Мечник лишь покачал головой, ему не нужна была помощь шарингана, чтобы понять, что старик соврал. Понял он все, понял. Просто не хотел верить в то, что его брат способен на подобное.
— И что, когда призраки явились в твое собственное селение, по-прежнему ничего не заподозрил? Откуда они вообще там взялись? Твой брат что, не знал, где ты живешь? — Джирая явно заводился.
— Накладка, так он мне объяснил, не знали исполнители, — неуверенно пробормотал старик под напором сеннина. — Когда доложили о провале нападения, тогда уже брат спохватился и приказал оставить деревню в покое.
Первый вопрос он предпочел проигнорировать.
Сеннин выдохнул успокаиваясь.
— Так как ты тут-то оказался?
— Когда стало известно, что дайме... — начал, было, старик и тут же поправился, — ...покойный дайме нанял вас, брат счел, что лучше меня спрятать. Но вы двинулись прямиком ко мне, так что его люди опоздали.
— А дайме тоже твой брат убрал? — голос Джираи был сух, всякая приязнь из него исчезла.
— Не знаю, — Даики растерянно пожал плечами.
В ответ на вопросительный взгляд сеннина, Ульгрим кивнул — старик не врал.
С минуту прошло в тишине. Даики вновь опустил взгляд в землю. Джирая о чем-то размышлял. Ульгрим, по их уговору, отмалчивался, предоставляя старшему товарищу вести беседу.
— Почему на вас напали шиноби Ивы? — наконец вновь заговорил сеннин.
Старик замялся, перед тем как ответить.
— Думаю, они хотят заполучить то оружие, которое готовил брат. По крайней мере, именно о нем они спрашивали у тех, кого им удалось захватить.
— Но тебя эти вопросы не коснулись? — Джирая вопросительно поднял бровь.
— Меня тут мало кто знает, — пожал плечами Даики, — а среди оставшихся здесь людей брата и так нашлись те, кто знал местоположение храма.
— То есть, его самого здесь не было?
— Н-нет, — Даики неуверенно взглянул на шиноби, но, все же, продолжил без понуканий, — он с лучшим отрядом отправился к храму.
— Что ты можешь сказать о нападавших?
— Немногое... Я отсиживался в подвале, с прислугой, — Даики отвел взгляд. — Я видел в дыму несколько фигур, но хорошо смог рассмотреть только одного...
Выслушав не слишком-то детальное описание какого-то здоровяка, Джирая лишь покачал головой — ему оно ничего не говорило.
— Что же, переходим к главному. Что ты знаешь об этом культе?
Старик оживился, явно обрадованный возможностью сменить тему на свою любимую историю:
— Вы когда-нибудь слышали о Джашине?
***
Мчась сквозь лес, Варкастер размышлял над тем, что Ульгрим ему поведал из рассказа Даики. Хмурый мечник сейчас бежал рядом, так же сосредоточенно обдумывая полученную информацию. Плохое настроение друга было некроманту понятно. Жестокий культ, построенный на кровавых ритуалах. Безумный бог, дарующий своим адептам невероятную живучесть в обмен на жертвы.
Слово Х’тон так и просилось на язык.
Если первая ассоциация верна, то у них большие проблемы. И он и Ульгрим сейчас далеки от того уровня, который позволял им на равных тягаться с архидемонами. Если их ждет кто-то сопоставимый, хотя бы, с Баллог’Нат, то шансы пережить этот день невелики. Уповать можно было только на мощь двух шиноби S-ранга, что входили в их команду. Но смогут ли они эффективно противостоять совершенно незнакомой им магии?
Возможно, ему придется применить Метку некроманта.
Это заклятье относилось к четвертому кругу, который пока поддавался Варкастеру с большим трудом. Шансы, что в круговерти боя ему дадут достаточно времени на концентрацию были призрачны. В основе заклинания лежал конструкт, который маг создал в катакомбах Мальмута, в сражении с проклятым архимагом Александром. Тогда ход боя разделил их с Ульгримом, и маг уже не чаял выбраться живым, столкнувшись в схватке с тем, кто едва ли ему уступал в магическом искусстве. Тогда-то его разум и породил заклятье, что должно было обменять жизнь некроманта на жизнь его врага.
Судьба сложилась иначе, и заклятье так и осталось не активированным. Позднее, уже в тиши своей лаборатории, маг отшлифовал и довел до ума придуманную конструкцию, получив то, что он назвал Меткой некроманта. Заклинание, призванное утаскивать врага в могилу следом за колдующим.
Успеет ли он его, при необходимости, активировать?
Впрочем, размышляя о возможности столкновения с тварями Х’тона, Варкастер не забывал и о тех моментах, что опровергали возможную связь культа Джашина с Бездной.
Во-первых, ни один из бесчисленных одержимых или демонов, что встретились магу на его веку, не заигрывал с силами Смерти. Среди культистов встречались великолепные воины, стрелки-виртуозы, маги-стихийники и, конечно же, демонологи. Но вот некромантия как-то была чужда демонопоклонникам. Несовместимость? Табу культа? Что-то еще? Маг не знал, но был уверен: в отличие от эфириалов, хтонийцы никогда не баловались магией смерти. А призраки определенно имели к ней отношение.
Вторым, что заставляло некроманта сомневаться в связи местного божка с Бездной, было время, прошедшее с основания культа. Весь опыт Варкастера говорил, что за тысячелетия те хтонийцы, которых знал он, нашли бы лазейку в этот мир, заполонив его. Раз найдя дорогу в мир, они бы не отступились.
Быть может, они имеют дело с иным созданием Бездны? Или вообще с чем-то другим. Скоро, загадка разрешится.
Однако Варкастер ошибался. Узнать ответы на волнующие его вопросы, магу сегодня было не суждено.
Все началось с предупреждающего крика Мию.
— Стойте!
От развалин поместья Уена они двинулись на север, прямиком к храму Джашина, местоположение которого указал Даики. В пути они были второй день, а до цели им осталось еще несколько часов бега.
Отряд тут же остановился, подчиняясь команде сенсора.
— Впереди, чуть больше чем в километре, — куноичи говорила торопливо, захлебываясь, — шиноби с ядовитой чакрой, как у Кушины-сан!
В голосе Мию отчетливо проскользнула нотка страха. Секунду шиноби ошеломленно молчали, потом Джирая неестественно спокойным голосом отдал приказ:
— Седьмая команда, уходите на юго-восток. Какаши, ты со мной.
Джинчурики. Варкастер многое знал о тюремщиках хвостатых. Живя бок о бок с одним из этих живых сосудов для монстров, он не мог не воспользоваться возможностью как следует разведать их возможности. Пусть его мать не особенно горела желанием распространяться на эту тему, в распоряжении некроманта были годы и бесконечное терпение.
В обыденной жизни наличие биджу давало джинчурики несколько преимуществ. Они были гораздо выносливее нормального шиноби. Раны, что отправили бы иных в больничную койку на недели, проходили у них за пару дней безо всякого ухода. Но главным, пожалуй, был доступ к почти безграничной чакре биджу, начисто убирая из словаря джинчурики такое понятие как чакроистощение. Немаловажные достоинства, но ничего сверхъестественного. Успей неожиданно снести носителю демона голову или порвать тело на части техникой, и тот отправится на перерождение так же, как и любой другой шиноби.
Но, если джинчурики был готов к бою, дело оборачивалось совсем иначе.
Все начиналось с покрова биджу, той самой дымки, что когда-то в детстве Варкастер наблюдал вокруг своей матери. Дающий своему носителю повышенную скорость, силу, выносливость и регенерацию, тот в одночасье превращал любого шиноби в серьезного противника, невзирая на ранг. И, что важно, покров был безопасен с точки зрения возможного бунта демона.
Дальше начинались так называемые «хвосты», последовательно сменяющиеся режимы, в которых джинчурики черпал все больше и больше сил у своего биджу. Количество режимов, как нетрудно догадаться, определялось числом хвостов заключенного в джинчурики зверя. С каждым усилением мощь шиноби рывком росла. Постепенно утрачивая человеческий облик, он становился все быстрее и сильнее. Становящееся не совсем материальным тело могло выдерживать чудовищные повреждения. Вдобавок, в таком состоянии джинчурики получал доступ к особым, исключительно мощным, техникам хвостатых, вроде Бомбы биджу. Расплатой за невероятные возможности был растущий вместе с числом хвостов риск утраты контроля над демоном. Считалось, что выпуск последнего хвоста биджу знаменует полный и бесповоротный конец джинчурики как человека.
Конечно, ему еще не доводилось видеть джинчурики во всей своей мощи, но некромант склонялся к тому, что они вполне могли стать самыми опасными его оппонентами за обе жизни.
С сожалением, Варкастер был вынужден признать, что сейчас ему нечего противопоставить подобному противнику. Для того чтобы сражаться с подобными существами на равных, как минимум, требовались Провозвестник смерти и Пожиратель душ, вкупе с целым комплексом иных заклинаний. Да и иметь защиту более совершенную, чем тот полупрототип Щита праха, что он успел закончить перед миссией, тоже бы не помешало.
Судя по хмурому лицу Ульгрима, его друг размышлял в том же ключе. Маг знал — хотя перестройка тела мечника и шла полным ходом, выдержать высшие ступени боевого транса оно пока толком не могло. Техники же Ночных клинков, хотя и могли создать радикальное преимущество в ближнем бою, для схватки с такими чудовищами как биджу подходили не очень. Артефактное снаряжение, подобное его старому доспеху, также нынче отсутствовало.
О Мию и Шикамару речь не шла — те даже не задумывались о схватке с подобным противником.
Меж тем, время для размышлений минуло.
— Приближается... — выдохнула куноичи.
— Уходим, — Нара привычно принял командование, разворачиваясь к лесу.
Не колеблясь, остальные последовали за ним, оставляя за спиной двух шиноби S-ранга.
Спеша за своими соратниками по залитому светом лесу — для разнообразия день выдался ясным и солнечным — Варкастер чутко прислушивался к окружающим звукам. Встреча Джираи и Какаши с вражеским джинчурики не была обязана закончиться схваткой. Но, учитывая напряженность в отношениях Конохи с другими деревнями и причину, которая их всех тут собрала, бой был весьма вероятен. Несколько минут спустя, когда седьмая команда уже достаточно отдалилась от оставшихся шиноби, опасения подтвердились. Легкая дрожь, прокатившаяся по земле, возвестила, что где-то позади в ход пошли по-настоящему серьезные техники.