— Спасибо за заботу, Хирано-сан, — джонин благодарно кивнул.
Мию еще провожала его взглядом, когда молчавший до того Нара спросил:
— Наруто, а чем это ты чуть не прибил эту... хм... куноичи?
— Стрелой рока.
Только сейчас ирьенин обратила внимание на разрушения, оставленные последней атакой блондина. И не смогла сдержать изумленного вздоха.
Полигон пересекала полоса перепаханной земли, упирающаяся в каменный монолит-уловитель техник. Но с ударом Намикадзе тот справился не лучше мокрой бумаги, практически исчезнув, ничуть не мешая разглядывать просеку, уходящую в лес на десятки метров.
— Кажется, нам пора подыскивать новый полигон. Побольше, — почесал в затылке Нара.
***
Юна медленно одевалась, стараясь не обращать внимания на ноющую боль под правыми ребрами. Как обычно, ирьенин не залечил повреждения до конца, оставляя немного работы собственной регенерации шиноби. В назидание, как говорится. Ну и биджу с ним.
Сознание полного провала ныло куда хуже отбитой печени.
Она пахала как проклятая, развивая и оттачивая свои навыки. Создала новую технику. Никак не ниже А-ранга! Охмурила Итачи, чтобы заполучить лучшего из возможных учителей, прошла путь от одного до трех томое шарингана и добилась...
«Ну, ты должна ему новую одежду» — как ехидно ответила на вопрос о состоянии Наруто откровенно недолюбливающая ее Тентен.
Куница был прав, когда утверждал, что ей не справиться в бою с Намикадзе. Прав трижды и четырежды, какие бы цели ни преследовал.
Одевшись, Юна подошла к зеркалу и, критически оценив представленный вид, принялась расплетать косу — прическа была далека от совершенства после всего случившегося.
В смотровой она находилась одна. Дежурный ирьенин уже закончил работу, оставив не нуждающуюся в госпитализации пациентку приводить себя в порядок. Соратники, сдав ее на руки лекарям, также убрались во главе с мрачным Гаем. Никто не мешал размышлениям куноичи.
Одно хорошо в провале. Так как проклятый Намикадзе даже не стал обращаться в больницу, никаких последствий для нее не будет. На несчастные случаи на тренировках всегда смотрели сквозь пальцы — не разбив яиц не приготовишь омлет; без риска не сможешь развиваться как шиноби. Никто не станет копаться в инциденте без пострадавших. Ну а бесконечные нотации Гая, десяток жестких спаррингов и очередные идиотские тренировки на выносливость она как-нибудь переживет. Не впервой. Наплевать и растереть. В конце концов, она и Неджи уже чунины, а значит, джонину недолго осталось руководить командой. Да и даже будь ее отношения с наставником идеальны, уступи он, наконец, уговорам обучить технике Восьми врат не только Ли, но и ее, куноичи уже не верила, что та позволит убить младшего Намикадзе. О старшем и говорить не приходилось.
Так что же, остался только тот путь, что предложил ей неизвестный в маске АНБУ?
Хлопнув дверью, Юна покинула смотровую. Никто ее, к счастью, не поджидал. Спокойно пройдя путаницей больничных коридоров, спустя пару минут погруженная в размышления куноичи покинула госпиталь. Она уже шагнула за ворота, когда раздался оклик:
— Юна!
Резко обернувшись, Учиха тут же расслабилась, выдавив из себя даже слабую улыбку.
— Рюйки... Привет.
— Привет...
С грустью куноичи разглядывала соратника по первой команде. Веселый здоровяк, всегда имевший наготове задорную шуточку и неисчерпаемый запас оптимизма, куда-то исчез. Широкие плечи горбились, словно неся на себе тяжкий груз. Черты лица неуловимым образом изменились, ее ровесник сейчас казался на десяток лет старше. Показалось, или в заплетенной в косу гриве алых волос мелькнули седые нити?
— Ты как? — наконец, выдавила из себя Юна.
— Ну... как... жду формирования команды. Очередной, — бледно улыбнулся шиноби. — Буду теперь обретаться в компании Ино и Хинаты. Четвертого еще подбирают, но мы договорились уже начинать понемногу тренировки.
Узумаки помолчал, потом глухо добавил:
— Надеюсь, с ними все сложится удачнее.
— Наверняка! — как можно убедительней постаралась заверить Юна.
Рюйки не повезло. Новая команда, в которую его определили после распада одиннадцатой, просуществовала недолго — диверсанты не то Ивы, не то Кумо добрались до гарнизона, охранявшего одно из предприятий Конохи. Только легендарная живучесть Узумаки позволила шиноби перенести то отравление, что свело в могилы его соратников.
— Есть новости о деде?
— Никаких... Хината с Ино тоже все ждут свою наставницу, она была в команде с дедом. Все еще на что-то надеются. Наверно, надо уже признать, что... — он замолчал и махнул рукой, меняя тему, — Заходил навестить наших, видел свежий фимиам на могилах. Ты?..
— Да, была там вчера, — кивнула Юна.
А еще позавчера и вообще каждый день, когда только предоставлялась возможность, с тех самых пор как...
Рюйки молча, с благодарностью, кивнул. Снова повисла неловкая тишина. Лихорадочно пытаясь сообразить, как продолжить разговор, Учиха неожиданно поняла, что с былым соратником ее связывает удивительно мало общих тем. Мертвые друзья, ремесло шиноби, да и все, пожалуй.
— Ладно, мне пора, — Узумаки, похоже, посетили сходные мысли, — рад был увидеться.
— Да, до встречи.
Проводив шиноби взглядом, куноичи на мгновение задумалась, а потом двинулась в противоположную сторону. На кладбище.
Место упокоения воинов Конохи, как всегда, встречало тишиной. Среди торчащих из земли каменных плит виднелось лишь несколько фигур таких же, как она, посетителей, пришедших навестить лежащую под камнями частичку себя.
Сегодня Юна решила зайти и к Чоджи с Асумой. Видимо, кто-то достаточно часто посещал их могилы, оставляя приношения, чтобы Рюйки обманулся. Сама она к Акимичи и Сарутоби давненько не заглядывала, и теперь невольно устыдилась этого. Однако планы пошли прахом — у знакомых камней уже обреталась фигура, в которой Учиха легко опознала Шикамару. Видеться с соратником младшего Намикадзе ей совсем не хотелось, так что, свернув в сторону, она двинулась привычным маршрутом. Туда, где обычно хоронили бесклановых генинов.
Хорошо знакомая могила терпеливо дожидалась Учиху. Руки сами собой занялись обычной работой — смахнуть метелочкой несуществующую пыль с камня, убрать старые подношения, расставить новые, зажечь благовония...
Смола курилась, овевая ароматным дымом простую, безо всяких украшений, могильную плиту. «Соши Кимура», даты жизни — вот и все, что выплюнула равнодушная машина Конохи, прожевав бескланового сироту. Машина, управляемая твердой рукой Намикадзе.
Обычно посещение кладбища приносило Юне облегчение, словно воспоминания о лучшем человеке, которого она знала, снимали некий груз с души. Но сегодня слова Куницы гвоздем сидели в голове, не позволяя думать ни о чем другом. Неужели у нее нет иного способа воздать по заслугам Намикадзе?
— Соши умер? — раздавшийся за спиной голос едва не заставил куноичи вздрогнуть. Погруженная в свои мысли, она умудрилась не заметить подошедшего.
Юна обернулась, мгновенно сгоняя с лица гримасу злости, натягивая маску формальной любезности, кажущуюся ей самой насквозь фальшивой.
— Да.
— Мои соболезнования, — Шикамару слегка поклонился.
— Спасибо.
— Что же произошло, если не секрет? Он же... — Нара замялся, — работал в госпитале и вряд ли мог покинуть его.
— Погиб на службе — так было написано в похоронке, — сухо ответила Учиха, — подробности требуют допуска второй категории.
Или брата в АНБУ. Иногда Юна жалела, что ей удалось уговорить Шисуи выяснить для нее правду.
— Передай Наруто мои извинения, пожалуйста, — сменила она тему. — Сама не знаю, что на меня нашло. Он не пострадал?
— Нет, ничего страшного, — Шикамару криво улыбнулся. — Иногда, глядя на Наруто, я с трудом верю, что он вообще уязвим.
— Неуязвимых нет... Ладно, мне пора. До встречи.
— До встречи.
Юна шагала быстро, не замечая сверлящего спину взгляда теневика. Всё, решение принято. Спасибо тебе, Шикамару. И тебе спасибо, хокаге, за выданный совсем недавно чунинский жилет, открывающий дорогу в Танзаку, избавляя от необходимости светиться на телеграфном узле Конохи. До вечера еще достаточно времени. Она успеет отправить сообщение.
Враг твоего врага — твой друг.
Глава тридцатая
Так? Нет, не получается. А если здесь? Тоже перекрыто. Хорошо сделано. Интересно, кто это так постарался, джинчурики девятихвостого или сам йондайме? Похоже, на пару сработали. И когда только успели.
Втянув обратно в тело нити щупов, которыми исследовал подвал, Зетсу задумался. И без того слабая надежда, что занятый войной хокаге не озаботится защитой своего дома от вторжения из-под земли, окончательно развеялась. Фуин оплетали каждый камень фундамента, только и дожидаясь момента поднять тревогу, взорваться или устроить еще какую-нибудь пакость. Больше всего настораживали странные знаки, в которых можно было угадать черты методов запечатывания чакры. Зетсу подозревал, что знает об их содержимом. Второй раз гореть в пламени девятихвостого не было ни малейшего желания.
Не пора ли отступить и согласиться с ничьей в этом раунде? Жаль, конечно, если операция по созданию разведывательной сети закончится ничем, но хотя бы агент успел предупредить его. Явиться к шпионке за очередным докладом и нарваться на засаду хокаге, было бы весьма досадно.
Так может удовлетвориться утешительным призом? Попавшейся на крючок того же агента куноичи клана Учиха в его плане всегда найдется место. Выступив в роли одного из каналов, по которым Куница отправил ему предупреждения, она надежно увязла в ловушке. Никуда теперь не денется.
Или все-таки рискнуть? Широко раскинувшаяся паутина чувствительных к вибрации нитей нашла, похоже, всех телохранителей. Шесть человек прятались на территории сада, две тройки АНБУ. Выявив их за первый час наблюдения, за последующий он не обнаружил больше никого. В принципе, имелись шансы прикончить их одновременно, даже не подняв тревогу. Не гарантированные, но неплохие. С другой стороны, раскрывать свои возможности не хотелось. За столетия он привык работать из-за кулис, чужими руками. Хороший, надежный подход, минимизирующий риски, что критически важно в столь ответственном деле, как возрождение Матери.