– Здесь больно? А здесь?
– Да, немного.
– Понятно. А тут?
– Чуть-чуть.
– Ладно, – Марья спустила рубашку Маргариты, накинула опять одеяло. – Значит, так. У тебя было сильное печёночное кровотечение. И желудок задело. Какое-то время будет тяжело есть. Точнее, переваривать. Так что на мясо не налегай, на алкоголь тоже. Кушай кашку, похлёбку жиденькую, чаёк с мёдом. И особо не прыгай, ходи поспокойнее.
– Так мне можно вставать? – с искренним волнением спросила Маргарита.
– Можно. – Марья поднялась, вытерла руки носовым платком. – Но от работы ты пока отстранена. Неделю проведёшь во дворце.
– Понятно, – как можно спокойнее ответила Маргарита. – Слушайте, Марья Моревна, по поводу случившегося…
– Ферзь мне уже всё доложил.
– Да, но он не виноват, – заторопилась Маргарита, беспокойно заглядывая в невозмутимое лицо царицы. – Это всё я, мой косяк. Я думала, это учебная граната. Понятия не имею, как у него боевая оказалась.
– Ты не способна отличить боевую от учебной?
Маргарите показалось, что царица спрашивала не столько с осуждением, сколько с насмешкой. Она смутилась.
– Ну, знаете… На взгляд их не сразу отличишь, а на вес уже времени не было. В общем, Ферзь тут ни при чём. Не надо его наказывать, как в тот раз.
– Я и не собиралась, – царица улыбнулась одними глазами. – Вы и так уже сами себя высекли. Ладно, Кошкина. – Она повернулась к двери. – Поправляйся.
– Марья Моревна! – окликнула Маргарита.
– Что?
– Спасибо, что вытащили.
Царица улыбнулась краешками губ, коротко кивнула и вышла. Баюн выскочил за ней.
– Ну вот, – бодро произнесла Маргарита, откидывая опять одеяло и спуская ноги с кровати. – Ходить можно, жрать можно. Дай мне чего-нибудь надеть, и пошли уже обедать. Чего ты лыбишься?
Лика действительно улыбалась.
– Да нет, я так, – она махнула рукой, прошла в ванную, вышла через несколько секунд с какими-то шмотками. – Вот. Попросила Дуняшу сшить под твой размер. Примерь – подходит?
– Нет, ты скажи, – настаивала Маргарита. – Чего ты смеёшься надо мной?
– Да не над тобой, Марго, честно…
– Лика!
Царевна вздохнула, но не убрала улыбку, придав ей всего лишь чуть более виноватое выражение.
– Да просто я помню, как ты собиралась Марью свергать, – она сунула Маргарите в руки штаны, рубашку и кожаную куртку. – А сейчас вон «спасибо» ей и всё такое.
– А что, по-твоему, я не должна была? – раздражённо спросила Маргарита, стягивая через голову ночную рубашку и надевая принесённую Ликой.
– Да нет, я вообще не об этом. Просто как всё оборачивается странно, да?
– Спасибо, что заметила. – Маргарита прыгала на одной ноге, пытаясь попасть другой в штанину. – Ты и сама, знаешь ли…
– Марго, тебе же Марья велела не прыгать, – перебила Лика, помогая подруге встать поустойчивее и надеть наконец штаны. – Опять в постель хочешь?
– Всё в порядке, – пропыхтела Маргарита, застёгивая плотные суконные штаны. – Слушай, нормально сидят. И куртка классная. Неужто Дунька всё это сшила за три дня?
– Нет, Дуня только штаны с рубашкой. А куртку по моему заказу сшили. Я нарисовала, как помню, расчертила размеры, ну и…
– Класс! – Маргарита ощупывала свою новую кожаную куртку, почти такую же, как старая, но всё же чуть поизящнее, из более дорогой кожи. – Спасибо, Лика! Прям задарили вы меня подарками сегодня. Как на день рождения!
– Ну ты же мне подарила домовёнка, – улыбнулась Лика. – Так что квиты. Не привыкай особенно.
После обеда Маргарита собиралась двинуть в казармы, но Лика решительно воспротивилась и с помощью Дуняши утащила её обратно в постель. Маргарита ныла, говорила, что ей надо, обещала хорошо себя вести и ничего такого не вытворять, но царевна была неумолима. Никаких дел на сегодня, тем более никаких казарм. И Ферзь, и все прочие подождут. Маргарита смирилась.
Она нашла Ферзя на следующее утро, когда Лика ещё спала и присматривать за Марго было некому. Ферзь распределял наряды по дворцу, и Маргарита минут пять нетерпеливо переминалась, ожидая, когда он закончит.
Отпустив последнюю пару дежурных, Ферзь направился к ней. Она знала, он сразу её заметил. Но не прервал обязательную утреннюю поверку, лишь коротко махнув в знак приветствия. И только закончив все положенные дела, счел возможным уделить время ей. Притом что сам…
– Сволочь ты, Сашка! – укорила его Маргарита вместо приветствия.
– С чего бы? – недоумённо вскинул он брови.
– Видишь же, что жду. Нарочно, что ли, заставляешь меня стоять тут?
– И в мыслях не было, Кошкина. Но лучше было бы отпустить сначала дежурных, нет? Или ты при них чего хотела сказать?
Ферзь смотрел внимательно, без улыбки. Он вообще редко улыбался. Порой это её нервировало, лишало возможности обернуть сказанное в шутку. Вот как сейчас. Ферзь, такое впечатление, воспринимал всё слишком серьёзно.
– Нет, не хотела. – Маргарита нервно поправила прядь, скрестила на груди руки. – Но ты всё равно сволочь.
– Почему?
– Подарки, значит, даришь, а сам не навестил ни разу. Ты же знал, что я ещё вчера очнулась. Чего не зашёл?
– Подарки? – Ферзь изобразил вежливое недоумение.
– Да брось! А то я не знаю, кто мне сапоги справил?! Во сколько они тебе обошлись?
– Кошкина, я понятия не…
– Саш, хватит! – Маргарита нетерпеливо поморщилась. – Ну реально хватит. Ты же не хочешь, чтобы я пошла к сапожнику и вытрясла из него, кто заказчик?
Ферзь помолчал секунд пять, потом улыбнулся виновато.
– Ну да, я.
– Во-о-от! – удовлетворённо протянула Маргарита, тыча Ферзя пальцем в грудь. – Не спорь со мной, быстрее отделаешься. Так сколько ты за них отдал?
– Забудь. Я не возьму с тебя денег. Считай это премией за спасение парня.
– Сашка, я представляю, сколько они стоят. Даже для тебя дорого. Если только ты не взял казённые бабки, а ты не взял…
– Ну, если тебе будет легче, считай, что это казённые. Потом вычту из жалованья. Мне босые бойцы не нужны.
Маргарита с досадой смотрела на Ферзя. Только что она решила, что почти загнала его в угол, и вот он уже выскользнул и стоит с по-прежнему невозмутимым видом. Как же поставить ему хотя бы шах?
– Лика сказала, что ты меня опять от царицы до постельки нёс, – ляпнула она наугад. – Не в первый раз уже, да?
– Просто оказался под рукой, – Ферзь пожал плечами. – Первым попался на глаза её величеству, когда она закончила с тобой.
– Первым, значит? – Маргарита почувствовала мгновенное удовлетворение. – Значит, сидел, ждал вместе с Никой. А чего потом не заходил? Чего вчера не зашёл?
– Это не входит в мои служебные обязанности.
– Ну, знаешь?! – вспылила Маргарита. – Когда ты сидел, я к тебе заходила. Хотя в мои обязанности это тем более не входило.
Ферзь промолчал. Кажется, на этот раз она застигла его врасплох, он не знал, что ответить.
– Да, – нехотя согласился он. – Извини. Просто это было бы неуместно. Являться без дела на царскую половину простому капитану…
– Не царскую… – перебила Маргарита.
– Да, девичью, – поправился Ферзь. – Тем более.
Маргарита кусала губы, злясь уже больше не на Ферзя, а на саму себя. Он свои мотивы объяснил. Ход был за ней, а она вдруг замялась.
– Значит, вот так? – невпопад спросила она. – Просто служба и больше ничего?
– Кошкина…
– Ты можешь звать меня Маргаритой? – перебила она. – Хватит уже, полгода друг друга знаем.
– Кошкина! – настойчиво повторил он. – Ты что-то конкретное хочешь сказать? Или спросить?
Она сердито посмотрела на него.
– Ничего. Просто за сапоги сказать спасибо.
– Не за что. Я же сказал, вычту из жалованья.
– И когда мне являться?
– Когда разрешит её величество.
– Отлично! – с досадой пробормотала Маргарита. – Значит, через неделю.
– Значит, через неделю.
– Ну и ладно. Вот и поговорили.
Ферзь промолчал. Он стоял, смотрел и чего-то ждал. А она злилась и никак не могла заставить себя сказать, что хотела.
– Пойду тогда. Не буду тебя отвлекать.
Ферзь кивнул, опять ничего не ответив. Маргарита с трудом удержалась от очередной колкости.
– Пока.
– Пока.
«Козёл! – раздражённо думала Маргарита, возвращаясь к себе. – А я дура! Зачем попёрлась, чего ждала?! Как будто он обязан. Ну да, простой капитан, субординация и всё такое. Выслуживается перед царицей за косяк. А сама-то?! Лику песочила за трусость, а сама-то чего? В последний момент заднюю врубила».
Маргарита злилась всю неделю, иногда хмуро огрызаясь на настойчивые расспросы Лики, иногда просто отмалчиваясь. Она больше не искала встречи с Ферзём, и он не показывался на их половине дворца. Когда накануне выхода на службу Марья осмотрела Маргариту в последний раз и сказала, что всё в порядке и можно возвращаться, она даже не особо обрадовалась. Она долго не могла уснуть в эту ночь, ворочаясь и думая, как теперь ей вести себя с Ферзём. Потому что как раньше уже не получится. После последних событий и ему это должно быть понятно, и ей тем более.
На следующее утро она подозрительно косилась на Ферзя, тщательно выискивая в нём намёки на последний разговор. Ферзь учтиво поздоровался, был вежлив и невозмутим, как всегда. Трудно было понять, о чём он думает.
Маргариту это задело. Неужели, пока она терзалась всю эту неделю, не зная, что думать, и то собираясь всё рассказать Лике, то уговаривая саму себя выкинуть эту блажь из головы и забыть, Ферзь продолжал спокойно ходить на службу, как будто бы ничего и не было?! Ничего и не было, конечно, но…
Но всё-таки он козёл, окончательно решила Маргарита и немного успокоилась. Хочет ничего не замечать, так и она не станет. Посмотрим, кто быстрее сломается.
На первом же занятии Ферзь произнёс короткую энергичную речь о технике безопасности. Даже Маргарита против воли была впечатлена.
После случившегося меры безопасности серьёзно ужесточили. Боевые гранаты доставляли теперь на полигон в запертых ящиках, уложенными каждая в отдельной ячейке. Ключи были только у самого Ферзя и дежурного по полигону. Занятия проводились строго под присмотром инст