Вновь хенге, несколько прыжков по чужим дворам и сеанс переодевания. На улицу, параллельную только что покинутой, Анко вышла как нельзя вовремя, успев заметить сворачивающего в очередной переулок Саске.
Вскоре слежка перестала казаться такой легкой. Нет, объект не демонстрировал каких-либо признаков беспокойства, по-прежнему идя неспешным прогулочным шагом. Вот только приличные кварталы с витринами магазинов, ресторанчиками, доходными домами и хоть немногочисленными, но прохожими, остались позади. Чунин брел по окраине складского района. Причем не углубляясь в него, что было весьма скверно — там, ближе к грузовой станции Танзаку, жизнь как раз таки кипела, вопреки дремоте, охватившей остальной город. Но здесь, на окраине, располагались самые неудобные помещения, вечно остающиеся пустовать, с окончанием сезона.
Проходя очередной перекресток, Анко бросила мимолетный взгляд, проверяя сжатую грязными стенами пакгаузов улочку, уже привычно ожидая увидеть спину Учихи точно в рассчитанном месте... Но пыльная мостовая была пуста.
Тихо ругнувшись, куноичи попыталась сообразить, куда же мог деться объект. Вроде свернуть тут некуда...
Первый удар она отбила с легкостью. Летящий в голову кулак не имел ни скорости, ни силы, а возникший за спиной Учиха не слишком старался сохранить тишину, похоже, считая ее обычным человеком. Это был шанс...
Саске немедленно разбил эту иллюзию — новый удар, уже поставленный на шиноби, согнул куноичи пополам, отбрасывая ее в сторону. Кубарем прокатившись, Анко вскочила, сжимая в руке кунай, не обращая внимания на боль. Но Учиха уже перемещался, оставив на прежнем месте лишь отпечатавшийся на сетчатке силуэт. Митараши развернулась следом за скользящей на краю зрения тенью, так быстро, как только могла, но все равно мучительно медленно...
Учиха мчался на нее в ореоле молний, дуги в его глазах кружили, не давая себя сосчитать — три? пять? семь? — мечи тянули свои лезвия к горлу куноичи.
«Как глупо» — промелькнула горькая мысль. Из-за спины дохнуло потусторонним холодом, чей-то взгляд уперся в затылок...
Обученное тело двигалось само, не собираясь сдаваться там, где разум отступил. Но тщетно, одного отведенного кунаем клинка мало — второй расплылся дугой, практически исчезая в стремительном ударе...
В последнее мгновение Саске шагнул назад. Лезвие прошло едва коснувшись горла, разрезав лишь воротник куртки.
— Анко?! Какого биджу?!! — разом отпрыгнув на десяток метров, мечник окатил побледневшую от пережитого куноичи потоком отборной брани, опуская клинки. — Ты рехнулась?!!
Нечто за спиной исчезло, оставив Митараши в оглушительной пустоте без мыслей...
— Т-ты...
Анко сглотнула, заикнувшись, перевела дыхание... а потом разразилась еще большим потоком брани.
— Ты меня чуть не грохнул, это я-то рехнулась?!!
— А что мне надо делать с топтунами?! Данго угостить?! У нас тут война, идиотка, а на мне трупов как блох на собаке! — Учиха орал, ничуть не скрывая своего бешенства, — Какого демона ты, вообще, за мной увязалась?!
— Не твое собачье дело, — прошипела сквозь зубы Анко, отводя взгляд.
Увы, в чем-то Учиха был прав. О том, как боевик, заметно пополнивший кладбища врага, отреагирует на обнаружение слежки, она просто не подумала. Проклятая самоуверенность.
— Не мое? Ну-ну... — что-то в голосе мечника заставило куноичи вновь взглянуть ему в глаза.
Дуги шарингана расплылись, выдавая работу Комокутэна.
Неужели нападет?! Анко напряглась, изготавливаясь к бою, но понимая, что против такого бойца шансов у нее нет.
— Чего?! Аири — шпионка?! — шаринган погас, Учиха обалдело уставился на куноичи.
Капля пота стекла по спине Митараши, обжигая холодом. Когда стало известно о способностях мангеке Саске, они с Ибики провели немало времени, пытаясь понять, как тот работает. И теперь Учиха подтверждал их выводы...
Информация об Аири не была сверхсекретной. Анко не стала бы скрывать ее до последнего, унося знание с собой в могилу. Да, она могла сообщить это Саске, задай он вопрос достаточно настойчиво.
К примеру, отрезав ей пару пальцев.
— Ну, ты и ублюдок...
Но тот лишь пожал плечами, и не думая изображать непонимание.
— Я же шиноби.
Как ни странно, теперь Учиха успокоился, мечи с едва различимым хлопком исчезли в печатях.
— Ладно, пошли.
— Куда?
— Ну, на допрос, наверно? Или как у вас, контры, заведено?
Анко помедлила секунду, но кивнула, убирая кунай в подсумок.
— Да, Морино захочет с тобой поговорить, это уж точно...
Дорога до Конохи прошла спокойно. Учиха молчал, о чем-то задумавшись. Митараши тоже не стремилась общаться, уязвленная пониманием, что в каком-то ином варианте событий Саске напластал ее на ленточки ради ответа на свой вопрос. Безнадежно проигранная схватка также не улучшала настроения.
Откровенно говоря, опускала его на самое дно.
Когда-то, выбирая разведку в качестве специализации, она, конечно, понимала, что на боевых навыках это скажется не лучшим образом. Что Учиху не зря считали гением кендзюцу тоже было очевидно. Но столь сокрушительного поражения от того, кто только-только начал обучение на джонина, Анко никак не ожидала. Вспомнилась давняя стычка в сэнто с младшим Намикадзе, когда новоиспеченный чунин оставил ее с носом. Теперь его дружок чуть не перерезал ей горло. Неужели она настолько никчемна? Да что там бой. Даже слежку, едва ли не главное в своей работе, умудрилась запороть, спалившись чунину.
Перед Морино Ибики Анко предстала мрачнее тучи.
— Докладывай.
Удивляться появлению на пороге своего кабинета куноичи в компании с Учихой глава контрразведки и не подумал. Саске препроводили в допросную — не один из казематов, в изобилии имевшихся под зданием администрации Конохи, а обычную комнату.
Сухо и четко Митараши доложила о произошедшем, не пытаясь что-либо скрыть или умолчать. Ибики не проведешь — вцепится как клещ и все равно вытянет правду. Проще уж сразу рассказать, как облажалась и пойти заливать горе саке. И заедать данго.
Да, саке и данго это именно то, что ей сейчас нужно.
Однако мечты Анко были безжалостно разбиты ее начальником. Внимательно и не перебивая выслушав подчиненную, Морино неожиданно приказал:
— Так, берешь людей, возвращаетесь в Танзаку. Обыщите каждый угол на маршруте Учихи.
— Зачем? — брякнула Анко, удостоившись в ответ весьма уничижительного взгляда.
— А ну встряхнулась!
Неожиданный окрик заставил куноичи встрепенуться.
— Есть!
— Мог Саске тебя заметить без шарингана?
— Вряд ли... — качнула головой Анко, еще не понимая, куда ведет Ибики.
— А как думаешь, Учихи, прогуливаясь по городу в увольнении, часто шаринганом окрестности рассматривают?
— Учитывая, сколько он жрет чакры...
И тут куноичи осенило: Саске не случайно ее обнаружил. Он ждал или опасался слежки.
— Там что-то есть! — выпалила она, получив в ответ одобрительный кивок.
— Догадалась, наконец-то. Обыщите все. А я его тут пока заболтаю.
Кивнув, забывшая о своей меланхолии Митараши вылетела из кабинета.
***
«Женщины. Все проблемы от женщин».
Закинув ноги на стол, Ульгрим качался на стуле, меланхолично разглядывая беленый потолок допросной.
Стол, два стула, запертая дверь, да лампочка, упрятанная в решетчатый плафон — вот и все убранство комнаты, куда его препроводили. Отличная обстановка, чтобы обдумать случившееся.
Неожиданное амплуа Аири оказалось пренеприятным сюрпризом, посадив ему на хвост Анко именно в тот момент, когда он собирался забрать из тайника очередной яд, который отстаивался там еще с прошлой недели. А ведь идея найти содержанку как раз таки имела целью избавить его от кучи проблем, идущих рука об руку с отношениями в столь небольшом сообществе, как шиноби Конохи. Лучше бы он приударил за кем-нибудь из сверстниц — бесконечные сплетни и глупая романтика куда меньшее зло, чем интерес контрразведки. Теперь же оставалось надеяться, что он достаточно далеко увел свою преследовательницу от тайника.
Преследовательницу...
«Почему ты следила за мной?!»
«Да пошел ты!»
Всполох меча, кровь...
«Отвечай!»
— Да чтоб тебя... — тихо пробурчал мечник под нос.
Идея использовать Комокутэн для полевых допросов принадлежала Варкастеру, но не сказать чтобы Ульгрим сильно возражал. В самом деле, ведь все происходит лишь в видении шарингана — ничего страшного, если он представит, что выбивает ответы из кого-нибудь... Столкновение с Анко предоставило отличную возможность проверить теорию.
Он забыл только об одной вещи — абсолютной визуальной памяти шарингана. Раз увидев что-то активным додзюцу, изгнать образ уже невозможно. Хотя «забыл» — не совсем верно. Скорее «не придал значения». Память грандмастера хранила многое, что иначе как «ужас» не назвали бы и самые прожженные шиноби. Ульгрима не трогала гибель врагов — на то они и враги, чтобы умирать. Он отмахнулся от смертей соратников, увиденных в неудачных попытках въехать в Ивагакуре — случалось подобное и в реальности, а это всего лишь видения. Также легко должны были даться и пытки. Не первый раз ведь, далеко не первый...
Но выяснилось, что нарезать на кусочки знакомую и симпатичную тебе куноичи ради ответа на простой вопрос, это не выбивать план укреплений из захваченного в рейде культиста. Анко оказалась крепким шиноби и не собиралась расставаться со знанием так просто. И теперь без малого два десятка экзекуций останутся с ним навсегда, во всех подробностях, напоминая о... Да предательстве, по сути.
Ульгрим снова тихо выругался.
Пусть это было лишь видение, но для Комокутэна оно не отличалось от реальности. Человек сам себе самый страшный судья. Сегодня он перешел грань, которую переступать не стоило. И ради чего? Не спасения Варкастера, себя или Конохи, а просто из опасения, что раскроют его навыки отравителя. Далеко не вопрос жизни и смерти, если задуматься.