— Я не хочу никаких торжеств, мама, — заявил он. — Мы не хотим никаких торжеств, не так ли, Амелия?
— Да, — согласилась Сара. Она была рада, она боялась, что Лэнс может взбунтоваться.
— Очень хорошо, — не стала настаивать на своем Эдна. — Мы просто устроим чаепитие дома в субботу.
Не проронив больше ни слова, Лэнс направился домой.
Сара решила сменить тему и обратилась к Эвану.
— Пока старшие дети завтра будут в школе, можно ли мне отвести Майло и Джесси на прогулку к океану: собирать ракушки? — спросила она. Днем она несколько раз разговаривала с Майло и Джесси и, кажется, понравилась им.
Сара узнала у Сисси, что старшие девочки должны завтра пойти в школу и с волнением ожидали этого момента. Она искала возможность показать Лэнсу, что будет хорошей женой и хорошей матерью их детей, поэтому и придумала такой план.
— Можно, — согласился Эван.
— Хорошо, тогда я зайду и заберу их после завтрака.
Вечером Лэнс и Габриель помылись и сели за стол пропустить бокальчик-другой бренди хорошей выдержки. Они оба были приглашены на обед к Эшби, но оба отказались, сославшись на усталость. Эдна с пониманием отнеслась к отказу Габриеля, но была очень недовольна своим сыном. Однако не стала настаивать. Эдна знала, что Амелия расстроится, но она постарается объяснить ей, что мужчины устали, ведь Лэнс не привык к такой тяжелой физической работе.
— Прости, что заговорил об этом, Лэнс, но я очень удивился, узнав, что ты собираешься жениться на мисс Дивайн, — начал Габриель.
— Я сам удивлен, — проворчал Лэнс.
— Значит, ты не рад этому?
— Конечно нет. Она утверждает, что я обесчестил ее. Хотя мне стыдно говорить об этом, но она лжет. — Лэнс понимал, что не должен никому рассказывать об истинной причине такой скорой свадьбы. Но он был настолько утомлен физически и морально, что больше не мог держать все в себе. Ему просто необходимо было с кем-нибудь поделиться своим горем. А Габриель был честным и порядочным человеком.
— Почему она так поступила? — Габриель был шокирован.
— Чтобы женить на себе. Я лишь был добр с ней, но с самого начала она придумала себе, что я питаю к ней теплые чувства.
— Прости, Лэнс. Вероятно, тебе сейчас нелегко. — Габриель вспомнил историю с Карлоттой.
— Мне пришлось сказать Оливии, что я больше не могу встречаться с ней. Я разбил ей сердце, — продолжал Лэнс. Он потянулся к бутылке, до краев налил себе второй бокал и осушил его одним залпом. — Почему ты спрашивал разрешения у Эвана поселиться у меня?
— Дело в том, что я сказал Эвану, что люблю Сару Джонс и она любит меня. Я не рассказал тебе об этом, так как мы думали, что лучше сохранять наши отношения в тайне. Эван не обрадовался такой новости, но ему пришлось смириться с этим и согласиться, что мы с Сарой не будем показывать наши чувства, пока не закончится ее срок.
Несколькими днями ранее Лэнс, возможно, сказал бы Габриелю, что он глупец. Хотя эта женщина и очень красивая, но она преступница, и Габриель ставит себя в неловкое положение перед обществом. Но, потеряв Оливию, Лэнс изменил свое мнение.
— Габриель, если вы любите друг друга, тогда не имеет значения, что думают другие. Я желаю вам счастья.
Габриелю было приятно услышать мнение Лэнса. Он ожидал от него нравоучений.
— Спасибо, Лэнс. Надеюсь, у тебя тоже все образуется.
Лэнс вздохнул. Он даже не подозревал, что его беззаботная жизнь может так круто измениться. Он снова наполнил бокалы и выпил за их откровенную беседу, прекрасно зная, что сказанное здесь останется в этих стенах.
На следующий день старшие дети ушли в школу, а Сара забрала Майло и Джесси из дома и повела их на прогулку к морю. Было облачно, но не очень ветрено. Эдна сказала ей, что Лэнс вернулся на работу, так как Эван и Чарльтон смогут справиться с оставшейся пшеницей сами. Ночью прошел небольшой дождь, и колосья намокли. Влажное зерно стоит дешево, но, к счастью, большинство урожая, который теперь хранится в сарае, высокого качества. Эдна знала, что истинной причиной возвращения Лэнса в банк, было желание узнать, все ли с Оливией в порядке.
Когда Сара привела детей домой к обеду, в доме никого не оказалось, и она пошла искать Амелию. Та была в конюшне и гладила Клайда. Сара подошла к Амелии.
— Мы пришли, — проговорила Сара, но Амелия, казалось, не слышала ее.
Только когда Майло подбежал к ней, Амелия поняла, что в конюшне кто-то есть.
— О! — воскликнула она. — Вы вернулись. Хорошо погуляли?
— Ракуски. — Джесси показала ей носовой платок, полный морских ракушек.
— Ракушки, — поправила ее Амелия. — Какие красивые!
Джесси кивнула.
— Что-то не так? — спросила Сара.
— Я стояла здесь и вдруг вспомнила что-то из моего прошлого. — Амелия снова погладила Клайда.
— Что же? — Сердце Сары гулко забилось, а во рту пересохло.
— Я помню, что у меня был пони, его звали Кусочек Сахара.
Сара знала об этом. Она читала дневник Амелии, где та писала, что отец подарил ей пони.
— Правда? — спросила Сара. Во время прогулки с детьми она мечтала о прекрасном будущем с Лэнсом. Сара была в ужасе, что теперь, когда успех близок, как никогда, все может рухнуть.
— Да. Я помню, что он был очень игривый и все время тихо ржал, как только видел меня. Еще он любил яблоки и морковку. Я вспоминаю, как сама ездила на нем. Разве это возможно? Как я могла владеть пони, если была служанкой?
— Не знаю. Наверное, он принадлежал людям, на которых ты работала.
— Нет, я уверена, что пони принадлежал мне.
— Ты… помнишь что-нибудь еще?
— Нет, но доктор Томпсон сказал, что могут всплывать в памяти разные подробности. Может быть, это только начало и ко мне вернется память.
Амелия не могла скрыть своей радости. Правда, есть события, о которых ей никогда не захочется вспоминать, как, например, крушение корабля. Но обрести память все же лучше, чем каждый раз, оглядываясь в прошлое, видеть лишь пустоту.
Сара оставила детей у Амелии и пошла домой. Она оцепенела от ужаса, представив, как рушится ее идеальный план. Нельзя этого допускать.
Когда Сара вошла в дом, Чарльтон окликнул ее из гостиной.
— Хорошо погуляла? — спросил он.
— Эмм… да, дядя, — с отсутствующим видом ответила Сара.
— Что-то не похоже, — заметил Чарльтон, обеспокоено глядя на нее.
— Со мной все в порядке, дядя. — Девушка увидела в руках Чарльтона письмо. — У вас есть какие-то новости?
— Да, от Брайана Хаксвелла. К сожалению, бедняга заболел сразу, как только прибыл домой, поэтому завершение передачи наследства было отложено. Брайан приносит свои извинения, у него воспаление легких, и ему придется провести в постели еще несколько недель. Он попросил, чтобы его секретарь написал это письмо от его имени, дабы поставить нас в известность. Это весьма благородно с его стороны, ты не находишь?
Сару огорчила эта задержка. Она надеялась, что все завершится очень быстро. К сожалению, Амелия начинает что-то вспоминать. А это может разрушить все ее планы.
— Разве больше никто не может сделать все за него, дядя?
— Не думаю. Брайан всегда занимался делами твоих родителей. Мне очень жаль. Для тебя это, конечно же, удар. Конечно, тебе очень хотелось поскорее закончить с делами, связанными с трагедией. Но ты помолвлена с Лэнсом, и об этом тебе надо думать сейчас. И пожалуй, эта задержка с наследством только во благо. У тебя будет время подумать о том, как всем распорядиться.
Сара разволновалась. Она была так близка к своей мечте. Если бы память не начала возвращаться к Амелии, она могла бы спокойно ждать, когда станет обладательницей капиталов семьи Дивайн.
— Я пойду прилягу, дядя.
— Хорошо, милая. Попросить Полли, чтобы она принесла тебе чаю?
— Нет, спасибо, дядя. Я выпью чай позже. — Надо действовать. И как можно скорее.
Глава 32
К обеду Сара едва притронулась, вышла на улицу и увидела Амелию, которая работала в саду. Саре очень хотелось узнать, вспомнила ли девушка что-нибудь еще.
— Как сегодня твои дела? — спросила Сара.
Амелия очень удивилась, что благородная леди интересуется ее делами.
— Хорошо, — ответила она, нахмурившись, и выкопала очередной сорняк.
— Уверена? Кажется, ты чем-то озабочена.
— Вообще, вы правы. У меня в мозгу не переставая крутится одно имя, и я пытаюсь вспомнить, что оно значит для меня.
— Что… за имя? — спросила Сара, и ее сердце снова бешено забилось.
— Муркрофт. Я не знаю что это, место или чье-то имя.
Сара прекрасно знала это слово. Муркрофт — так называлась недвижимость семьи Дивайн в Хобарт-Таун. Это место часто упоминалось в дневнике Амелии.
— Впервые слышу, — солгала Сара. В это время мимо Амелии пробежал Майло. Он гнался за Джесси.
— Маркус! — закричала Амелия. — Подойди сюда. — Девушка забрала у него из рук ветку. — Ты можешь пораниться сам и поранить свою сестру. Теперь давай, беги.
Майло снова бросился в погоню за сестрой.
— О боже, — произнесла Амелия, закрыв рот рукой. — Я только что назвала Майло Маркусом, да?
— Да, — ответила Сара, с ужасом ожидая следующих слов Амелии.
— Я несколько раз называла его так и раньше. Не знаю почему. Возможно, Майло напоминает мне мальчика по имени Маркус. Хотела бы я знать, кто это.
Сара побледнела. Теперь она не сомневалась, что нужно срочно что-то делать. К Амелии все чаще стали приходить воспоминания. Сара придумала план еще утром. Теперь же она была убеждена в этом. Больше медлить нельзя. Нужно действовать сегодня.
— Я собиралась просить Эвана, чтобы он отпустил тебя на прогулку вместе со мной сегодня после обеда. Как ты думаешь, он не будет против?
— На прогулку… с вами? — удивилась Амелия.
— Да. Ведь ты единственная ровесница, с которой я могу посекретничать. Полли очень близка с Эдной и, если я расскажу ей про Лэнса, тут же все передаст хозяйке. Ты не против?