защиты?! Сопротивляться и закономерно быть еще и избитой или найти другой способ?
— Не могу понять, отчего ты мне кажешься знакомой, — заявил он. — Но скоро пойму…
Он приблизился вплотную, схватил за шею и сжал. Несильно, но мне почти сразу стало нечем дышать. В глазах потемнело, появилась жуткая тошнота и полная паника. Все мысли пропали, осталась только желание выжить любой ценой и умудриться не стать жертвой насилия. Почти теряя сознание от нехватки воздуха и вони, исходившей от мужика, я подняла руки и вцепилась в его, стараясь убрать от горла, одновременно извиваясь всем телом в надежде выскользнуть.
Хирс заржал, отцепил мои руки и, соединив запястья вместе, вздернул вверх. В ту же секунду его губы прижались к моим, одна рука осталась удерживать запястья, а второя облапила грудь. Это послужило спусковым крючком. Паника и ужас накрыли с головой. Я испугалась до такого состояния, когда думать невозможно, только кусаться, вырываться, стараться ударить… Неважно куда, только бы освободиться.
— Сука, — рявкнул Хирс, размахнулся и ударил меня.
Голова дернулась, щека моментально налилась болью, ее словно объял огонь. В глазах потемнело, я почувствовала, как по подбородку потекла струйка крови из разбитой губы. Не выдержав, я упала на колени, а слезы сами полились из глаз.
Боров вновь вздернул меня вверх, рванул куртку, разрывая ее.
— Не надо, — заскулила я.
— Достаточно, Хирс, — прозвучал женский голос.
Пират отошел почти сразу, а я снова кулем свалилась на пол, стянула на груди остатки куртки и подняла голову. Перед глазами все расплывалось, но я все равно поняла, кто стоит передо мною.
— А говорила немая. Теперь, когда мы выяснили, что ты солгала в этом, я хочу знать, что ты утаила еще, — насмешливо сказала Салея и посмотрела на пирата. — Тащи ее в зал.
— Не надо, — прошептала я, когда он подошел ближе. — Я сама пойду. Пожалуйста.
— Пусть будет так, — согласилась Салея.
Я поднялась на ноги и, стараясь держаться подальше от Хирса, вышла в коридор, придерживаясь за стенку. Меня мутило, голова кружилась, а лицо горело. Я потрогала пальцами разбитые губы, коснулась щеки, которая стала горячей и твердой и непроизвольно шмыгнула носом. Как ни странно, но слезы высохли, словно их и не было. Одно было понятно, я готова все рассказать, лишь бы не испытать подобного еще раз. Постаралась отрешиться от произошедшего, вернуть себе ясность мыслить и не показывать слабости. Буду истерить потом, а пока, мне нужна способность трезво размышлять в стрессовой ситуации. И потом… ну получила по лицу, но ничего страшного не случилось. Это была просто попытка запугать, которая не переросла бы в нечто более серьезное, к тому же, не надо думать над тем, с кем проводить переговоры.
Я думала, что будет снова куча народа, но в комнате нас находилось всего четверо. Салея, ее сын с неизменным планшетом, я и Хирс. Совершенно другое помещение, а не общий зал. Чистое, напичканное техникой, а одну стену и вовсе занимали мониторы и пульт управления. Хватило мимолетного взгляда, чтобы завистливо понять, что тут последние достижения и технические разработки. Я тут же перевела взгляд на женщину, которая уселась в кресло, в то время как ее сын встал рядом, и невольно усмехнулась. Вот кто истинный главарь здешней шайки… Мне почти никогда не приходилось иметь дело с такими, как она. Интересно, что будет дальше, но пока она пугала меня до дрожи…
— Хирс иди, — сказала женщина и боров вышел.
— Как тебя зовут? — насмешливо спросила она.
— Ева, — ответил за нее сын.
Я бросила на него короткий взгляд и промолчала.
— Лир, не вмешивайся, — мягко попросила она и снова уставилась на меня. — Итак, Ева, почему в памяти корабля о тебе нет никаких данных?
— Потому что я присоединилась в самый последний момент, — тихо ответила я.
— Как-то не верится, что ты любовница этого борова, — усмехнулась Салея. — Он же рыхлый тюфяк.
Не удержавшись, я удивленно посмотрела на нее, припоминая внешность ее мужика. К такому подойти-то проблематично, того гляди вырвет от отвращения, что уж говорить о более тесном контакте.
— А ведь я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — прищурилась она. — Но сейчас мне интересно другое. Дело в том, что не только мне знакомо твое лицо, тебя узнал и Хирс. Увы, его залитый бухлом мозг не в состоянии ответить на простой вопрос, да и я не могу припомнить, где тебя видела. Явно, что не в последние годы, но я доверяю собственной памяти.
— Я просто любовница Фархада, — тихо сказала я. — А регистрировать меня не стали, потому что присоединилась к нему в поездке в последний момент.
— Очень интересно, — рассмеялась Салея. — Лир, а что говорят твои игрушки.
— Я скачал записи ИИ, — доложил «отпрыск». — Они знакомы всего сутки. Она летела зайцем, пока ее не обнаружили, рассказала сказку о несчастной доле, дейтарец ее пожалел и не стал сдавать.
— Видела? — с гордостью кивнула на сына Салея и вздохнула. — Я так не умею. Но за то время, что Лир здесь, он проделал потрясающую работу, одни силовые поля чего стоят, — я машинально кивнула, подтверждая правоту ее слов, потому как и сама осталась под впечатлением. — Если бы не он, мы бы пропали или сдохли бы от голода, но пройдет немного времени и он встанет у руля дела, чтобы я могла не беспокоиться о будущем. Но это к делу не относится, — быстро сказала она, прерывая саму себя, и неожиданно спросила. — Хочешь есть или пить?
Я покачала головой. Хотелось только одного — чтобы последние часы просто исчезли, а лучше сутки, но повернуть время вспять неподвластно никому. И я сама виновата в собственных проблемах.
— Тогда продолжим разговор, — усмехнулась Салея. — Кто ты?
— Меня зовут Ева, — тихо сказала я, вновь вспоминая про уроки Алекса. — И я не врала на корабле.
— Ты не похожа на жертву садиста, — заявила она. — Возможно ты и бежала от кого-то, но в характеристике преследователя ты врешь. Видишь ли, Ева, те, кого долго время третируют ведут себя совершенно иначе. Я знаю, о чем говорю. Жертва всегда боится, она не поднимает глаз от пола и уж тем более, она не станет признаваться о факте насилия первому встречному. А еще, жертва не сопротивляется, когда это происходит вновь. Она привыкла отрешаться от происходящего.
Машинально я подняла руку и потрогала опухшее лицо. По всем признакам, меня ждет заплывший глаз, огромный синяк, и головная боль, больше похожая на мигрень. Про уязвленное самолюбие я вообще молчу.
— Молчишь? — я посмотрела на Салею, продолжая молчать. — Молчи. Не люблю, когда мне врут. Тогда приходится выяснять правду вот такими способами. Лицо пройдет через неделю-две, если не лечить, и гораздо быстрее, при использовании регенерирующих средств. Говорю об этом с уверенностью.
— Основываясь на собственном опыте? — тихо спросила я.
— Верно, — медленно подтвердила она, враз теряя хорошее настроение и пристально разглядывая меня, а я в который раз начала костерить себя за слишком длинный язык. — Так вот, Ева, если это и правда твое имя. Жертвы не способны принять на себя управление кораблем и практически вывести его в безопасный сектор. Жертвы никогда не смотрят насильнику в глаза. И тем более, после того, как их чуть не изнасиловали, они не способны оценивать окружающее пространство и подмечать детали. Так кто ты такая, Ева?
Я смотрела на нее и не могла решить, что ей сказать. Одно было понятно, разыгрывать из себя дурочку и дальше было откровенно глупо, но проблема заключалось в том, что я не так и не поняла, стоит ли упоминать имя Алекса или это принесет новые проблемы. Я ничего не слышала про эту шоблу пиратов, поэтому не знала, что мне ожидать. Но, возможно стоило, не называя себя, намекнуть, что за меня есть кому постоять. Сейчас я как никогда жалела, что покинула Виору. Именно из-за собственной глупости я приобрела проблемы, так что и разгребать их самой. Вот только больше ни на мгновение нельзя показывать, что я боюсь. Только уверенность в себе, блеф и спокойствие.
— Салея, — женщина удивленно приподняла бровь, но я решительно продолжила. — Какая разница, кто я такая. Главное то, что я могу заплатить за свою свободу. Просто назови сумму и мы разойдемся довольные друг другом. Я забуду о небольшом недоразумении, которые имело место быть совсем недавно, и не стану просить отомстить за мое унижение.
— Как интересно? — усмехнулась Салея. — И кто же этот покровитель, что способен на подобное? Даже если на мгновение представить, что это так, то это не соотносится тем, что ты оказалась на чужом корабле, рассказывала сказки и просила защитить. Прости, но я вовсе не уверена, что у тебя есть деньги, чтобы заплатить за свою жизнь и честь. Думаю, будет проще отдать тебя ребятам на забаву. У них последние два месяца одна баба на всех. Да и та, скоро откинет копыта от перенапряжения. И в такой момент, ты мне рассказываешь сказки о несуществующем покровителе. Дорогая, тебе не стоит угрожать мне. В твоей ситуации, я единственная, кто сможет спасти тебя от крайне незавидной участи.
— Он есть, и это самое главное, — улыбнулась я, представляя образ Алекса, чтобы ловчее и увереннее врать и говорить правду одновременно, и чуть не вздрогнула, когда перед глазами появилась оливковая физиономия в идеальном деловом костюме.
— Думаешь, умнее меня? — Салея медленно встала, подошла вплотную и схватила меня за волосы, вынуждая откинуть голову назад. — Уверена, дай я тебе планшет, тебе не с кем будет связаться.
— Салея, мы друг друга поняли, — я осторожно освободила волосы из неожиданно жесткой хватки и, продолжая улыбаться, притворно вздохнула. — Буду откровенной с тобой. Я и правда сбежала. Каприз, вызванный обидой, о котором уже пожалела. И мне хотелось бы решить проблему самостоятельно, потому что я до сих пор злюсь на него. Понимаешь, он самый настоящий кобель, который не пропускает ни одной юбки. Это и стало причиной ссоры. Впрочем, ты как женщина можешь меня понять. Если я сейчас свяжусь с ним, то значит он выиграл и сможет и дальше иметь всех встречных баб направо и налево. Тебе нужны деньги, я их заплачу. И я гарантирую, что наша встреча моментально выветрится из моей памяти, как и лица тех, кого я встретила здесь. И конечно, никаких претензий.