Долго ждать не пришлось. Сложная комбинация выпадов и финтов, завершающаяся внезапным ударом ногой в бедро, и вот, используя тело противника как трамплин, мечник взвивается в длинном прыжке в сторону вожделенного флага. Сила толчка чудовищна — несмотря на вес брони, Хирузен кубарем летит на пол.
То, что надо. Хлопок ладонью по камню, и давно ждущая своего часа, техника вырывается на волю, накрывая сразу весь полигон.
Тьма исчезает мгновенно — Учихе уже не до поддержания пелены, не особенно-то мешавшей Хирузену. Печати в браслетах срабатывают с умопомрачительной скоростью, заменяя стальной меч на бокен. Миг, и деревяшка летит вниз, вонзаясь по самую цубу в ставший жидким камень. Изогнувшись в воздухе немыслимым образом, Саске как кот приземляется на кончик торчащей из пола рукояти и немедленно взвивается в новом прыжке, уходя на спасительную стену. Сарутоби пытается придать ему дополнительного ускорения парочкой техник, но мечник успешно отбивается кунаями.
Одобрительно хмыкнув, Хирузен запустил новое ниндзюцу. Акробатические этюды это, конечно, недурно, но он хотел увидеть совсем другое.
Эта атака радикально отличалась от предыдущих. Если все, что старый каге демонстрировал раньше, могли повторить многие, пусть и не с такой небрежностью, подобные техники были уже уделом тех, кого природа одарила запасом чакры, достойным заветной литеры «S».
Увернуться у Саске не было шансов. Никакой Комокутэн не поможет в ситуации, когда выхода просто нет. В замкнутом пространстве уже не кажущегося большим полигона бушевал шторм. Потоки воды, созданной Хирузеном из своей чакры, мигом смыли мечника, едва успевшего утвердиться на стене. Старый шиноби замер в центре воронки водоворота, глядя, как стихия колошматит свою жертву о стены и потолок.
Ну, показывай уже...
И Учиха показал. Правда, совсем не то, что ожидал Хирузен.
Вообще-то, порождаемые чакрой стихии подчиняются несколько иным законам, чем их естественные аналоги. Тем не менее и сходство между ними более чем существенно. Вот и созданная из чакры вода вела себя как ее природный прототип, отлично проводя молнии райтона.
Привычка полагаться в первую очередь на мечи многих заставляла забывать, сколько же чакры у Саске. И хотя Хирузен об этом прекрасно помнил, стихийная атака от мечника была не тем, к чему он готовился. А тот превзошел сам себя, запустив по воде разряд на добрую четверть своего запаса, показывая, что прекрасно усвоил лекции самого Хирузена. Экзаменатору не оставалось ничего иного, кроме как погасить собственную технику, спасаясь от удара.
А дальше... дальше Сарутоби захотелось выругаться от восхищения. Вот она, сила шарингана, пусть и выразившаяся не так, как он того хотел.
Учиха знал, знал абсолютно точно, где освободит его из своих тисков вода, и падал теперь прямо на красный флаг. Свистнул кунай, перерубая древко... И вновь полигон накрыла тьма, не давая Хирузену прицелить свои техники. Конечно же, он все равно запустил вслепую волну низкоранговых атак, впрочем, не веря, что те остановят прыткого мечника.
На этот раз тьма продержалась совсем недолго, ровно столько, чтобы Сарутоби успел впустую использовать Сферу контроля. А прозрев, он, наконец, увидел то, чего добивался от экзаменуемого все это время.
Сусаноо оказался не так высок, как помнил третий хокаге. Не то шаринган Саске еще не вошел в полную силу, не то память поистерлась за прошедшие десятилетия. Сотканный из фиолетовых сполохов скелет прятал Учиху в своем торсе, в котором практически не оставалось свободного места. Внимательный взгляд Хирузена обежал технику, оценивая прогресс носителя мангеке.
Тот явно не терял время зря. Хотя до полностью законченной фигуры было еще далеко, скелет уже уверенно держался на ногах, а не парил в воздухе. Начали оформляться детали доспеха и оружие. Хирузен озадаченно нахмурился, разглядывая странный, короткий и прямой клинок в правой руке Сусаноо и полотнище на левой. Неужели щит?
А потом сквозь дымку защиты Сарутоби заметил печати, складываемые Учихой одной лишь правой рукой, и все вопросы мигом вылетели у него из головы. Ладони каге взметнулись, пальцы замелькали, подготавливая собственную технику... и замерли, не доведя дело до конца.
Нет. Это всего лишь экзамен. Бить в Учиху Дыханием Кагуцути будет уже чересчур. Сам виноват в поражении старик, сам заигрался, желая вновь поглазеть на легендарный Сусаноо.
Ухмылку Саске было отлично видно даже сквозь технику. Он прекрасно осознавал, что в условиях экзамена такую защиту смело можно приравнивать к неуязвимости, и теперь спокойно заканчивал длинную серию печатей, сжимая в левой руке заветный флаг. Еще пара секунд, и с оглушительным грохотом скелет исчез, оставив Хирузена в задумчивости созерцать пустой полигон.
— М-да... совсем старый стал, — пожаловался стенам Третий.
Вообще-то, победа экзаменуемого не предполагалась. Финальное испытание обычно служило этаким щелчком по носу, призванным сбить возможную спесь с новеньких джонинов. Отправься Учиха к выходу с полигона нормальным путем, пусть даже под защитой Сусаноо, старый шиноби уж как-нибудь того задержал. А там прожорливость шарингана решила бы исход схватки. Но мечник, предусмотрительно не распространяясь о своем владении Хирайшином, спутал Хирузену все карты.
Саске вернулся меньше чем через минуту, видимо, оставил маяк неподалеку. Прищурившись, Сарутоби внимательно оглядел выходящего из коридора испытуемого, беспечно помахивающего флагом. Нет, схватка определенно не далась тому легко. Заметные опытному глазу, некоторые мелочи в движениях выдавали плещущуюся на самом донышке чакру. А вот физической усталости в мечнике не наблюдалось.
Удовлетворенно кивнув, Третий мысленно поставил еще один плюсик экзаменуемому. Тот выложился до конца, но не приблизился к грани чакроистощения, продемонстрировав способность четко рассчитывать и эффективно тратить свои силы.
— Сарутоби-сама, прошу, ваш флаг, — не особенно пытаясь скрыть иронию, Учиха поклонился, протягивая Хирузену мокрую тряпку.
— Можешь оставить себе на память, — не остался тот в долгу.
— Благодарю. Итак, могу ли я поинтересоваться результатами экзамена?
— Хм... результаты... — заложив руки за спину, Хирузен принялся расхаживать из стороны в сторону, — Ну, недурно, недурно...
Он остановился, демонстративно смерив взглядом с интересом наблюдающего за ним Учиху.
— Хорошо. Ну, ладно — отлично, — Хирузен, наконец, улыбнулся, вполне искренне. — Молодец, порадовал старика, порадовал. Приятно видеть, что на смену тебе приходят достойные.
— Спасибо, — Саске вновь поклонился, уже без всякой иронии.
Поколебавшись, Сарутоби все же подавил желание помотать нервы свежеиспеченному джонину вдохновенной речью о Воле огня.
— Пошли, — махнул он вместо этого рукой, направляясь к выходу, — добудем тебе джонинский жилет, чтобы было на что заманивать юных куноичи на той пьянке, которую ты закатишь в честь победы над старым мной.
— Мне нравится ход ваших мыслей, Сарутоби-сама, — отозвался Учиха, пристраиваясь рядом, — в той части, что касается куноичи и пьянки. Не желаете присоединиться?
— Заманчиво, заманчиво... Но, пожалуй, воздержусь. Не подобает почтенному главе клана по кабакам шляться. Увы.
***
— Повтори, — толкнула Мию бокал по дереву столешницы, потемневшему от времени.
— Прошу... — перед куноичи мгновенно, словно призванная, образовалась новая порция сётю. Она сидела за стойкой уже достаточно долго, чтобы бармен предугадал заказ, подготовив лед и фрукты заранее.
Благодарно кивнув, Хирано пригубила напиток, тут же поморщившись. Не из-за вкуса, а из-за раздавшегося от столов переливчатого, на два звонких голоска, смеха. Хмуро покосившись в ту сторону, Мию убедилась, что за последние пять минут ситуация ничуть не изменилась. Пара куноичи все так же липла к Саске, всячески демонстрируя удовольствие от общества столь славного шиноби. Вполне вероятно, что даже искренне — Учиха умел быть обаятельным. Ну а намеки парочки на готовность продолжить общение в иной плоскости распознать, наверно, смог бы даже Наруто.
Начавшаяся как посиделки для своих, встреча незаметно переросла в масштабную пьянку. Откуда-то появились многочисленные смутно знакомые, или даже совсем незнакомые шиноби, желающие поздравить Саске и Наруто с получением джонинских жилетов. Кто-то уходил, кто-то приходил, кто-то задерживался пропустить стаканчик-другой... Акимичи, хозяин заведения, довольно щурился, выглядывая иногда с кухни, подсчитывая в уме барыши. В результате еще до полуночи в небольшом ресторанчике не осталось простых людей, зал оккупировало десятка два шиноби, разделившихся на группки по интересам. Основными центрами притяжения стали Ино — вокруг красавицы собрался дежурный хоровод поклонников — и Саске, борьба за которого сейчас выходила на финишную прямую — от пятка крутившихся изначально вокруг мечника куноичи осталось лишь две фаворитки. Судя по хитрому прищуру Учихи, тот раздумывал над тем, чтобы отдать приз сразу обеим претенденткам.
Мию залпом допила сётю.
— Повтори.
Бездумно глядя на игру осколков льда в стакане, ирьенин тяжело вздохнула. Учиха ей ничего не должен, никогда не давал никаких намеков или обещаний. Имеет полное право заигрывать с кем хочет. Ревность, вдруг пробудившаяся, неожиданно даже для самой Мию, исключительно ее собственная проблема. В конце концов никто не мешает присоединиться к охоте. Вот только что-то удерживало ее от такого шага. Страх? Неуверенность? Какое-то иное чувство?
Хирано вновь вздохнула, мысленно проклиная свое мастерство. Все эти смутные сомнения отлично убились бы алкоголем. Вот только улучшенная ирьенинская печень очищала кровь так быстро, что даже весьма крепкий сётю толком не пробирал.
По правде сказать, Мию была полностью, отвратительно трезва. И потому сидела в одиночестве за стойкой бара, не находя в себе решимости пойти в атаку, отбить Саске у других куноичи.