На землю спрыгнули ещё несколько всадников. Через пару секунд Емеля увидел, как над девочкой склонились доезжачий и высокий черноволосый мужчина. Он не сразу осознал, что видит перед собой царя Василия Волховского.
– Одна? – Василий посмотрел по сторонам.
– Никого больше не видел, – ответил доезжачий.
Емеля съёжился, уйдя поглубже в тень ив. Теперь он совсем не видел, что происходит на гребне берега; только слышал негромкий плач девочки и голоса царя с доезжачим.
– Что думаешь? – спросил Василий.
– Да шут его знает, – Емеля слышал, как доезжачий опять чешет голову. – Мамаша, наверное, какая-нибудь решила утопить. Не справилась, вот и…
– Опомнилась в последний момент?
– Наверное. Хотя так ещё хуже, оставила тут замерзать. Милосерднее в воду бросить.
– Тогда бы её уже не было тут, – решительно заявил Василий, поднимаясь, как понял Емеля по звуку. – Эй, кто-нибудь, попону дайте сюда.
Пару минут Емеля слышал, как возились с девочкой, закутывая её в попону.
– Ну и чего дальше? – услышал Емеля голос доезжачего.
– Проведём розыск по деревням, узнаем чья, – ответил Василий.
– Кто бы ни принёс, вряд ли обрадуется ей, – с сомнением возразил доезжачий.
– Посмотрим, – сказал Василий. – В крайнем случае…
– Чего?
– Ничего. Давай её сюда.
– Может, я, ваше величество?
– Да ты и детей не держал в руках, кроме щенков. Ещё вниз головой повезёшь. Давай, я сказал.
– Ну как знаете. Вот, извольте.
Несколько секунд Емеля слышал затихающий писк малышки, копошение, топот копыт – и вскоре всё стихло. Емеля осторожно выполз из своего укрытия.
– Свят, свят, свят! – пробормотал он, крестясь дрожащей рукой. – Ох, знал бы царь, кого взял. И зачем я всё это видел, господи?!
Глава 4Лика
Проснувшись на следующее утро, Маргарита впервые пожалела, что к ней не приставили служанку.
Она не могла не то что встать, но даже поднять голову. Было тяжело даже открыть глаза. Словно две огромные кувалды ритмично колотили внутри черепа по глазным яблокам, и угомонить их не было никакой возможности. Во рту пересохло и было донельзя противно. Хотелось пить, хотелось в туалет, и только это, кажется, могло заставить её подняться. И то не сразу.
Она ещё сделала попытку спихнуть на кого-нибудь заботу о своём дичайшем похмелье.
– Дуняша! – жалобно простонала Маргарита. Служанка царевны приходила к ней иногда помогать то с одним, то с другим; может, и сейчас поможет?
Она полежала ещё несколько секунд, пока вспомнила, что Дуняши больше нет. Придётся вставать самой, потому что Лика… Лика…
Маргарита поморщилась, не открывая глаз. Ей стало ещё хуже, хотя казалось, что дальше некуда. Кажется, поэтому она так напилась, что даже не помнила, как добралась до постели.
Маргарита пошевелила ногой под одеялом. Ну хотя бы разделась, прежде чем отрубиться, – и то хорошо!
Она попыталась вспомнить, что было накануне. Вслед за царицей ушли все остальные официальные лица. Ушли Скаль-Грайские, ушёл Бессмертный с Еленой. В какой-то момент в зале остались только она с Никитой и Лика с Иваном.
Маргарита помнила, что сначала все молчали. Она сама молчала, ждала, что скажет Лика или Иван. Это она ещё помнила.
Потом было всё как в тумане. Кажется, она начала орать на царевича, что-то ему предъявлять, тыча в Лику. Кажется, Савостьянов зажал ей рот и выволок из зала. А она ещё вырывалась, кусаясь и лягаясь, и…
Маргарита опять поморщилась со стыда, покачала отдавшейся тяжелой болью головой.
– Ну напилась, прах меня побери! – пробормотала она, открывая наконец глаза и с усилием поднимаясь в постели. – Ведь зарекалась же!
Она спустила ноги с кровати и увидела на прикроватном столике кувшин с брусничным квасом.
– О-ох, слава тебе господи! – благодарно простонала Маргарита, наливая квас в кружку и выпивая залпом. Тут же налила ещё одну и выпила уже чуть медленнее. – Уф! – облегчённо выдохнула, вытирая рот.
Стало чуть легче. Во рту посвежело, и в голове бухало уже не так сильно. Ещё бы таблеточку какую-нибудь, подумала Маргарита, или колдовских штук Бессмертного. Он вон глаза возвращает, так похмелье снять ему вообще раз плюнуть.
Маргарита быстро добежала до туалета, потом встала под душ и через двадцать минут чувствовала себя уже почти нормально. Критически оглядев себя в зеркало, она всё-таки решила припудрить похмельные круги под глазами. Натянула джинсы, куртку, завязала шнурки кроссовок и направилась к Лике.
Поднявшись в комнаты царевны, Маргарита схватила за руку первую попавшуюся служанку.
– Эй, как тебя? Света?
– Катя.
– Катя, да, точно. Ну, как там царевна? – Маргарита кивнула на дверь спальни.
– Почивают.
Маргарита невольно взглянула на часы. Ну да, девять утра. Для Лики ещё рановато.
– Одна? – осторожно уточнила она.
– А с кем же ещё? – молоденькая веснушчатая служанка простодушно вздёрнула плечи.
– Ну да, – пробормотала Маргарита. – С кем ещё.
Служанка была новенькая и явно пока не в курсе дворцовых интриг.
– Ладно, – решила Маргарита. – Иди завари чаю с лимоном и пирогов притащи из кухни. А я пойду царевну подниму.
– А вам разве можно? – искренне удивилась Катя.
– Мне всё можно. Шагай давай, кому сказала!
Лика лежала, подтянув одеяло к подбородку и смотря в потолок. Маргарита не удивилась. Она бы не удивилась, даже узнав, что царевна не спала всю ночь. После того, что было вчера…
Она отдёрнула шторы. Белый зимний свет хлынул в комнату. Лика недовольно поморщилась, прикрыла глаза рукой.
Маргарита присела на край кровати, негромко чертыхнувшись. Никак она не могла привыкнуть к этим пуховым перинам, сразу проваливалась в них.
Лика повернула к ней голову, посмотрела секунду и снова уставилась в потолок. Маргарита шумно вздохнула.
– Думаешь, тебе сейчас хреново? – она пихнула Лику кулаком. – Знала бы ты, каково мне. До сих пор башка трещит так, что ай-яй-яй, а во рту словно сорок скунсов. – Маргарита подула в ладонь и демонстративно понюхала. – И это, заметь, после зубной пасты и ополаскивателя. Как я могла так с пива убраться?! Видимо, ещё что-то пила. Вот только не помню что.
– Кологранский ром, – равнодушно сказала Лика, не поворачивая головы.
– Чего? – оживилась Маргарита.
– Ром, – так же безразлично ответила Лика. – Ты у Соловья его забрала. Когда мы к себе шли.
– Не помню, – искренне призналась Маргарита. – Я вообще не люблю ром, как я могла у Соловья его забрать?
Лика не ответила. Маргарита вспомнила, как несколько недель назад она вот так же лежала утром без всяких сил, и Лика ворвалась к ней, и утешила, и растормошила, и подняла, несмотря ни на что. Теперь была её очередь.
– Слушай, он говнюк! – сказала она.
Никакой реакции. Лика словно не услышала её.
– Ты меня слышишь? – повысила голос Маргарита. – Он говнюк! Нечего из-за него страдать и переживать. Собирайся, пойдём гулять.
Лика молчала, не глядя на неё. Маргарита начинала выходить из себя.
– Лика! Ну-ка, посмотри на меня. Посмотри, я сказала!
Царевна лениво и безразлично повернула голову. Маргарита вперилась в её прозрачные бирюзовые глаза, пытаясь понять, о чём она сейчас думает, и с удивлением поняла, что не может. Такой отстранённой и безразличной она видела Лику лишь в первый день знакомства и уже почти забыла это её безучастное состояние.
Она испугалась.
– Ты поговорила с ним? – спросила Маргарита, хватая Лику за кисть и стараясь не дать ей опять уйти в себя. – Меня когда Савостьянов уволок, я же не помню ничего.
– Поговорили, – тихо сказала царевна.
– И что? Что он тебе сказал?
Лика безучастно пожала плечами.
– Ему пора жениться. Он прав.
– А ты?! – воскликнула Маргарита.
– А я? – Лика бледно усмехнулась. – А я сестра. Я не могу быть женой.
– Да хрена с два! – выпалила Маргарита. – Сегодня не можешь, а вчера могла?! Чё за фигня?
– Марго, перестань! – поморщилась Лика.
– Не перестану! – распалилась Маргарита. – Что вообще происходит? Только что он за тебя глотку готов был порвать, а сейчас едет свататься к какой-то заморской шаромыжнице, которую и не видел ни разу. Это чё за маракуйя?!
Она вскочила с кровати и стояла теперь, уперев руки в бока и рассерженно глядя на подругу. Лика устало вздохнула, собрала рассыпанные волосы с подушки и подтянула её повыше, сев в кровати.
– Эта шаромыжница – принцесса София, дочь императора Вестлана. Самая выгодная партия из всех возможных…
– Ага, а Иван за выгодой, значит, едет! – саркастично перебила Маргарита. – Мне-то хоть не гони!
Лика бросила на подругу выразительный взгляд.
– Что? – распалилась Маргарита. – Я не права?
– Права, права, – пробормотала Лика.
– Тогда что? Чего ему надо? На хрена он затеял это сватовство?
Лика посмотрела уже с отчётливым раздражением. Ну хоть какие-то эмоции в ней проснулись, успела порадоваться Маргарита.
– Ты действительно не понимаешь? Или специально меня подначиваешь?
– Нет! – честно воскликнула Маргарита. – Зачем ему надо всё это?
– Марго, женившись, Иван перестанет быть царевичем. Он станет царём и главой государства, и Марья ему уже будет здесь не указ.
– Опаньки! – ошалело пробормотала Маргарита, запуская пальцы в волосы. – Как же я не подумала об этом?
– Ты же говорила, что читала Соборное уложение, – вяло усмехнулась Лика. – И что, не дочитала до этого?
– А что же Марья? Что с ней тогда будет… после всего этого… после свадьбы?
Лика метнула взгляд на Маргариту и промолчала. «Что со мной будет? – успела прочесть Маргарита в укоризненном взгляде царевны. – А ты меня ещё про Марью спрашиваешь!»
И ещё мелькнуло у неё в голове, что Коломна опять был прав. Не прямо, так косвенно, но её выходка положила в Волхове начало борьбы за власть, и чем всё это может закончиться, Маргарита не хотела даже представлять.