Несколько минут прошли в тишине. А потом покой подземного зала нарушился хлюпаньем и треском. Кости выложенных перед некромантом тел выворачивались из суставов, плоть облезала с них студенистой массой и устремлялась медленными потоками туда, где лежало тело, выбранное основой.
В глубине скалы хокаге некромант творил себе новое оружие.
Глава двенадцатая
Страна Воды оправдывала свое название в полной мере. Дожди шли все двое суток, что их корабль пробирался меж бесчисленных островков, рифов и отмелей, окружавших Такесима, крупнейший остров архипелага. Вода прекращала литься с неба только в краткие предрассветные часы, да и то, лишь для того, чтобы уступить место непроглядному туману. Густой, словно вата, тот окутывал одеялом их судно, скрывая окружающие островки, позволяя пассажирам лишь угадывать смутные очертания проплывающих мимо скал.
Рассмотреть природные красоты седьмой команде удавалось лишь в тот непродолжительный момент времени после рассвета, когда туман уже рассеялся, а дождь еще не начался. А посмотреть было на что. Отвесные гранитные утесы причудливыми уступами вздымались из темно-синего моря по обоим бортам корабля. Их вершины скрывались в густой зеленой шапке девственных лесов, что были прибежищем тысяч и тысяч яркоперых птиц. Сотни звонких ручьев срывались водопадами со скал, сияя в свете ненадолго выглянувшего солнца, рождая десятки красочных радуг.
Словно искусный художник, природа рисовала для восхищенных пассажиров парохода существующую краткий миг картину, красками в которой были серый гранит скал, синева прозрачных вод, зелень лесов, голоса птиц и водопадов. А убедившись, что люди замерли в восхищении, пораженные творением, природа коварно скрывала его, вновь пряча яркость красок в серой пелене дождя.
Хотя Мию еще и шага не успела пройти по земле этой страны, но та уже ей определенно нравилась. С трудом верилось, что среди этих красот зародилось то, что на континенте прозвали Кровавым Туманом.
Долгое время Деревня-скрытая-в-Тумане славилась на весь мир как самая одиозная и жестокая какурезато. Жесткая кастовая система. Безжалостный диктат каге. Кровавая система отбраковки шиноби. Киригакуре во множестве порождала беженцев и нукенинов, что разносили вести о творящемся за стенами скрытого селения по миру. Многие годы встреча с воинами Кири была наихудшим, что могло случиться с рядовым шиноби.
Но это время минуло. В результате кровопролитной гражданской войны, у руля бывшего Кровавого Тумана встала новая мизукаге — Теруми Мей. При ней внешняя и внутренняя политика Кири резко изменились. Смягчились заведенные в деревне порядки. Ушли в прошлое кровавые экзамены в академии шиноби. Занятая в первую очередь наведением внутреннего порядка в сильно ослабевшей деревне, на внешнеполитической арене мизукаге провозглашала принципы открытости и дипломатии, подчеркнуто открещиваясь от действий своего предшественника — Ягуры.
Со временем, перемены оценили. В Кири вновь появились послы и представители различных государств и крупных торговых компаний. От шиноби Деревни-скрытой-в-Тумане перестали шарахаться, как от прокаженных. Под руководством Мей деревня постепенно возвращала сданные позиции, хотя и находясь, по-прежнему, на одном из последних мест среди деревень великих стран по экономической и военной мощи.
Вот и у хокаге возникли какие-то интересы в Кири.
Мию нравилось нынешнее задание. Хотя оно и обозначалось как B-ранг, с возможностью перехода в А, вероятность боя была невелика. По большей части, седьмая команда выполняла лишь функцию почетного эскорта при Хизаши Хьюга. Брат главы клана белоглазых выступал официальным представителем хокаге и должен был передать мизукаге некое послание, что не могло быть в полной мере доверено бумаге. Приезд посланников Конохи был предварительно согласован, и в Кири их должны были ожидать. О чем собирались договариваться политики, Мию не знала, но хокаге, лично наставлявший их перед миссией, подчеркнул, что рассчитывает на улучшение отношений с Кири и потому ждет от них всей возможной дипломатичности.
Единственным, что заставляло Хирано слегка нервничать, было отсутствие с ними Какаши. Впервые седьмая команда выполняла миссию без наставника. Хотя они по-прежнему тренировались вместе, и джонин не прекращал их обучать, формально, после получения генинами чунинских жилетов, Хатаке и седьмая команда стали отдельными тактическими единицами. Чаще всего это не играло большой роли — устоявшиеся группы старались не разбивать, но в этот раз Какаши понадобился хокаге где-то в другом месте.
Шлепнувшаяся на нос капля вырвала Мию из ее мыслей. Краткие мгновения хорошей погоды закончились, вновь начинался дождь. Ирьенин поспешила укрыться под защитой навеса, образованного надстройкой вышележащей палубы. Она в одиночестве стояла на корме трехпалубного рейсового парохода, что курсировал между странами Огня и Воды на постоянной основе. Новый и быстроходный, он был предназначен исключительно для перевозки пассажиров, предоставляя путешествующим шиноби гораздо больший комфорт, чем приснопамятный «Хитрый осьминог».
Глядя в густеющую пелену дождя, Мию в который раз задалась вопросом — как же капитан находит путь в этой мгле? Но, с детства ходивший по этим водам, морской волк, видимо, обладал великолепным чутьем, уверенно ведя корабль к пирсам Одо — города на южной оконечности Такесима.
— Красивая страна, не правда ли?
Раздавшийся за спиной голос не стал для Мию неожиданностью. Привычка оглядываться, используя свой дар сенсора, давно въелась в куноичи. Подходящего к ней Хизаши она почувствовала заранее.
— Безусловно, Хьюга-сан. — Отозвалась Хирано, поворачиваясь к собеседнику.
Как и все Хьюга, отец Неджи был светлокож. Четко очерченные скулы и волевой подбородок придавали его лицу мужественности. Длинные темные волосы джонина удерживались повязкой с протектором. Но больше всего внимание на лице мужчины притягивали к себе выцветшие белые глаза, лишенные зрачка и настолько бледные, что посторонний мог бы принять его за слепца — неактивный бьякуган.
— Не уделите мне минутку? — Хизаши встал рядом с Мию, опершись плечом на опору, что поддерживала верхнюю палубу.
— Конечно. — В голосе Хирано проскользнуло недоумение. Куноичи понятия не имела, что могло понадобиться от нее такому человеку как Хьюга. Где она, и где высокопоставленный клановый джонин, посланник самого хокаге?
— Знаете, меня очень заинтересовал ваш напарник. Юный Намикадзе. — Хизаши располагающе улыбнулся. — Как я понял, вы часто работаете в паре?
«У меня есть секреты, и я хочу, чтобы они таковыми оставались. Один из них вчера спас тебе жизнь. Возможно, другие сделают это в будущем» — словно наяву раздался в голове Мию холодный голос Наруто. Тогда, на «Хитром осьминоге», он навестил ее, отходящую от действия яда и борьбы за жизнь соратников, едва ли не первым, сходу озвучив свое пожелание. Хирано без труда додумала оставшееся несказанным окончание фразы: «Если секреты останутся секретами».
Мию легко приняла это условие. Секреты? Конечно же, у сына хокаге и гения их поколения они могли быть. Не хочет ими делиться? А с чего бы ему хотеть? Тем более с таким-то характером. Да и не уверена куноичи была, что хотела бы знать подобные вещи. Кто знает, что за разработки породил ледяной разум Намикадзе? Главным было то, что, когда встал вопрос жизни и смерти, Наруто, не задумываясь, открыл ей одну из своих тайн.
Мию очень хотелось верить, что дело было не только в умирающем Учихе, который единственный как-то умудрялся по-настоящему дружить с равнодушным блондином.
Определенно, откровенничать с Хьюга она не собиралась. Но и сходу отделаться от него было бы слишком невежливо.
— Да, часто. Так в каждой двойке оказывается и сильный боец, и сенсор. Хотя Саске и нельзя считать последним в полной мере, шаринган все же дает ему определенные преимущества в обнаружении.
— Разумная тактика, — одобрительно кивнул Хьюга, — Шикамару придумал?
— Да. — Согласно склонила голову Мию.
— И как вам работается с Наруто? — В голосе белоглазого явственно послышалось любопытство. — У него довольно... сложный характер.
В ответ Мию неопределенно пожала плечами.
— Наверное. Я как-то привыкла.
Рассказывать, как поначалу она откровенно побаивалась молчаливого Намикадзе, вечно смотревшего на нее пустым взглядом, девушка не собиралась. Как и о том, как ценила это равнодушие сейчас. Определенно, у Намикадзе было много недостатков. Но то, что было недостатком в обычной жизни, оборачивалось достоинством на поле боя. За прошедшие с момента создания их команды полтора года, ей не раз доводилось сражаться плечом к плечу с Наруто. Она сполна оценила такого союзника. В бою Намикадзе действовал также как и всегда: без страха, без сомнений, без колебаний. Без эмоций.
Идеальный соратник.
Чуть подождав и убедившись, что Мию не собирается развивать свою мысль, Хьюга попробовал зайти с другой стороны:
— Знаете, Неджи до сих пор не может смириться с тем поражением в полуфинале. Хоть уже и прошло много недель. Все пытается понять, где же он допустил ошибку. А вы как думаете? Вы же видели тот бой?
— Видела, конечно. А что до ошибки, — Мию помедлила, пытаясь поточней сформулировать свою мысль, — иногда ее нет. Просто противник сильней настолько, что шансов победить нет.
— Думаете, это подобный случай? — Хьюга задумчиво поглядел на Хирано.
— Да. — Мию не собиралась вдаваться в подробности.
— Возможно, — вновь не дождавшись более детального ответа, Хизаши перевел взгляд на пелену дождя, — но, что позволило ему подобного достигнуть?
— А вы не пробовали задать эти вопросы ему самому? — Не удержалась, наконец, Мию.
— Пробовал, — по губам Хизаши скользнула улыбка, — он меня очень внимательно выслушал, а потом ответил...
— ... «это секрет», — со смешком закончила фразу Мию.
Она прекрасно поняла, что имел в виду Хьюга. Любой нормальный человек, слушая собеседника, подавал тому множество невербальных сигналов — хмурился, улыбался, согласно кивал, отрицательно качал головой или делал еще что-нибудь подобное. Наруто к нормальным определенно не относился. Слушая собеседника, он имел привычку пристально и, вместе с тем, равнодушно глядеть собеседнику в глаза, ни малейшим движением не выдавая своего отношения к тому, что ему говорят. А потом отвечал. Обычно кратко и недвусмысленно.