– Как она меня назвала, не помнишь? Я даже не расслышала.
– Чего? – Маргарита не сразу поняла. – Ты о чём? Ах, это! – она прикусила губу. – Мариной, кажется. Мариночкой.
– Мариной, – Лика печально покивала. – Я, значит, не Лика. Я – Марина.
– Да ну её к чёрту! – рассердилась Маргарита. – Я же сказала тебе, завтра об этом будем думать. И ты для меня всегда будешь Лика. И для всех тоже. Хватит уже!
Лика взглянула на неё так, что Маргарита сразу притихла, растеряв весь задор.
– Ну ладно, ладно. Согласна. Ситуация паршивая. Имеешь право похандрить. Но только одну ночь, лады?
Лика слабо кивнула, опять уставившись на домовёнка. Она выглядела такой беззащитной и удручённой, что у Маргариты заныло под ложечкой.
– Хочешь, я с тобой сегодня останусь?
Лика помедлила, посмотрела на подругу и кивнула немного виновато.
– Ну и ладно. Подвинься, – Маргарита скинула сапоги и зипун на пол, растянулась на кровати боком, положив руку под голову.
Лика тоже повернулась к ней лицом.
– Кузя, – сказала она.
– Что – Кузя?
– Домовёнок, – Лика повертела им перед Маргаритой. – Домовёнок будет Кузя.
Маргарита рассмеялась.
– Ты чего? – удивилась Лика.
– Да так, ничего, – Маргарита поёрзала, устраиваясь поудобнее. – Просто в нашем мире тоже был домовой Кузя. В мультике одном. Удивительно, откуда что берётся.
– Мультике?
– Да не бери в голову. Хотя… надо спросить Бессмертного, может, и кино нам забабахает, посмотрим с тобой, – ляпнула Маргарита и тут же поняла, что зря. При упоминании Бессмертного Лика снова расстроилась.
– Эй, ты чего? – воскликнула Маргарита, расстраиваясь в свою очередь. – Ну не думай об этом, Лика, ну пожалуйста!
Она просунула руку царевне под шею, обняла и прижалась. Лика прерывисто дышала, постепенно успокаиваясь. Так, обнявшись, они и заснули.
Маргарита проснулась от голодного урчания в животе и странного ощущения, что что-то не в порядке. Она повернула голову и сразу поняла, что не так.
Лики не было. За всё время пребывания во дворце Маргарита помнила только один раз, когда Лика встала раньше неё. Когда искала Ивана. Но сейчас-то что её подняло?!
Она рывком села в постели, натянула сапоги, подхватила зипун и выбежала в коридор, едва не споткнувшись о Баюна.
– Ой… привет! – воскликнула она на ходу и тут же остановилась, повернувшись к коту. – Ты Лику не видел?
– Видел, – пробурчал кошак, недовольно косясь на неё.
– Ну? – поторопила Маргарита. – Где она?
– А чего это, интересно, вы здесь делали, барышня? – поинтересовался Баюн, надменно выгибая спину. – У вас же свои покои имеются.
– Так ты за этим сюда приволокся? – Маргарита с трудом удерживалась, чтобы не пнуть кота. – Опять шпионишь за нами?
– Ради вашей же пользы, – высокомерно заявил Баюн. – С вами то и дело фигня всякая случается. Надо же кому-то смотреть за двумя дурами.
– Сам дурак! – обиделась Маргарита. – И вообще, пошёл к чёрту! Некогда мне с тобой тут…
Она развернулась, но не сделала и пары шагов, как услышала за спиной:
– У Коломны твоя Лика.
– Что? – Маргарита тут же повернулась к коту. – Зачем?
– Дуньку свою ищет.
– Ой-ё-ё-ё-ёй! – испуганно затараторила Маргарита, срываясь с места. Она пулей пролетела по бесконечным коридорам и лестницам дворца и с размаху ворвалась в кабинет дьяка.
По сердитым лицам Коломны и Лики Маргарита поняла, что только что прервала весьма активную ругань.
– Лика, я…
– Почему ты мне не сказала про Дуню? – напустилась на неё царевна. – Выходной, выходной… Чего не сказала, что он её выгнал?!
– Прости! – покаялась Маргарита. – Я не знала как. У тебя и без этого забот до фига.
– Сказала бы сразу, и одной меньше было бы, – сердито отчитала Лика и повернулась к Коломне. – Где она?
Дьяк устало хлопнул себя по лбу. Кажется, царевна задала ему этот вопрос не один раз.
– Я же нанял тебе Катю. Жалобы есть?
– Зачем мне твоя Катя?! – Лика повысила голос. – Верни Дуню!
– Да зачем она тебе? – вышел из себя Коломна. – Какая тебе разница, кто чай подаёт и постель стелет?
– Не твоё дело! – отрезала Лика. – Дуня моя служанка. И не тебе увольнять моих слуг.
– Я им плачу, – возразил дьяк.
– Из моих денег, – парировала Лика. – Если ты ими распоряжаешься, это не значит, что они твои.
– Лика… – Маргарита дёрнула подругу за рукав.
– Подожди, Марго! – сердито отмахнулась Лика. – Если ты сейчас же не скажешь, где Дуня, я пойду к Марье. С какой стати ты вообще увольняешь моих слуг?
– Да ладно, ладно, – сдался Коломна. – Ну вернёшь ты свою Дуньку, а с Катей как? Теперь её увольнять?
– Делай с ней что хочешь, – отрезала Лика. – Я её не нанимала, мне она не нужна. Верни мне Дуню!
– О-ох! – простонал Коломна, болезненно сморщившись. Было видно, как ему не хочется делать этого, но ничего другого не оставалось. – Ладно. Будет тебе Дуня. Вечером привезут.
– Я сама за ней съезжу, – твёрдо сказала Лика. – Где она?
Коломна остро взглянул, прищурившись, подумал. Маргарита прекрасно понимала, чего мнётся дьяк.
– Куда ты её отправил? – настойчиво повторила Лика.
– В Болтинку, – нехотя признал Коломна. – Родители у неё там, с сестрами.
– Так-то лучше! – удовлетворённо пробормотала Лика, гордо разворачиваясь и выходя из кабинета. Маргарита состроила гримасу дьяку и выбежала за подружкой.
– Лика! – она догнала её, взяла под руку. – Ты чего так завелась-то? Поднялась раньше меня, не разбудила. Коломну на уши поставила.
– Он не смеет увольнять моих слуг, – сердито ответила Лика. – Не предупредив меня, ничего не сказав. Это что вообще такое?! Чем Дуняша провинилась?
– Э-э… – Маргарита смущённо почесала нос свободной рукой. – Слушай, Лика, я не хотела тебе говорить, но раз уж ты так взъелась… В общем, не всё так просто с Дуней-то.
– Ты о чём? – Лика свела брови.
– В общем… Ну, в общем, стучала она на тебя Коломне.
– А, ты об этом, – Лика пренебрежительно махнула рукой. – Да я знаю.
– Знаешь?! – Маргарита даже споткнулась от удивления. – А чего тогда держала её?
– Она хорошая, – Лика сдержанно улыбнулась. – Знает, где у меня что валяется, и всегда находит. А ещё она влюблена в Остея. И этот старый пень не только из дворца её выгнал, но и любовь разрушил.
– А-а, – протянула Маргарита. Это меняло дело. – Но всё-таки…
– Да не переживай ты, Марго. Не она, так другой кто-нибудь будет. Коломна же не успокоится. Думаешь, Катя не бегает к нему?
– Бегает, – согласилась Маргарита.
– Ну. Так о чём и говорить?
Маргарита вздохнула. Кажется, Лика была права. К тому же, раз Коломна всё-таки выгнал Дуняшу, значит, она не проболталась ему о той встрече Лики с Иваном. И теперь, надо надеяться, будет верна царевне, а не дьяку.
– Куда мы идём? – спросила она.
Лика свернула на парадную лестницу; Маргарита послушно шла за ней.
– Сначала в конюшню, потом в Болтинку, за Дуней.
– Чего? – изумилась Маргарита. – Ты сама, что ли, хочешь ехать за ней?
– Ну да, – кивнула Лика. – Да тут недалеко, два часа на санях. К обеду вернусь.
– Ну уж нет! – решительно заявила Маргарита. – Я тебя одну не пущу. Поедем вместе.
– Ну поехали, – согласилась Лика. – Только тогда санки придётся четырёхместные брать. И тройку запрягать.
– Зашибись! – обрадовалась Маргарита. – Всегда мечтала на тройке покататься. Только это… – Она потёрла урчащий живот. – Позавтракаем сначала. Жрать хочется – сил нет!
– В «Сапогах» чего-нибудь перехватим, – решила Лика. – Как раз по дороге.
Марья хотела собрать Думу или хотя бы Малый совет. Коломна был против. «Не надо погружать в это дело много народу, – объяснял он, – это всё только усложнит и запутает. А если мы всё-таки хотим обернуть его в свою пользу, действовать надо по-умному».
Из-за последних событий Марья была на нервах и невнимательна, до неё не сразу дошёл смысл сказанного. Коломне пришлось разъяснять.
Сейчас что-либо менять поздно. Иван настроен ехать, его не остановить. Он сейчас тоже на нервах, он не поверит никаким словам и обещаниям. Ну и пусть едет.
И о сватовстве, и об отъезде знают уже все – Иван позаботился. Попытка отыграть всё назад обернётся скандалом и новыми сложностями. И да, царица права, испорченными отношениями с Вестланом. Оно им надо? Оно им не надо.
– Но и брак с принцессой Барлоог тоже не вариант. Вот только срывать мы его не будем. Мы сделаем так, что Барлооги сами откажутся от него. Как? Это уже дело деталей, над ними мы ещё поработаем. Главное – показать им, что Иван не лучшая партия для их любимой Софии, а Волхов – не лучшее место для жизни.
И начать нужно с посольства. Людей с Иваном надо отправить таких, которые бы не выглядели явным оскорблением императора, но периодически неприятно покалывали бы его самолюбие. Недостаточно, чтобы обвинить царский дом в неуважении, но достаточно, чтобы отказать царевичу. Поэтому не надо посылать с ним больших бояр и опытных дипломатов, способных решить любой вопрос. Нет, послать надо людей из второй-третьей линии, о которых в Вестлане ничего не слышали. Их примут, но сочтут за умаление императорской чести, что нам и надо.
Во главе посольства нужно поставить какого-нибудь родовитого, но недалёкого отпрыска, не умеющего вести себя при дворе. Хотя бы… да, хотя бы и молодого Лёшку Босоволка. Этот точно не раз накосячит и всё испортит; его даже специально настраивать не нужно. Ну и, конечно, верного посвященного человека, который будет вести нашу партию при дворе императора.
– Это кого же? – усмехнулась Марья, уже догадываясь.
– Пусть Лёня едет, – подтвердил Коломна её догадку. – Пристроим его секретарём к царевичу, пусть ведёт переписку.
– Осталось только Ивана уговорить, – опять усмехнулась Марья.
Уговорить Ивана оказалось неожиданно легко. Это удивило Марью, она приготовилась к сопротивлению. Царевич согласился на все предложения мачехи и Коломны, выставив только одно условие: он тоже наберёт с собой людей.