— Кого? — недоуменно вздернул бровь Ульгрим, — Не знаю никого с таким прозвищем.
— Это не прозвище. Я про обычного торговца зеленью. Здесь, на рынке Конохи.
Ибики ухмыльнулся, наблюдая растерянность мечника.
— Ты ждал чего-то более масштабного? Да, началом расследования послужил обычный базарный торгаш. Единственное, чем он примечателен, так это тем, что именно у него отоваривается Кушина-сан. Она-то и заметила кое-что подозрительное — каждый раз после ее покупки, тот что-то записывал в тетрадочку. И не делал подобного, обслужив других клиентов. Так как речь шла не о ком-нибудь, а о джинчурики, вдобавок супруге хокаге, мы решили проверить. Не буду утомлять тебя подробностями расследования, в результате выяснилось, что записывает он время и список покупок Кушины-сан.
— Э-э-э... И что? — слушая Ибики, Ульгрим впадал во все большее недоумение.
— Что, по-твоему, слежка? То, что проделала с тобой Анко?
— Ну, как-то так...
Ибики хмыкнул:
— А если следить надо было не за рядовым шиноби своей деревни, а за хокаге вражеской? Долго Анко протянула бы на такой миссии?
— Да она даже в деревню бы не вошла, — пробормотал Ульгрим, вспоминая, как они пробирались в Ивагакуре.
— Именно так. Поэтому, для начала, никаких шиноби. Слежка ведется неодаренными.
— Сенсоры...
— Да. В любой какурезато есть сенсоры. Где-то больше, как у нас, где-то меньше, как в Иве. Но рассчитывать, что диверсант сможет долго скрываться во вражеском городе, не приходится. Рано или поздно даже лучшие ошибутся. Часы, дни — может быть. Недели и месяцы — точно нет. Но ведь надо не просто скрываться, а вести наблюдение за объектом. Потому это работа неодаренных и только неодаренных. Шиноби-разведчики плетут свою паутину издалека, зачастую ни разу не видя в глаза целей.
— Хорошо, про неодаренных понятно. Но кому нужен список покупок в продуктовой лавке?
Растерянность прошла, Ульгрим внимательно слушал рассказ. В Академии им, разумеется, преподавали основы разведки. Определенный опыт еще по жизни в Каирне у него также имелся. Но то все относилось к войсковой разведке, диверсиям: проникнуть; взорвать; украсть документы. Вошли — вышли. Максимум: выследили — убили. Здесь же речь шла о совершенно иных вещах. Полностью погруженный в мир шиноби, он даже не задумывался, как обычные люди могут на тот влиять.
Меж тем, Морино продолжал:
— Со слежкой во вражеской какурезато разобрались, перейдем к целям — джинчурики и хокаге. Разумеется, у таких персон есть охрана. Особенно, если идет война. Ходить по пятам за объектом получится недолго. В телохранители берут лучших, и хвост они спалят очень быстро. Собственно, именно это и является первостепенной задачей охраны. Каге или джинчурики не особенно нуждаются в силовой поддержке. Главное, вовремя заметить угрозу и поднять тревогу, не дав застать их врасплох. И здесь в дело вступают привычки.
— Привычки?..
— Привычки. Шиноби тоже люди. У них есть предпочтения. Распорядок дня. Они ходят в одни и те же магазины, по одним и тем же улицам. У них есть определенный набор точек интереса в городе и круг общения. Зеленщик записал, когда и что купила джинчурики, кто-то другой — когда она дошла до дома. Это время на дорогу, намекающее на маршрут. Количество продуктов может подсказать: ждет ли она, что сегодня сын придет домой, или тот опять останется в лаборатории. Каждый такой шпион не совершает ничего подозрительного. Просто занимается своим делом, иногда записывая, что видит. Но стоит свести воедино информацию из разных источников и можно получить очень многое: расписание всех членов семьи, маршруты передвижения по городу, признаки подготовки к миссиям, круг интересов...
— Как-то это все не очень надежно, — неуверенно ответил Ульгрим, пытаясь примерить сказанное на себя.
Неужели он так же предсказуем? По всему получалось, что да. Лаборатория некроманта — полигоны — дом. Пара любимых ресторанчиков и магазинов. С недавних пор подземный комплекс, в котором проходило обучение по джонинскому курсу. Еще Танзаку, где его путь напрямую лежал к дому Аири... Не так уже много маршрутов, если вдуматься. Но сколько же нужно человек, чтобы составить такую сеть?
Последнюю мысль он высказал вслух.
— Десятки, может, сотня. Что до надежности, то она обеспечивается количеством информации — такое наблюдение ведется месяцами. Есть также специальные методики для обработки данных. Уж поверь мне, результат получается вполне приемлемый, чтобы спланировать, к примеру, убийство, выбрав хорошее время и место. Вот тогда и приходит пора таких, как ты. Вошли, вышли — позади только трупы.
— Как в Иве...
— Как в Иве, — кивнул Ибики. — У нас такими вещами занимается Джирая. Информация о заводе ручных пушек — его заслуга.
— Но, если речь идет о десятках людей, как можно не заметить их вербовки? Не все же они приезжие?
— Ты хоть представляешь, сколько народа живет в Конохе? — вопросом на вопрос ответил Морино. — Шиноби у нас тысяч десять — одиннадцать, это если считать вообще всех, включая младенцев. И на каждого приходится около дюжины неодаренных, которые пекут хлеб, метут улицы или штампуют сюрикены. Для производств нужны ресурсы, не говоря уж о еде для всей этой толпы — ежедневно в город привозят сотни тонн товаров. Это уже армия приезжих, которые могут меняться чуть ли не еженедельно. Полностью отследить подноготную каждого нереально, как нереально и проследить всю биографию каждого жителя Конохи. Что до вербовки... Стартовая цена миссии С-ранга, кажущаяся ерундой нам с тобой, составляет годовой доход среднего достатка горожанина. Не так уж сложно найти тех, кто согласится за такие деньги на сущую мелочь — записывать иногда то, что видят. Тем более что далеко не все любят или уважают шиноби, пусть и подъедая крошки с нашего стола.
— Ладно, идею я понял, — почесал в затылке Ульгрим. — Что происходит сейчас?
— Хорошо, — кивнул Морино. — Семью хокаге обложили основательно. Удалось отследить два уровня сети — непосредственно наблюдатели и сборщики, забирающие у них данные. Аири — первая, кого нам удалось найти из третьего уровня — координатор. Сложность в том, что неизвестно, сколько всего есть слоев. Она может как знать организатора, так и нет. Также нам неизвестно, насколько сеть сегментирована — удалось найти пять сборщиков, ничего не знающих друг о друге. Почему бы не быть еще одному координатору, со своей собственной вертикалью подчиненных, о котором Аири не в курсе?
— Поэтому еще и не убрали всех?
— Да — нет уверенности, что это решит проблему. Да и развернуть новую сеть лишь вопрос времени. Бить надо по организатору.
— Поэтому вы так вцепились в Комокутэн...
— Именно. Буду откровенен: я не верю, что ты имеешь хоть какое-то отношение к этой слежке. Это типичная паутина чьей-то разведки. Окажись ты шпионом, она была бы просто не нужна — предатель, вхожий в дом хокаге, неизмеримо полезнее и ценнее. Потому я тут с тобой и откровенничаю. Если ты сможешь допросить Аири так, чтобы она об этом даже не догадалась...
Ульгрим в задумчивости покачал головой, но уже не ставя под сомнение слова Ибики, а прикидывая, как реализовать такую задачу. К демонам моральные терзания — тех, кто угрожает Варкастеру и его семье, он покрошит в фарш без малейших колебаний.
— А почему не использовать Яманака? — вдруг осенило мечника. — Тем более что тот же Иноичи проходит по вашему ведомству.
— Потому что Аири не шиноби, — покачал головой Морино, — я не открою больших подробностей — Иноичи нравится откровенничать о своих способностях не больше, чем тебе — но быстро память обычного человека не прочитать, не говоря уж о том, чтобы изменить. Что-то, связанное с упорядоченностью мышления — разум шиноби сложно взломать, но легче читать. С обычными людьми наоборот — проникнуть в него для Яманака не проблема, но вот найти нужное... Допросить Аири и вернуть на место так, чтобы она ничего не заметила, не выйдет.
Установилось молчание. Морино, сказав все, что счел нужным, откинулся на стуле и, скрестив на груди руки, ожидал ответа мечника. Ульгрим же пытался придумать, как извернуться с допросом Аири. Все упиралось в то, что ему нужно будет видеть лицо девушки. Она, таким образом, не сможет не заметить шаринган. К чему это может ее подтолкнуть?
А если... Мечник вспомнил кое-что из сексуальных практик, специфичных для этого мира. Повязка на глазах будет вполне уместна в подобном случае. Конечно, раньше он таких наклонностей не демонстрировал, но вряд ли его желание разнообразить постельные игры спугнет шпионку.
— Так, есть идея, как это провернуть.
— Выкладывай... — подался вперед Ибики.
Когда, наконец, Ульгрим покинул отдел контрразведки, время уже приближалось к закату. Оставив за спиной тройку башен, образующих комплекс администрации Конохи, он, не торопясь, побрел по улицам, обдумывая все сказанное и услышанное в допросной комнате.
Обрисованная угроза беспокоила. Хотя Морино и не озвучил этого, настоящими целями слежки должны были являться или Варкастер, или Юи. Расписание хокаге и джинчурики слишком уж непредсказуемо. Да и как убийца, Ульгрим отлично понимал сложность нападения на такие цели. А вот выкрасть детей, чтобы оказать давление на их родителей... Жестоко, но действенно. Ну, что же, он поможет, чем сможет. Воспоминания об экспресс-допросе любовницы станут не самой большой платой за спасение Юи, не говоря уж о некроманте.
Впрочем, за мага Ульгрим не особенно опасался. Скорость мышления Чистого разума архимага, в сочетании с его же отмороженностью, делала неожиданное нападение на Варкастера бесперспективным мероприятием. Маг переходил из состояния полного покоя в боевую готовность быстрее, чем Ульгрим выхватывал меч. А уж мысль, что некроманта смогут запихнуть в мешок и уволочь, ничего, кроме смеха, не вызывала.
Так, ухмыляясь, мечник и дошел до рынка. Нет, не чтобы поглядеть вживую на того самого зеленщика. Ульгрима вел банальный голод — ел он в последний раз еще у Аири, а на рынке имелся отличный ресторанчик Акимичи.