Оценку, данную шиноби Кири его собственной персоне, некромант тоже мысленно про себя отметил. Подобное впечатление, им создаваемое, могло иметь как преимущества, так и недостатки. Позднее это надо будет тщательно обдумать.
Убедившись, что больше ничего интересного не услышит, Варкастер отправился в обратный путь. Выбравшись из здания ресторанчика, некромант направил своего разведчика к ближайшей решетке ливневой канализации. Мышонок сыграл свою роль, и никакого смысла тащить его обратно не было. Но и оставлять бывшую нежить прямо на месте магу не хотелось. Только заставив трупик броситься в мутный поток и убедившись, что тот унесет его достаточно далеко, маг отменил заклинание.
За окном гостиничного номера уже сгустилась ночь. На своей кровати обнаружился Ульгрим. Судя по движению глаз с активным шаринганом, тот продолжал осваивать науку отравителей этого мира.
— Как медитация? — Нейтрально спросил мечник, обнаружив, что Варкастер начал подавать признаки жизни. О том, чем занимался маг на самом деле, он был прекрасно осведомлен.
— Результативно. — Так же нейтрально отозвался маг, заваливаясь на кровать.
Стоило подумать, как донести полученную информацию до Шикамару так, чтобы не насторожить возможных наблюдателей.
***
Теруми Мей оказалась не только исключительной силы куноичи, обладающей аж двумя кеккей генкай, но и весьма красивой женщиной. Роскошная грива непослушных каштановых волос ниспадала до самых ее колен, подчеркивая изящность фигуры и тонкую талию. Будучи в своей родной деревне, а не в бою, Мей предпочла цивильную одежду, выбрав для встречи с посланниками Конохи синее платье с изрядным декольте, оставляющее открытыми плечи и вполне непрозрачно намекающее на размеры прикрытой тканью груди. Пухлые губы куноичи изгибались в легкой улыбке, оценивая реакцию чунинов на свою внешность.
И, в отличие от многих других куноичи, равнодушие Варкастера вызвало в ней не раздражение, а лишь любопытный блеск зеленых глаз.
Определенно, Ульгрим предпочел бы наслаждаться видом такой красавицы гораздо больше времени. Однако свежеиспеченные чунины были не того полета птицами, чтобы присутствовать на встрече пятой мизукаге и посланца четвертого хокаге. Так что, после дежурных расшаркиваний, седьмая команда оказалась вежливо выдворена в приемную, где и маялась теперь скукой, ожидая своего подопечного.
И даже развлечься чтением книг не получится — активированный шаринган наверняка заставит напрячься местную охрану. Ульгрим покосился на сидящего за столом джонина.
Приемная мизукаге представляла собой довольно просторный круглый зал. Кто-то постарался создать в этом месте неофициальную, расслабляющую обстановку — на стенах висели рамы с пейзажами страны Воды, диванчики для посетителей перемежались кадками с какими-то деревцами. Стены были покрашены в нейтральный бежевый цвет. В свете нежданно выглянувшего солнца, проникающем через два больших окна, помещение выглядело даже уютно. У двустворчатых дверей, ведущих в кабинет Мей, расположился изрядных размеров стол секретаря. За ним-то и разместился Ао — личный помощник мизукаге, что сейчас присматривал за седьмой командой.
Довольно занятный тип, на взгляд Ульгрима. Помимо странных сережек с печатями, внимание мечника привлекла реакция Хьюга на этого человека. Хотя, как и положено дипломату, Хизаши хорошо контролировал эмоции, тень, пробегающая по его лицу при взгляде на Ао, была отчетливо видна. Тот успел потоптаться по мозолям клана Хьюга? Или лично Хизаши? В очередной раз, покрутив в голове эти вопросы, Ульгрим, вновь вздохнув, выбросил их из головы. Мало информации для анализа.
Следуя напряженному взгляду джонина, мечник посмотрел на стоящий напротив него самого диванчик. Там расположились Шикамару и Чоджуро.
Их вчерашний экскурсовод, неожиданно, оказался лицом приближенным к мизукаге. Мало того, как оказалось, она лично давала ему какие-то уроки. Из-за этого-то чунин здесь и оказался — он не знал, что в данный момент Мей занята, и пришел к ней с каким-то вопросом. Оставшись в результате ожидать окончания встречи вместе с седьмой командой.
И попавшись Шикамару.
Ульгрим не знал точно, что такого выяснил вчерашним вечером Варкастер. Некромант лишь дал пару намеков, опасаясь возможного наблюдения. Но вот до Шикамару маг как-то информацию донести ухитрился, и теперь теневик методично и неторопливо колол попавшегося ему в руки Чоджуро. Рядом, прислонившись к стене, расположился Варкастер, внимательно наблюдая за ходом беседы.
Чоджуро оказался настоящим знатоком истории семи мечников тумана, к которым принадлежал и нужный им Бива Джузо.
Ульгрим прислушался:
— ... и теперь тот, кто сможет вернуть в Кири Кубикирибочо, получит огромную награду. — Чоджуро заливался соловьем, не замечая, как Шикамару целенаправленно подвел его к интересующей их теме.
— Награду? Интересно... — Рассеянно отозвался Шикамару. — А у кого меч сейчас?
— У Бива Джузо. Проклятый предатель... — Начал было отвечать Чоджуро, но был прерван.
— Ну, хватит! — Ао, от которого не укрылись манипуляции теневика, хлопнул ладонью по столу, привлекая к себе взгляды всех присутствующих. — Что ты пытаешься вызнать, Нара? И зачем тебе это?
Только когда мечник увидел, как спокойно Шикамару переводит взгляд на джонина, до него дошло, что именно это и было целью теневика. Совсем не из Чоджуро он собирался вытягивать информацию.
— Меня очень интересует Бива Джузо. — Шикамару, похоже, собирался играть в открытую.
— Хочешь добыть Кубикирибочо для Конохи? — Ао такая откровенность никак не тронула, его голос по-прежнему был холоден и подозрителен.
— На Кубикирибочо мне плевать. Я хочу убить Джузо. — Спокойно отозвался Шикамару.
После этого заявления, в приемной установилась тишина. Спустя несколько секунд, ее разбил хриплый смешок джонина.
— Ты последний в очень длинной очереди претендентов на его голову. — После заявления Шикамару, Ао немного расслабился, откинувшись в кресле и сменив тон на более спокойный.
— А у вас какой номер? — Теневик иронично вздернул бровь.
— Один из первых. — Ао хмыкнул. — Кого ты потерял?
— Друга. — Шикамару нахмурился, напоминание о Чоджи ему не понравилось.
— И теперь думаешь, что увеличишь свои шансы в бою с Джузо, разузнав о нем?
— Это логично.
— Лог-и-и-и-чно... — Протянул Ао. — Ну, слушай, если так хочется.
Джонин выпрямился, впиваясь взглядом единственного глаза в Шикамару.
— Две основные черты Джузо — профессионализм и жестокость. Если он берется за дело, то доводит его до конца, невзирая на препятствия. Если при этом у него будет возможность кого-то убить — он обязательно ей воспользуется. Но не стоит думать, будто удовольствие от убийства заставит его поступиться делом. Нет, если будет нужно, Бива будет тенью следовать за каким-нибудь генином, не позволяя себе даже коснуться того. В первую очередь профессионализм, а лишь во вторую жестокость.
Ао замолчал, задумавшись о чем-то своем.
— А что он за человек по жизни? Что ценит? — Не дождавшись продолжения, поторопил Шикамару своего собеседника.
— Что за человек? — Эхом отозвался Ао. — Перекати поле. Ни дома, ни друзей, ни привязанностей. Для Джузо всегда существовал только его путь ниндзя.
Немного помолчав, джонин добавил:
— И меч. Если Бива что и любит в этой жизни, так это Кубикирибочо. — Ао вновь посмотрел на Шикамару. — Большего тебе никто не сможет рассказать. Нет никого, кто близко знал бы этого шиноби.
— Понятно. — Шикамару кивнул. — Спасибо за рассказ. Я пока не знаю чем, но, думаю, он поможет.
— Ну-ну, — скептически отозвался Ао, — никто не сможет сказать, что могут выкинуть подобные люди. Что творится у них в голове.
Джонин многозначительно покосился на Варкастера, что все это время с равнодушным видом следил за беседой.
Ульгрим нахмурился. Последний выпад в адрес некроманта ему не понравился. Но смолчал, не находя слов, чтобы объяснить постороннему, каким человеком является его друг.
***
Поразительно, какие новые грани старого дела могут раскрыться, стоит вернуться к нему спустя длительное время.
Приняв решение вновь покопаться в прошлом, Минато решил начать с того места, где эта история когда-то началась. С окрестностей Каннабикьё, проклятого моста в стране Травы, где когда-то, как он думал, пал его ученик. Тогда он не уделил должного внимания этому месту — шла война, у него на руках было двое раненных товарищей. Убедившись, что тело Обито надежно погребено обвалившимися сводами пещеры, он поспешил вернуться в Коноху.
Позже, уже зная, что его ученик тогда остался жив, и собственноручно отправив его на тот свет, Минато вновь не вернулся сюда, сочтя, что, спустя много лет, ничего интересно здесь остаться не могло. Или, как в глубине души признавался себе хокаге, не желая возвращаться в места, с которыми были связаны столь тяжелые воспоминания.
Но с тех пор утекло много воды. Воспоминания изрядно поблекли, заслоненные новыми событиями, как радостными, так и не очень. И вот, теперь, в компании Какаши, Намикадзе наконец-то вернулся в это место.
И обнаружил целый комплекс, скрытый под землей.
Тогда, годы назад, будучи лишь чунином, Какаши еще не развил в достаточной степени свое сродство с дотоном. Теперь же, достигнув в этом деле изрядных высот, он сходу сумел ощутить пустоты под толщей камня на том месте, где была пещера, ставшая ловушкой для Обито.
Пробив, тем же дотоном, ход в пещеру, двое шиноби обнаружили не просто пустоты, а целый лабиринт карстовых провалов. Вскоре, пущенные исследовать ходы призванные псы Какаши обнаружили огромный подземный зал, явно созданный каким-то шиноби с использованием силы дотона.
Очень сильным шиноби.
Потолок зала вздымался на высоту во многие десятки метров, образуя почти идеальный купол. В его сводах были под различными углами пробиты многочисленные тоннели, по которым с поверхности проникал свет, создавая пусть сумеречное, но, все же, приемлемое освещение. Переглянувшись, шиноби стали обследовать помещение, стараясь как можно меньше выдавать свое присутствие.