— Да, действительно. Вы замечательная семья, — произнес Эдгар.
— Мы пришли, чтобы поприветствовать вас здесь, — проговорила Амелия.
— Спасибо, — ответил Эдгар, улыбаясь.
Амелия посмотрела на скалы, на линию берега, тянувшуюся вдаль. Вид был захватывающим. В тот день, когда Эван утянул ее за собой на ферму, у нее не было возможности оценить эту красоту.
— На вид из окна вы явно не сможете пожаловаться, не так ли? — спросила она.
— Да, вид весьма живописный. Вы давно здесь?
— Не очень.
— Тогда не имеет смысла спрашивать вас, как вы справляетесь с тем, что находитесь в такой изоляции?
— Вы правы, но могу сказать, что по большей части здесь ветрено и часто идут дожди.
— Я просто не представляю, как Карлотта будет переносить удаленность от цивилизации, — начал Эдгар. — Она из очень большой семьи, и возможно, ей будет не по себе, когда вокруг мало людей.
— Полагаю, нужно время, чтобы к этому привыкнуть, — заметила Амелия. Она улыбнулась Карлотте. — Но я уверена, что все образуется.
В это время из своего дома вышел Габриель, и Амелия заметила, как глаза Карлотты загорелись.
— Ah, il bell'uomo, — прошептала она.
Амелия не поверила своим ушам, что Карлотта только что назвала Габриеля «красавцем». Да еще при муже. Но потом она вспомнила, что Габриель говорил, что Эдгар не понимает ни слова по-итальянски. «Но я поняла, — удивилась Амелия. — Как же это возможно?»
— Здравствуйте, Сара, — произнес Габриель, подходя к ним. — Здравствуйте, дети, — добавил он, улыбаясь девочкам. — Эван не говорил, что вы собираетесь прийти. — Габриель встал рядом с Амелией.
— Это было неожиданным решением, — ответила Амелия.
По легкому румянцу на щеках девушки, Габриель понял, что Эван не знает об их визите.
— Понятно. — Он заговорщически подмигнул Амелии.
Амелия бросила взгляд на Карлотту и увидела, что женщина смотрит на нее.
— Unacriminate, — едва слышно проговорила она, но Амелия все расслышала.
Очевидно, что Эван рассказал Диксонам, что она осужденная. Вся радость от встречи с ними тут же испарилась.
— Мы, пожалуй, пойдем, — заторопилась Амелия.
— Вы можете задержаться, чтобы выпить чаю, не так ли? — спросил Габриель.
— Нет, у меня много дел. Возможно, в другой раз.
— Жаль, — ответил он и улыбнулся Карлотте.
— Quando lei mi guarda, il mio cuore s'intenerisce, — вздохнула она.
— Простите, я не понимаю, — смутился Габриель.
— Я сказала, что мы выпьем чаю в другой раз, vero? — произнесла Карлотта.
Амелия была шокирована. На самом деле Карлотта сказала следующее: «Когда ты смотришь на меня, я таю». Внезапно Амелия совершенно четко поняла, что Карлотта причинит Габриелю неприятности. Она должна предупредить его, и как можно скорее.
Глава 7 Кингскот
Колокольчик на двери ателье миссис Барнс отозвался мелодичным звоном, когда Эдна и Сара вошли. Дав несколько дней отдохнуть своей подопечной и хорошо покормив ее, чтобы девушка набрала вес, Эдна решила, что пришло время заняться внешним видом Амелии. Она не хотела плохо думать о девушке, но, по мнению Эдны, нужна огромная работа над внешним видом ее подопечной. Только в этом случае в будущем девушка сможет привлечь потенциального мужа. Эдна решила, что наконец-то настало время для визита к Норме Барнс.
— Доброе утро, Норма, — поздоровалась Эдна.
Они едва заметили хозяйку. Девушка сидела в дальней части магазина, за педальной швейной машинкой, окруженной рулонами ткани. В витрине ателье стояли манекены, одетые в платья и шляпки различных фасонов, а за ними лежало множество разнообразных пуговиц, бантов, блесток и ленточек.
— Доброе утро, Эдна, — ответила Норма, вставая из-за машинки. Ее черное платье было усеяно обрывками ниток и кусочками ткани. Они даже были у нее в волосах.
— Хочу познакомить вас с моей подопечной, Амелией Дивайн, — произнесла Эдна, заботливо убрав ниточку из волос Нормы.
Сара улыбнулась Норме, худощавой, скромной женщине, примерно тридцати лет, которая была явно смущена тем, что Эдна решила привести ее прическу в порядок.
— Доброе утро, — тихо поздоровалась Сара.
— У вас бристольский акцент? — поинтересовалась Норма.
У Сары от страха закружилась голова.
— Конечно нет, — резко ответила Эдна. — Мы из Хенли-он-Темз. Мы с матерью Амелии выросли в графстве Южный Оксфордшир.
— О, — сконфузилась Норма. Обычно она всегда точно определяла акцент.
— У меня есть близкая подруга из Бристоля, — добавила Сара, чувствуя, как она краснеет. — Возможно, ее акцент повлиял на меня.
— Наверняка, — согласилась Норма. — Я слышала, что у мыса Кейп-дю-Куэди затонул корабль. Вы были на борту?
— Да, была. — Сара отчаянно старалась скрыть свой акцент.
Эдна не удивилась, что новость уже стала достоянием общественности. Такое вполне нормально там, где живет немного людей.
— Амелия — одна из двух спасшихся при крушении «Антилопы». Она потеряла свою спутницу, которая сопровождала ее, — сообщила Эдна.
— О боже! — воскликнула Норма. — Какой ужас!
Эдна уже рассказала ей, что ее подопечная приехала к ней после гибели своих родителей. Норма сокрушалась, что на долю одного человека выпало столько страданий.
Норме хотелось бы узнать все подробности крушения. Она была дамой весьма любопытной, общительной, но Эдна с Амелией пришли сюда по делу.
— Теперь мы будем опекать Амелию, — улыбнулась Эдна и обняла Сару. — Норма удивительная портниха, — обратилась Эдна к Саре. — Она может превратить робу в бальное платье.
— О, перестаньте, Эдна, — смутилась Норма. Но похвала ее порадовала.
— Амелия, Норма действительно, может сделать что-нибудь замечательное буквально за несколько минут.
Сара видела, что Эдна льстит портнихе, но Норме явно это нравилось.
— Не знаю, за несколько ли минут, но я всегда много работаю. Семья почти не видит меня дома. Уильям говорит, что я могу вообще поставить здесь кровать.
— Если бы все было по-моему, то ваш муж и дети с сегодняшнего дня видели бы вас еще реже, — проговорила Эдна. — Амелии нужен новый гардероб. Когда корабль утонул, она лишилась всего.
Сара практически услышала звонок кассы у Нормы в голове. Эдна была хорошим клиентом.
— Как я сказала, в данный момент я занята, — начала Норма. — Миссис Френсис заказала несколько новых платьев, а жена капитана Картрайта вообще сделала большой заказ. Вы же знаете, сколько порой она заказывает.
Сара провела пять лет среди воровок и мошенниц и понимала, к чему клонит Норма. Она явно завышала цену.
— Конечно, знаю, — ответила Эдна, — но у нее столько одежды, что легко хватит на три жизни. А здесь совсем иная, можно сказать, чрезвычайная ситуация. Как вы видите, бедняжке Амелии пришлось надеть мое старое платье и занять пару туфель.
— О боже! — Норма оглядела Сару с головы до ног. — Я не буду спать по ночам, сотру пальцы до кости, но обязательно сделаю так, чтобы у девушки были лучшие наряды.
— Я была бы очень вам благодарна, Норма. И конечно же, ваши старания будут вознаграждены. — Эдна улыбнулась.
— Давайте снимем мерки, хорошо? — предложила Норма. У нее на шее висел сантиметр, она нашла листок бумаги и перо, чтобы записать размеры.
Они выбрали цвета и фактуру тканей, потом Эдна отвела Сару в обувной магазин на Мюррей-стрит, где они приобрели несколько пар новых туфель, затем зашли в другой магазин и купили нижнее белье. Сара была бесконечно счастлива, придя домой с кучей сумок и коробок. С каждым днем она понимала, что ей будет все труднее и труднее отказаться от роли Амелии Дивайн. Она начала привыкать к богатой жизни.
Норма была верна своим словам и через несколько дней, в субботу после обеда, прислала первые два платья с обещаниями, что за ними последуют и другие. Эдна решила, что раз у ее подопечной есть новые платья, то теперь можно заняться ее прической. Вечером Эдна вымыла Саре волосы и накрутила пряди ее волос на полоски ткани. Утром в воскресенье, когда полоски сняли, на голове у девушки были пушистые кудрявые волосы.
Сара была в полном восторге, она даже не могла узнать себя в зеркале.
— Амелия, почему ты так удивлена? Камилла ведь всегда делала тебе подобные прически, — заметила Эдна. Из писем она знала, что ее подруга без конца баловала свою дочь.
— О! Да-да, конечно, но… это было уже давно, — смутилась Сара.
Эдна нахмурилась. Камилла и Генри умерли не так давно.
— Твоя мать очень любила кудряшки, поэтому я удивлена, что она не завивала тебе волосы каждую ночь.
— Она завивала… когда я была маленькой, — в смятении промямлила Сара. — Но потом, когда я повзрослела, я предпочла закалывать волосы.
— Полагаю, мода меняется. Но теперь у тебя замечательная прическа, не так ли?
— Да, замечательная. — Впервые за всю свою жизнь Сара подумала, что выглядит почти красавицей. Кудряшки смягчили ее острые черты лица, узкий нос и тонкие губы. Рассматривая себя в зеркале, она едва сдерживала слезы. Сара хорошо помнила свою тюремную прическу, напоминавшую грязную швабру.
Обед готов, объявила Полли, как только Лэнс появился на пороге дома. Сара была в новом платье небесно-голубого цвета, простого покроя. Под платьем на Саре было новое нижнее белье, а на ногах красовались новые туфли. Лэнс ничего не сказал о ее новом наряде, что очень расстроило Сару. Он был так красив, что она затаила дыхание. С тех пор как Лэнс сказал ей, что возьмет ее на прогулку в воскресенье после обеда, Сара внимательно следила за погодой. Каждый час она выглядывала из окна или выходила из дома, чтобы посмотреть, не собираются ли тучи. Она также надеялась увидеть его на улице в соседнем доме.
— Всем доброго дня, — поздоровался Лэнс. — Погода замечательная, Амелия, поэтому мы можем отправиться на прогулку после обеда, если ты, конечно, не против.
— О да! — радостно воскликнула Сара, но тут же пожалела о своей излишней горячности. Ей хотелось выглядеть заинтересованной, но не слишком. — Конечно… если ты не против, если тебя это не затруднит, — продолжила она. Сара не хотела отпускать с крючка молодого человека, ведь она всю неделю мечтала об этой прогулке.