Поздоровавшись, Полковник пригласил его сесть в кресло. Отодвинул папку, подвинул к себе чашку кофе, стоявшую чуть в стороне.
– Слушаю тебя внимательно, – сказал Полковник и отпил глоток кофе.
– Лепешев и Потапов встречались сегодня днем в офисе Лепешева. Вместе с Потаповым прибыло еще двое людей. Один из них, судя по всему, его секьюрити, здоровенный детина, лет под сорок. Я его видел еще в баре «Монарх». Второй приехал на «мерсе», с охраной, невысокий такой, белобрысый. Его я видел в первый раз.
– Это Юрий Ламберт, его банкир, председатель правления Дисконт-банка, в котором Потапов является президентом. У них сегодня была важная встреча. Они подписали договора о сотрудничестве. Потапову отходит сорок процентов акций карьера. Цена этой сделки – сумма всех долгов предприятия плюс некоторые инвестиции.
– Откуда у вас такая информация? – спросил Валет.
– Не важно, – ответил Полковник, – ты не единственный мой источник.
– Вы хотите сказать, что мы проиграли? Если договор подписан?
– Нет, отчего же, – ответил Полковник. – Я хочу сказать, что теперь мы имеем серьезного соперника в лице Потапова.
Он отпил из чашки темного напитка и спросил у Валета:
– Хочешь кофе?
– Да, пожалуй, – сказал Валет, который с обеда ничего не ел и не пил.
Полковник позвал своего секретаря Сергея и заказал для Валета чашку кофе покрепче.
Когда напиток стоял уже перед Валетом, Полковник, некоторое время молча размышлявший, произнес:
– Значит, все-таки он пошел на это, несмотря на наше предупреждение.
– Может, он просто не понял? – спросил Валет.
– Пусть это будет его проблемой и его бедой. Я уверен, что он все прекрасно понял. Позавчера у него гостили налоговые полицейские, вчера ночью он получил анонимный звонок, где его предупредили, чтобы он не лез в дела карьероуправления.
– Наверно, он не из тех людей, с кем можно разговаривать посредством угрозы и шантажа.
– Наверно, – согласился Полковник. – Он, конечно, умен, но очень упрям. А у меня нет ни времени, ни желания объяснять таким людям их заблуждения. – Он медленно допил кофе и, поставив чашку на блюдце, произнес с некоторым ожесточением в голосе: – Да и кто он такой, в конце концов? Обычный молодой выскочка, может, более умный и более удачливый, нежели другие, подобные ему.
– Судя по вашим словам, мне скоро предстоит работа, – усмехнулся Валет.
Тонкие губы Полковника растянулись в улыбке, превратившись в узенькую полосочку на лице.
– Нет, – произнес он, – пока нет. Подстава – дело тонкое. Я думаю, что этим займутся люди Рустика.
– Интересно, как вы собираетесь подключать «пиковых» к этому делу? Как я понимаю, надо доказать дагестанцам, что это люди Потапова грохнули Рустика.
– Этим я и занимаюсь, – задумчиво проговорил Полковник. – Ты должен переключить свое внимание на Потапова, упади ему на хвост, но только аккуратно. Еще раз говорю, что у него работают неплохие спецы, могут засечь. Скорее всего в ближайшие дни он везде будет ездить с охраной.
– А если у них не получится, что тогда?
Полковник усмехнулся:
– Не страшно, тогда я с чистой совестью скажу тебе: «Ваше слово, товарищ маузер».
Валет допил чашку кофе и поставил ее на стол.
– Еще кофе? – предложил Полковник.
– Нет, спасибо, – ответил Валет. – Странно, вы такой любитель кофе, а пьете растворимый.
– Я любитель, но не ценитель, – произнес, разведя руками, Полковник.
– Бывает и такое? – спросил Валет.
– Все бывает, – ответил Полковник. – Кофе для меня не предмет смакования, а необходимый стимулятор деятельности мозга.
– Похоже на наркотическую зависимость, – резюмировал Валет.
– Может быть, – согласился Полковник.
– Это все может плохо кончиться…
Полковник лишь усмехнулся:
– Когда-нибудь все плохо кончится. Надеюсь, я сумею до этого времени закончить ряд своих дел…
Глава 3
В красном углу ринга переминался с ноги на ногу невысокого роста широкоплечий парень с хорошо развитой мускулатурой. Во всем его облике наблюдалась безмятежность и даже расслабленность. Спокойный, меланхоличный взгляд был устремлен куда-то в сторону, за пределы ринга. Руки висели вдоль тела, как плети. Стоявший рядом с ним за канатами Василий Леонидович, положив влажное полотенце на плечи боксера, давал ему последние наставления.
Соперник подопечного Леонидыча, расположившийся в синем углу ринга, был значительно выше ростом, но при этом более худощав. Он также выслушивал последние рекомендации своего тренера. Наконец прозвучал гонг, и судья на ринге объявил:
– Первый раунд, бокс.
Соперники сошлись в центре ринга и начали бой.
Слегка припоздавшие на соревнование Потапов и Юля пробирались между рядов на свободные места. Наконец они уселись на два пустующих кресла в дальних от ринга рядах.
– Ну как тебе здесь? – обратился Сергей к Юле.
– Нормально, – ответила она. – Шумно очень, но, с другой стороны, интересно. Так я время еще не проводила ни разу.
– Честно говоря, я удивлен, что ты сегодня пошла со мной сюда. Не все женщины понимают бокс. Некоторым не нравится, когда мужики друг друга бьют.
– Ничего страшного, – ответила она. – Я в своей жизни и не такое видала.
Потапов, услышав эти слова, немного нахмурился, но ничего не произнес.
– Давай говори, за кого здесь болеть.
– Вон за того, в красной майке и синих трусах, тот, что пониже. Это Дроганов, ученик Василия Леонидовича. Недавно мастером спорта стал.
– А кто его соперник?
– Толком не знаю, какой-то парень из Самары.
Потапов посмотрел в афишку, где были указаны пары финалистов, и во втором среднем весе прочел фамилию: «Голубев». Тоже мастер спорта.
– Не знаю, – произнесла Юля, – я в этом деле мало что понимаю, но, по-моему, у нашего боксера все пока идет нормально. По крайней мере он гораздо активней.
Потапов согласился. Низкорослый Дроганов наступал, ведя бой агрессивно и жестко.
Более высокий Голубев, пользуясь преимуществом своего роста, пытался держать соперника на дистанции длинными прямыми ударами с обеих рук. При этом его левая часто достигала цели, прибавляя ему очки.
Но все же было заметно, что Дроганов не только агрессивнее, но и искуснее своего противника. Умело передвигаясь по рингу, он прижимал Голубева к канатам и с несколькими хорошо поставленными финтами устремлялся в атаку, нанося со средней и ближней дистанции резкие, акцентированные удары.
Если в начале первого раунда Голубеву еще удавалось сдерживать напор Дроганова, держа его на расстоянии, то к концу раунда Дроганов все чаще и чаще прорывал защиту соперника, проводя одну результативную атаку за другой.
Гонг, возвещающий о перерыве, застал Дроганова в атаке.
– Ну как, ты доволен? – спросила Юля.
– В общем, да, – ответил Потапов. – Только он слишком увлекается атакой. Несколько раз непростительно открывался. А ведь он не с пацаном имеет дело. У этого Голубева хорошо поставленный правый прямой.
В этот момент Потапов увидел, как по рядам к ним приближается Андрей Голиков.
– Здорово, Сергей Владимирович, – проговорил Андрей, как только добрался до сидящего Потапова.
– Привет, Андрей. Познакомься, это Юля.
– Да мы знакомы, – проговорил Голиков и, согнав с места пацана, который сидел рядом с Юлей, уселся на его место.
– Это где же вы успели? – спросил Потапов.
– Ты что, не помнишь, мы встретились с Андреем в баре, – произнесла Юля, оживившись. – Тогда ты нас и познакомил. К тому же он не раз бывал в рекламном агентстве по поводу изготовления всевозможных афиш и рекламных проспектов, в том числе и для этого турнира.
– Вспомнил, вспомнил, – проговорил Потапов, продолжая следить за ходом начавшегося второго раунда.
– Как тебе Дроганов? – спросил его Голиков. – Хорошего парня Леонидыч подготовил.
– Да, неплохого, – согласился машинально Потапов, не отрывая взгляда от событий на ринге.
Во втором раунде Дроганов еще больше усилил натиск. Он был уверен, что разведка боем проведена еще в первом раунде, слабые стороны соперника изучены, поэтому перешел к решительным действиям. Все чаще и чаще он взламывал защиту соперника, проводя уже акцентированные и жесткие удары, некоторые из которых явно потрясли Голубева, но он устоял на ногах, и рефери счета, означающего нокдаун, не открывал.
– Сейчас он его добьет, – сказал Голиков. – Наверняка уложит. Дроганов все бои до финала завершил досрочно. Видимо, и в финале так будет.
– Я бы поверил в это, – задумчиво проговорил Потапов, – если бы его соперник был какой-то пацан, перворазрядник. Но Голубев мастер спорта: сдается мне, он ловит нашего друга на удар, поскольку тот совершенно забыл о защите.
Слова Потапова подтвердились в ближайшие несколько секунд. Дроганов, зажав Голубева в угол ринга, показал обманный удар с правой, бросившись на соперника размашистым левым боковым. Однако Голубев, сделав вид, что уже ушел в защиту, вдруг молниеносно ударил правым встречным в разрез. Удар получился сильным, голова Дроганова дернулась, ноги подогнулись, и он упал на колени, упершись кулаками в пол.
– Черт, как обидно, – проговорил Голиков, – почти выигранный бой.
Рефери, отогнав Голубева в нейтральный угол ринга, открыл счет…
Валет подъехал на своих «Жигулях» к зданию, где располагался клуб «Большой ринг», и припарковал автомобиль метрах в пятидесяти от входа. Потапов, за машиной которого он следовал, уже покинул свой джип, вместе с двумя охранниками и какой-то девушкой отправился в здание клуба. Судя по всему, соревнования уже давно шли, поскольку народу около входа было немного.
Валет поудобнее расположился на сиденье и принялся ожидать. Он видел, как пожилой мужчина, водитель Потапова, отъехал от входа в здание и через несколько секунд скрылся за углом ближайшей улицы.
«Похоже, Потапов отпустил шофера, а значит, он собирается пробыть здесь долго. Интересно, – задался он вопросом, – "пиковый" уже здесь или он поджидает его в клубе? Скопление народа обле