Хотя они и рассматривали возможность прямой атаки на поместье, в конечном итоге, все же, решили попытаться действовать тихо. Памятуя о неожиданно серьезном уровне противостоявших ему в Канегасаки шиноби, Джирая опасался, что в запасе у Уена найдется и сенсор. Потому-то седьмой команде и предстояло отсиживаться в лесу, пока сеннин, на пару с их наставником, проникнут во вражеский оплот. Лишь в случае поднявшейся тревоги им надлежало вступить в бой, сыграв роль подкрепления.
Однако планам не суждено было стать реальностью.
Шиноби Конохи решили провернуть свою вылазку ночью, в тот глухой предрассветный час, когда любые полуночники уже давно отправились спать, а ранние пташки, встающие перед зарей, еще смотрят свои сны.
На фоне ночного неба было отлично видно зарево пожара над их целью.
Поместье клана Уена находилось относительно недалеко от Хоронобе — шиноби, бегущий напрямик, мог его достичь часа за четыре. Комплекс располагался на высоком берегу весьма живописного озера. Впадавшая в него небольшая речушка служила транспортной артерией, по которой местным шиноби доставляли все необходимые припасы. Сейчас, зимой, когда лед на озере встал, на смену лодкам пришли сани. С суши никаких дорог к поместью не вело — бревенчатую стену в пять человеческих ростов окружало широкое тщательно расчищенное поле, за которым начинался глухой лес. Выбраться отсюда посуху могли только шиноби. Вероятно, в иное время, среди мрачных елей и высоких сосен прятался не один секрет здешних хозяев. Но сейчас тем было определенно не до незваных гостей из Конохи.
Стена была проломлена сразу в двух местах. Запекшаяся в корку земля и огонь, с аппетитом пожирающий толстенные бревна, однозначно указывали на применение весьма серьезной техники. В проломе можно было разглядеть несколько неподвижных тел.
— Главный корпус разрушен, похоже на техники дотона, — тихо отчитывался об увиденном шаринганом Ульгрим.
Они расположились на толстых ветках двух старых сосен. Выросшие недалеко от опушки, они предоставляли неплохой вид на резиденцию клана Уена.
— Южный флигель разнесен вдребезги. Не могу понять чем. Есть движение. Не шиноби, судя по манере двигаться. Может слуги? Пытаются оказывать помощь раненым и тушить пожары.
Ульгрим неожиданно осекся.
— Вот жеж биджу!
— Что такое? — Джирая оторвался от окуляра, в который тщетно пытался и сам что-то разглядеть в озаренной пожаром ночи.
— Там Даики!
— Где?!
— У колокольни.
— Что делает?
— Похоже, помогает раненным.
Джирая помедлил, переваривая информацию.
— Шиноби видишь?
— Нет, — Ульгрим отрицательно качнул головой, — если кто и выжил, на глаза не показывается.
Поразмышляв еще с минуту, сеннин принялся раздавать указания:
— Какаши, Мию, Шикамару, Наруто — охранение. Саске — ты со мной. Мне нужно, чтобы ты проконтролировал Даики шаринганом.
Мечник понимающе кивнул — сеннин хотел воспользоваться способностями Учиха для распознания возможной лжи.
Вдвоем они прошли за стены через один из оставленных техниками проломов, практически не скрываясь, оставив остальных скользить в потемках в поисках возможных угроз. Заметили их не сразу. Большой клан шиноби нуждался в услугах немалого количества обычных людей. Повара и прачки, конюхи и плотники, весь этот многочисленный люд сейчас метался по освещенному заревом пожара обширному внутреннему двору поместья. Где-то хмурые и грязные мужики, передавая ведра по цепочке, заливали огонь, где-то над телами отчаянно выли женщины. Из угла, рядом с каменной колокольней, доносились стоны и проклятия — туда сносили раненных, над которыми хлопотало несколько человек. Не ирьенинов, конечно же, обычных лекарей, если не деревенских травников.
Наконец, на них обратил внимание какой-то здоровяк, бежавший с багром к очередной полыхающей постройке. Быстро свернув со своего пути, он, судя по виду, было собирался рявкнуть на коноховцев, явно ничем не занятых, как разглядел протекторы.
— Шиноби!!!
Голос у мужика оказался зычным. Сам же он, не теряя даром времени и бросив бесполезный багор, бросился наутек. Работавший на клан шиноби, он явно представлял, на что те способны, и не собирался искушать судьбу в схватке. На мгновение суета в разрушенном поместье замерла, а затем народ бросился кто куда, в поисках укрытия. На месте остались лишь те, кто помогал раненным. В том числе и Даики.
Ульгрим напрягся, быстро осматривая постройки шаринганом в поисках возможных угроз. Но все было спокойно, никто не спешил встречать незваных гостей сталью и техниками.
— Ну, здравствуй, Даики, — обратился к старику Джирая, стоило им добраться до колокольни.
— Э-э-э, Джирая-сан? — в голосе бывшего звонаря слышалось удивление.
— А ты ждал кого-то еще?
Старик медленно покачал головой и ответил:
— Коноха заключила союз с Ивой?
Ульгрим удивленно приподнял брови, услышав вопрос. Джирая же спокойно ответил:
— Нет, не заключал. А с чего такой вопрос?
Даики помедлил, всматриваясь в лицо шиноби, а потом повел рукой на разруху вокруг:
— Это сделали шиноби Ивагакуре.
В его голосе отчетливо сквозила горечь.
— Ива? Что им было нужно?
В ответ старик хмуро уставился в землю.
— Даики, мы сюда пришли за ответами. И пусть задавать вопросы мы изначально собирались не тебе, отмолчаться не получится, — голос Джираи был обманчиво мягок. — Ты нам все расскажешь. Так, или иначе.
Звонарь мрачно взглянул на сеннина исподлобья:
— И что вы со мной сделаете, когда я все расскажу?
— А нам понадобится с тобой что-то делать? — голос сенина оставался спокоен.
Еще какую-то секунду Даики колебался, а потом его плечи обмякли. Ульгрим понял — старик сдался.
— Это все из-за меня... — его голос был тих.
— Думаю, тебе стоит начать сначала. К примеру, с того, какое ты вообще отношение имеешь к Уена, — направил разговор Джирая.
— Я брат Хаару Уена, главы клана. Бездарный, — в голосе старика скользнули отголоски старой горечи.
Ульгрим понимающе прищурился. Как правило, шиноби вступали в брак с такими же одаренными. В кланах, где подобных традиций придерживались веками, вероятность рождения у двух шиноби неодаренного ребенка была крайне мала. Но, тем не менее, подобные казусы случались. Судьба таких детей складывалась по-разному. В давние, более жестокие времена, кое-где их могли и удавить в детстве, как позор клана. Где-то клан просто отказывался от неодаренных, отдавая малышей в сиротские приюты, когда становилось понятно, что те не смогут в будущем пробудить очаг чакры. Некоторые были более снисходительны, и выросшие неодаренные благополучно служили своим семьям в административных или хозяйственных вопросах. Вариант Даики оказался где-то посередине.
Меж тем, старик рассказывал свою историю:
— В конечном счете, меня лишили фамилии Уена и выслали в столицу. Но, надо отдать должное отцу, он не бросил меня на произвол судьбы. Не знаю уж сам, или под давлением брата, с которым мы были не разлей вода, но он обеспечил мне вполне пристойное житье и образование. А позднее поспособствовал со вступлением в гильдию.
Даики на секунду замолчал, погрузившись в воспоминания. Потом продолжил рассказывать свою историю внимательно слушающим шиноби.
— С братом мы связь не теряли. Часто переписывались. Порой, когда он уже стал генином и мог добежать до Хоронобе за приемлемое время, даже встречались. Но, со временем, эта связь ослабла. Я все глубже погружался в исследования прошлого. Хаару же сосредоточился на развитии своих способностей, а позднее и на политике. Но я все равно продолжал ему писать, рассказывал о своих открытиях. Так, в общем-то, жизнь моя и прошла, среди книг и писем, — старик печально улыбнулся. — Достичь большой должности мне так и не удалось, да я и не стремился. Родство с кланом каких-то преимуществ не давало, будучи, по большей части, тайной. Так что, в свое время, меня подвинули — на должность архивариуса понадобилось посадить кого-то другого. Я особо и не сопротивлялся.
Старик вновь замолчал, но, облизнув высохшие губы, почти сразу закончил:
— Брат предлагал переехать сюда, но... Не хотелось мне смотреть на все то, чего меня лишили. Так что уехал туда, куда послала гильдия.
— Интересно, но каким образом ты виноват в том, что здесь произошло? — Джирая, терпеливо выслушавший историю звонаря, все же вернулся к интересующей их теме. — И как со всем этим связаны призраки?
Даики вновь опустил голову, разглядывая кончики своих сапог. Вокруг вновь поднималась суета — люди, понявшие, что новые шиноби не собираются атаковать, понемногу возвращались к работе, лишь обходя стороной то место, где они стояли.
— Это я нашел призраков, — и тут же уточнил, — точнее информацию о них.
— Там же, где информацию о «ведущих мертвых»?
Ульгрим впился взглядом в лицо старика, не упуская ни малейшей детали — разговор, наконец, приблизился к главному.
— Да. Я нашел описание одного древнего культа, жрецы которого славились непобедимостью в бою. Призраки были одним из инструментов их храма, — помявшись, Даики все же продолжил, — я написал об этом брату, так же как о множестве иных своих находок. Он никогда особенно не интересовался ими, но мне хотелось делиться хоть с кем-то. Но, на этот раз, он увлекся — мы долго переписывались на эту тему. Со временем, переписка увяла — я думал, что Хаару просто стало неинтересно. Но, на самом деле, оказалось, что он отыскал руины того самого храма.
Ульгрим уже понял, куда дует ветер. Впрочем, Джирая, видимо, от него не отстал.
— Так, дай угадаю, Хаара нашел способ использовать этот самый храм и тем самым получить могущество тех жрецов? Частью чего и являлись нападения призраков?
Даики лишь, молча, кивнул, глядя на шиноби.
— Но как ты сам не догадался-то? — сеннин испытующе взглянул на старика.
— Я-я... я не знаю, — Даики как-то осунулся, голос его неуверенно дрогнул. — Это было давно. Я столько нового потом открыл...