– Но как же кот? Он тоже умер?
– Нет, кот жив.
– Тогда как же получается, что он находится здесь? И как он вообще отсюда выбирается? Есть какой-то выход?
– Для него есть. Пойдём!
Мы прошли дальше за колонны, и Соня показала мне небольшое окошко, пожалуй, единственное в этом помещении. Из окна шёл красноватый дым. Я попыталась разглядеть что-либо, но дым был слишком плотным. Оглянувшись, я увидела, что Сони рядом нет.
«Эх, была не была!» – решила я, и попыталась пролезть в окошко. И едва я сунула туда руку, как почувствовала, что моё тело будто растворяется, а потом поняла, что лечу.
Летела я стремительно вниз. Кажется, вместе со мной летели стулья, столы и ещё какие-то предметы интерьера. Только откуда они взялись?
Я не успела подумать об этом, как неожиданно приземлилась в уютное кресло. Напротив меня точно в таком же кресле сидел довольно странный тип. Он был не худой и не толстый, не высокий и не низкий. Чёрные волосы его были взъерошены. А глаза – разных цветов: один голубой, второй зелёный. При этом мужчина имел огненно-рыжую бороду и постоянно улыбался. Одет он был просто: в джинсы и клетчатую рубашку. На ногах – ботинки с развязанными шнурками. На мизинце правой руки – кольцо с огромным рубином. Он молчал, будто хотел, чтобы я заговорила первой. Я тоже не спешила нарушать тишину.
Всё происходящее напоминало дурной сон. Я даже попробовала ущипнуть себя за руку, но почувствовала боль и поняла, что не сплю – всё это происходило на самом деле.
Осторожно повернувшись в кресле, я посмотрела по сторонам. В комнате нас было лишь двое. Во всяком случае, было достаточно светло, чтобы понять, что это так. Комната была квадратная, стены окрашены в больнично-белый цвет. В углу ненавязчиво, в каком-то неправильном порядке стояла мебель, та самая, что летела вместе со мной. Напротив наших кресел, то есть справа от меня, располагался большой аквариум, в котором ползали змеи.
– Ядовитые, ага, – будто прочитав мои мысли, заявил мужчина. Он сказал это густым басом, и его голос очень мне понравился. И пахло от него приятно, чем-то не по-мужски нежным и в то же время терпким.
Внезапно у меня закружилась голова, и я потеряла сознание.
Придя в себя, я обнаружила, что лежу на траве, а рядом расположился тот странный рыжебородый тип и нахально обнимает меня. Я попыталась аккуратно высвободиться из его крепких объятий.
– Не пущу! – заявил он и засмеялся. Смех был каким-то резким, открытым и, в то же время, заразительным. Я не удержалась и улыбнулась.
– Кто ты? – спросила я.
В ответ он покачал головой, потянулся рукой куда-то за спину и протянул мне пакет. Заглянув внутрь, я увидела там зелёные яблоки.
– Спасибо. Но я не люблю яблоки, – сказала я.
– А где ты видишь яблоки? – удивился рыжебородый.
Я ещё раз заглянула внутрь пакета. И тут яблоки на моих глазах превратились в клубнику, очень большую и сочную.
– Бред какой-то! Этого не может быть! – воскликнула я, всё же не выпуская пакета из рук.
Неожиданно женский голос позвал:
– Цезарь! Цезарь! Ну, куда же ты опять пропал?
– Мне остаться или уйти? – спросил меня на ушко мужчина своим чарующим голосом, который заставил моё тело задрожать. Я молчала, не смея произнести не звука. Честно, не знала, что отвечать.
– Ещё раз спрашиваю, мне остаться или уйти?
– Цезарь! Милый Цезарь! Где ты? – женский голос взывал уже ближе.
– Коля, – не помня себя, вдруг прошептала я. – Где ты, Коля?
– Коля, где ты? Где ты, милый? – закричала я, внезапно очнувшись. Я поняла, что нахожусь в комнате на втором этаже, совершенно пустой и пыльной, и подбежала к окну. Коли во дворе не было.
За окном росло дерево. Не знаю его названия, да и меньше всего меня это волновало тогда. Главное, что дерево было достаточно прочное на вид и своими ветвями доставало до подоконника. Не тратя напрасно времени, я мужественно уцепилась за ветку и, на полминуты повиснув в воздухе, как обезьянка, вскарабкалась ближе к стволу, а там уже без особых проблем спустилась на землю. Вот уж никогда не подозревала в себе таких спортивных способностей!
– Коля, где ты? – позвала я ещё раз на всякий случай. Но вокруг царила тишина, нарушаемая лишь скрипом калитки и криком птицы где-то вдалеке.
Уже опустились сумерки. Казалось, что кругом нет не души. Тут я почувствовала, как страх медленно, но неотвратимо начинает овладевать мною. На глаза сами собой навернулись слёзы. Я смахнула их кулаком и в этот момент услышала звон церковных колоколов. Они звенели как-то зловеще, создавая нестройную мелодию. Не помня себя от ужаса, я бросилась бежать вон из деревни, минуя церковь, к нашей машине, надеясь, что Коля, может быть, там ждёт меня.
Коля и в самом деле был там. Лежал на траве прямо перед бампером и не подавал признаков жизни. Сначала я подумала, что он спит, и попыталась его разбудить, но Коля не просыпался.
– Коля, Коленька, ты жив? Милый мой…
Дыхания не было, но мне удалось нащупать слабый пульс.
Я в панике заметалась вокруг, но вскоре устала и поняла, что таким образом ничего не добьюсь. Немного подумав, я решительно направилась к церкви.
На фоне красного закатного неба, это здание выглядело жутковато. Главные двери были заперты. Я побродила вокруг, но бесполезно. Никаких иных входов я не нашла. Зато обнаружила под брезентом возле церкви целые заросли какой-то приятно пахнущей травы, от аромата которой у меня тут же закружилась голова.
Немного покачиваясь, я направилась вдоль стены назад к дверям церкви, решив во что бы то ни стало попасть внутрь. Но сколько бы я не стучала, никто не открывал. Только колокола снова зазвонили. Отчего стало совсем страшно.
Внезапно резкая боль пронзила моё плечо, и я увидела маленькую чёрную птицу. Я махнула рукой, пытаясь отогнать её, но она была не одна. Буквально в ту же секунду я почувствовала боль в спине. Оглянувшись, я увидела, что птиц уже около десятка. Две самые настырные подлетели ко мне спереди и пытались клюнуть меня в лицо. А одна выдрала клок волос. Я побежала. Птицы, не отставая, преследовали меня, как будто вели по определённому маршруту. Стоило мне немного свернуть в сторону, как меня снова клевали.
Тем временем, совсем стемнело. Кругом кресты, кресты, кресты. По-моему, я кричала, хотя точно утверждать не могу. В тот момент, я ничего не слышала и не видела, лишь бежала и бежала вперёд.
Неожиданно, я споткнулась обо что-то и рухнула на землю.
Глава 24
– Наконец-то! – воскликнула седая женщина в белом одеянии. – Дождалась-таки!
Её ноги почему-то не касались земли, и она ходила вокруг меня прямо по воздуху, размахивая руками и запрокидывая голову.
– На колени! – приказала она.
Я повиновалась.
– Так-то!
И она разразилась неистовым хохотом.
Тут я посмотрела прямо на женщину, пытаясь разглядеть очертания, и поняла, что вижу сквозь неё. Вижу кладбище, редкие деревья, кресты, могильные плиты. На ближайшей могильной плите была выгравирована надпись. Стоило мне присмотреться, как буквы осветились призрачным зеленоватым светом. Я прочитала: «Аглая Агаповна Белинская». Значит, это была она… Точнее её дух, если такое вообще возможно. Не галлюцинации ли у меня случайно?
– Нет, тебе не мерещится! Это я! Не сомневайся, милая! На вот, возьми, – женщина протянула мне кольцо с красным рубином. Где-то я такое уже видела. – И землицы не забудь… – добавила она.
Дальше ничего не помню. Помню, как словно что-то упало тяжёлое на голову, тело ослабло и я, видимо, потеряла сознание.
Очнулась я, когда уже вовсю сияло солнышко. Мои руки почему-то по локти были погружены в землю, которая была рыхлая и мокрая, как после сильного дождя. Моя шея касалась чего-то холодного и скользкого. Кое-как присев и осмотревшись, я увидела, что это крест. Значит, мне всё это не приснилось…
Ко всему прочему, мизинец моей левой руки украшал перстень с большим рубином. Неподалёку валялся целлофановый пакет. Заглянув внутрь, я обнаружила в нём прогнившие луковицы. Недолго думая, я выкинула их, зачерпнула земли с могилы и со всех ног рванула к машине.
Колю я заметила ещё издалека. Он ходил взад-вперёд рядом с автомобилем и нервно утирал тыльной стороной ладони лоб. Завидев меня, он на секунду замер, и я замерла от счастливого сознания, что с ним, с моим любимым, всё в порядке. А потом мы, как по команде, сорвались с мест и припустили навстречу друг другу. В крепких Колиных объятиях я не сдержалась и разрыдалась.
– Ну что ты, успокойся, – шептал он и ласково гладил меня по голове. – Теперь всё кончилось…
– Нет, ещё не всё, – возразила я. – Поедем, Коль…
Мы молча сели в машину.
Глава 25
– Вот что, Марин, к Анне Ивановне поедем завтра. На тебе лица нет… – сказал Коля, когда наша машина уже приближалась к городу.
– А я думаю, лучше было бы завершить всё это сегодня. Хотя ты прав, чувствую я себя не слишком хорошо… Да, пожалуй, поехали домой…
Нас встретила пустая квартира, а также недоброе предчувствие. Кроме того, кота Цезаря нигде не было. Напрасно мы обыскали все углы, включая балкон, – животное будто сквозь землю провалилось.
Коля почему-то очень сильно встревожился. Он открыл бутылку водки, и взяв её и пачку сигарет, удалился на балкон. Я не стала составлять ему компанию. Очень сильно устала. Ощущала себя выжатой, словно губка. Я легла в кровать и сразу же отключилась.
Мне снился странный, беспорядочный сон. Какой-то хаос. Люди в костюмах 18 века: мужчины в камзолах и при париках, женщины в бальных платьях. Все были в масках. Я бегала среди них, искала какого-то человека, но не могла вспомнить, кого же я ищу… А потом эти люди-маски вдруг стали пытаться поймать меня, будто мы играли в игру «Кошки-мышки». Только я знала, что им ни в коем случае нельзя дать себя поймать. Опасность исходила от их хищных улыбок и острых взглядов. Я металась среди них, будто маленькая мышка, а они хлопали в ладоши очень близко от меня. А потом я почувствовала их касания, словно резкие удары плетью. Я бежала и кричала, уже думая, что этот кошмар никогда не закончится, но вдруг увидела лестницу. Внутренне я понимала, что подъём по этой лестнице ни к чему хорошему не приведёт, но люди-маски пугали ещё больше, поэтому я устремилась по лестнице вверх. Ещё чуть-чуть, и я оказалась на крыше. У самого края крыши стояла женщина в плаще и ещё кто-то рядом с ней. При виде меня женщина засмеялась и вдруг резко толкнула этого кого-то, и он полетел вниз. Я рванула к краю крыши, но женщина вдруг испуганно схватила меня за руку. «Ты шшшто это вззздумала? Кххуда сссобралась? Ты мне ешшщё землицу не принесссла с обители моей кррровиночки! К тому шшже, у тебя теперь даррр! Мой даррр!» Все эти слова она будто выплёскивала прямо на меня. И я видела, как искривляются морщины на её старческом лице, как страшно изгибаются губы, а из её рта вырывалось смрадное дыхание, от чего мне самой было тяжело дышать. Я еле вырвалась из её рук-тисков и рванула назад вниз по лестнице. Люди-маски уже не ждали меня, а снова были заняты танцами. Но, когда я появилась в зале, они внезапно остановились и начали аплодировать, выстраиваясь в один ряд. Я шла вдоль этого ряда, а они улыбались и кланялись мне, словно я была их королевой. Я направлялась к выходу, где швейцар уже заботливо распахнул дверь.