове, но Лидия вдруг убрала руку и обернулась. В комнате замелькали размытые фигуры, но я уже потеряла связь с реальностью, второй раз за сутки теряя сознание.
Глава№ 15
— Мы не можем везти ее в больницу…
— Как ты объяснишь врачам, что…
Фразы, доносившиеся до моих ушей, были настолько отрывочны, что я не понимала, о чем разговор. Все тело болело, голова раскалывалась, но тут появился свет, ударивший в закрытые глаза. Я пыталась поднять отяжелевшие веки.
— Смотри, она просыпается, — послышался тихий голос рядом со мной, и наступила тишина.
Моя кожа словно плавилась от жара. Горло горело, и я мучилась от жажды. Очередная попытка открыть глаза оказалась тщетной, но я была вознаграждена, потому что моего лица коснулись холодные пальцы, принося блаженство маленькому кусочку кожи.
— Джессика, — позвал смутно знакомый голос. — Джессика, открой глаза.
«Я пытаюсь!» хотелось закричать мне, но потребность в воде вышла на первое место.
— Пить, пить, — выдохнула я, но не знала, услышали ли меня.
Руку отдернули от моей щеки, и мне захотелось плакать от досады, но даже на слезы я была не способна. Но тут моих губ коснулось что-то мокрое! Я разлепила их и в рот просочилась спасительная влага.
Мои веки слабо шевельнулись, и я уставилась на два синих огонька.
— Джессика, ты слышишь меня?
Я пару раз моргнула, и мне удалось сфокусировать зрение. Это были не огоньки.
Джаред смотрел на меня со смешенным чувством беспокойства и страха.
— Где я? — спросила я, но изо рта вылетел лишь слабый шепот.
— Ты в безопасности, — прошептал Джаред, уголки его губ еле заметно приподнялись. — Ты хочешь есть?
Словно в ответ на его вопрос мой желудок недовольно заурчал, и как по команде перед моим носом возникла чашка куриного бульона, запах которого вскружил мне голову.
— Пей по чуть-чуть, хорошо? — мягко произнес Джаред и, приподняв одной рукой мой затылок, прижал чашку к моему рту.
Теплый бульон заструился по пищеводу, оставляя невиданные ощущения. Никогда еще я так не радовалась еде.
Когда чашка опустела на половину, Джаред поставил ее на тумбочку.
— Почему так душно? — спросила я, с удивлением заметив, что парень в рубашке, застегнутой на все пуговицы.
— Джессика, я не хочу сейчас говорить о случившемся…
— О том, как сумасшедшая вдова чуть не убила меня? — перебила его я и резко втянула в себя воздух, почувствовав внезапную боль. Слова давались мне с трудом.
— Здесь нормальная комнатная температура, — внезапно переменил тему Джаред. — Просто у тебя температура.
Сначала я непонимающе смотрела на него, а потом огляделась. Комната походила на гостиничный номер, и все было бы в порядке, но тут мой взгляд опустился ниже. О, Боже.
— Ты… — начала я, вопросительно взглянув на Джареда, и тот кивнул. На его лице отразилось смущение. Жар сделал свое дело, и я не смогла покраснеть еще сильней от осознания, что под тонкой простыней кроме повязок на ранах и трусиков, на мне ничего нет.
— Слушай, если тебя это так беспокоит, то я был занят спасением твоей жизни, а не разглядыванием…
— О, замолчи! — простонала я, закрыв лицо ладонью, и Джаред тихо засмеялся.
В следующий миг ко мне пришла мысль, от которой мне захотелось провалиться сквозь землю. Нет, я не могла попросить его об этом.
— Что? — спросил Джаред, будто читая мои мысли.
— Мне надо… — смущенно начала я и запнулась, но потом предприняла еще одну попытку. — Я хочу посетить уборную.
— Я сейчас, — кивнул Джаред и, подойдя к шкафчику, достал из ящика голубую мужскую рубашку. — Поднимайся.
Я попробовала сесть, но боль во всем теле заставила меня оцепенеть.
— Я тебе помогу, — сказал Джаред, и я вздрогнула, когда моей оголенной спины коснулась его ладонь. Он мягко подтолкнул меня вверх, и я села, прижав правой рукой простыню к груди. Джаред накинул мне на спину рубашку, и я невольно привалилась к его груди, пока он помогал мне засовывать раненую руку в рукав.
— Слушай, ты не мог бы… — неопределенно проговорила я, когда обе руки оказались в рукавах.
— Я не смотрю, — тут же откликнулся Джаред, уткнувшись носом мне в волосы.
Я старалась застегнуть пуговицы как можно быстрее, но левая рука все еще болела, поэтому процесс оказался довольно долгим.
— Всё, — сообщила я, когда последняя пуговица нашла свою петельку.
Джаред левой рукой обхватил меня за талию, не давая снова повалиться на подушку, а второй, откинув простыню, поправил рубашку и взял меня на руки. Ногой он распахнул дверь комнаты и вышел в маленький коридорчик. Здесь было две двери, одна из которых вела в ванную комнату. Джаред бережно опустил меня на коврик, прямо рядом с унитазом, но продолжал поддерживать за локоть здоровой руки.
— Ты уверена, что…
— Да, — перебила его я. — Здесь уж я справлюсь самостоятельно.
— Хорошо, только не запирай, пожалуйста, дверь. Давай, я ее просто закрою?
— Нет, — отрезала я, выхватывая свою руку из захвата, и тут же пошатнулась.
— Джессика, если что-то случиться, то я выбью дверь, а оплачивать ее потом будет нечем, — не сдавался Джаред, и я покачала головой.
— Чего только ты не придумаешь…Ладно! Только поклянись, что…
— Ни за что, — вскинул руки Джаред и вышел, захлопнув дверь.
Покончив со всеми делами, я, прихрамывая, вышла из ванной. Джаред стоял у противоположной стены. И он был не один.
— О, здравствуй, Дилан, — будничным тоном поприветствовала я друга, ничуть не удивившись его присутствию.
— Привет, красавица, — широко улыбнулся он. — Рад, что ты очнулась.
Я промолчала, мне было просто необходимо добраться до постели, поэтому, сжав челюсти, чтобы не застонать от боли, я сделала пару шагов, шатаясь от изнеможения. Ко мне подскочил Джаред и, просунув руки под коленки и обхватив талию, поднял меня, прижимая к себе.