к Эстер ухмыльнулась, стоя в шестом отряде, глядя на неё. — Три раза самый низкий бал, и ты вылетишь, Софи! Понятия не имею, как тебе удалось так долго продержаться!
— Они не выгонят меня! И неважно насколько я плоха! Почему ты думаешь я бросила учиться!
Агата попыталась разобраться в том, что сказала Софи, но ей не давало сосредоточиться жжение в пальце. С тех пор, как Юба разблокировал его, палец теперь горел всегда, когда она злилась, как будто ему не терпелось начать колдовать.
— Но как-то прежде тебе удавалось получать высший бал? — спросила она, пряча руку в карман.
— Это было до того, как они заставили нас читать. То есть я что, похожа на того, кому интересно как пропитать ядом гребень, как вырвать жабьи глаза, как сказать Троллю «Можно я перейду через ваш мост?» Вот она я, пытающаяся сделать злодеев лучше, а ты хочешь, чтобы я запомнила рецепт супа «Дети с лапшой»? Агата, вот, ты, например, знала, что перед тем как опустить ребенка в горящий котел, его сначала нужно завернуть в пергамент? В противном случае он может быть приготовлен не должным образом, а еще, чего доброго, может и очнуться в котле. Ты хочешь, чтобы я это учила? Как причинять боль и убивать? Как быть ведьмой?
— Слушай, тебе нужно вернуть уважение…
— Через преднамеренное Зло? Нет уж. Дудки.
— Тогда мы обречены, — огрызнулась Агата. Софи сердито выдохнула и отвернулась.
Но неожиданно у неё изменилось выражение лица.
— Что за…
Она таращилась на доску с рейтингом Счастливцев, прибитой к воротам.
1. Тедрос из Камелота 71 бал
2. Беатрикс из Жан Жоли 84 бала
3. Рина из Барханов Паши 88 балов
4. Агата Из-за Леса 96 балов
— Но… но… ты… ты! — выкрикнула Софи.
— И я делала свою домашку! — рявкнула Агата. — Мне нафиг не сдалось изучать, как вызвать голубицу или как правильно падать в обморок или как лучше вышить носовой платочек, но я делаю все, что требуется, чтобы вернуть нас домой!
Но Софи не слушала. На её лице расплылась нахальная улыбочка.
Агата скрестила руки на груди.
— Ни за что. Во-первых, учителя нас поймают.
— Тебе понравится моя домашка по Проклятьям, весь этот обман принцев — ты ведь терпеть не можешь мальчишек!
— Во-вторых, твои соседки нас сдадут…
— А как тебе понравится домашка по Уродству! Мы изучаем, как пугать детей — а тебя же бесят дети!
— Если Тедрос об этом узнает, мы — трупы…
— И погляди на свой палец! Он светится, когда ты расстроена! Я просто не могу сделать это!
— Это всего лишь совпадение!
— Смотри, он светится еще ярче! Ты прирожденная злод…
Агата топнула ногой.
— МЫ НЕ ЖУЛЬНИЧАЕМ!
Софи молчала. Волки открыли Врата Синего леса и ученики хлынули в свои тоннели.
Ни Софи, ни Агата не шелохнулись.
— Мои соседки утверждают, что я стопроцентное зло, — тихо сказала Софи. — Но ты знаешь правду. Я не знаю, как быть Злом. Даже на толику. Прошу тебя, не заставляй меня идти против собственной души, Агата. — Её голос дрогнул. — Я просто не могу.
Она оставила Агату под зонтом. Когда Софи присоединилась к остальным, дождь смыл блеск с её волос, блестки с её кожи, и Агата уже не могла её отличить от других злодеев. Её обожгло чувство вины. Она не сказала Софи правды. Её посетила та же мысль, что и Софи — сделать за неё всю домашнюю работу. Но Агата не предложила этого не потому что боялась, что их на этом подловят.
А боялась она, что ей понравится. На все сто процентов.
Той ночью Софи снились кошмары. Тедрос целует кикимор, Агата выползает из колодца с купидоновыми крыльями, демон Эстер гнал её по водосточным трубам, пока Чудовище поднимался из темных вод, и хватал Софи окровавленными ручищами, а она проскользнула мимо него и заперлась в Пыточной. Только там её ждала уже иная пытка. Её отец в волчьей маске.
Софи резко поднялась в постели.
Её соседки крепко спали. Она вздохнула, устроилась на своей подушке поудобнее, и подскочила, как ужаленная…
У неё на носу сидел таракан.
Она заголосила…
— Это я! — прошипел таракан.
Софи закрыла глаза.
«Проснись, проснись, проснись».
Она открыла глаза. Таракан все еще сидел на её носу.
— Мой любимый кекс? — прохрипела она.
— Черничный из отрубей, — сплюнул таракан. — Есть еще дебильные вопросы?
Софи сняла таракана с носа. У него были те же выпученные глаза и впалые щеки.
— Да как же это…
— Магрификация. Нам её две недели талдычили. Встретимся в общей комнате.
Агата «Таракан» посеменила к двери, но по дороге оглянулась:
— И захвати свои учебники.
Глава 18Таракан и Лисы
— Предположим мои свечения зеленое или коричневое или типа того? — зевнула Софи, почесывая ноги ногтями. Все в Общей комнате ЗЛОБЫ было сделано из мешковины — полы, мебель, шторы — не комната, а святилище чесотки. — Не буду этим заниматься, если это не будет сочетаться с моей одеждой.
— Просто сосредоточься на эмоциях! — рявкнул таракан у неё на плече. — На злости, например. Попробуй разозлиться.
Софи закрыла глаза: — Светится?
— Нет. О чем ты думаешь?
— О здешней еде.
— Нужен подлинный гнев, тупица! Волшебство рождается из настоящих чувств!
Лицо Софи сморщилось от усилий.
— Сильнее! Ничего не происходит!
Лицо Софи потемнело и её палец засветился ярко-розовым свечением.
— Вот оно! У тебя получилось! — Агата взволнованно подпрыгнула. — О чем ты думала?
— Как меня бесит твой голос, — сказала Софи, открывая глаза. — Я что, теперь каждый раз должна о тебе думать?
На всю следующую неделю Общая комната Злобы превратилась в ночную школу таракана. Заклинание Магрификации действовало всего три часа, так что Агата заставляла работать Софи, словно та была рабыней, заставляя её палец светиться сильнее, напускать в комнату туман и наводнять пол, получать Дремучую Иву из Плакучей, и даже выучить несколько слов на языке Великанов. Рейтинг Софи незамедлительно улучшился, но к четвертому дню бессонные ночи взяли свое.
— Моя кожа посерела, — прохрипела Софи.
— И ты все еще занимаешь 68 место, поэтому будь внимательней! — отругал таракан Софи, посверкивая лебедем на брюшке. — Лесная чума началась, когда Румпельштильцхен топнул с такой силой, что земля треснула…
— Что заставило тебя передумать? И помочь мне?
— И из земли вылезли миллионы ядовитых жуков. Они наводнили Лес, заразив Несчастливцев и Счастливцев, — сказала Агата, игнорируя её вопрос. — Пришлось даже закрыть эту школу, так как насекомые были очень заразны…
Софи откинулась на спину на диване.
— Откуда ты столько знаешь?
— Пока кто-то пялился в зеркало с утра до ночи, я читала «Яды и Бедствия»!
Софи вздохнула.
— Значит, школу закрыли из-за жуков. Тогда, что слу…
— Так вот, куда ты подевалась?
Софи резко повернулась и увидела в дверном проеме Эстер в черной пижаме, а за ней Анадиль и Дот.
— Домашка, — зевнула Софи, демонстрируя учебник. — Без света никак.
— С каких пор тебя волнует домашка? — поинтересовалась Эстер, выглядя еще свирепее, чем когда-либо.
— Мы думали, что «Красота — требует непрерывной работы над ней», — передразнила Софи Анадиль.
— Соседство с вами тааак меня вдохновило, — сказала Софи, улыбаясь. — Заставило меня захотеть стать самой лучшей злодейкой на свете. Коей я и могу быть.
Эстер долго и пристально на неё посмотрела, а потом, зарычав, отвернулась и увела остальных.
Софи выдохнула, сдувая Агату с дивана.
— Она что-то затевает, — услышали они рык Эстер.
— Или она изменилась! — пропищала Дот, идя вразвалочку позади Эстер. — На её учебнике таракан, а она даже не замечает!
Спустя шесть ночей обучения, Софи поднялась до 55 места. Но с каждым новым днем, она больше становилась похожа на зомби: кожа белая как снег, а глаза были стеклянными и под ними пролегли синяки. Вместо нового модного платьица или шляпки, теперь она ходила с грязными волосами и в мятом платье, оставляя по все башне шпаргалки, словно хлебные крошки.
— Может тебе поспать, что ли, — пробормотал Тедрос на уроке Юбы по «Как правильно готовить насекомых».
— Слишком занята тем, как не быть «худшей девушкой в школе», — сказала Софи, взявшись за блокнот.
— Когда нет червей, то чаще всего доступны насекомые, — сказал Юба, держа в руке живого таракана.
— Слушай, ну, как ты можешь ждать, что тебя послушают, когда твой рейтинг ниже рейтинга Хорта, — прошептал Тедрос.
— Когда я стану первым номером, ты будешь просить у меня прощения.
— Как только станешь этим первым номером, можешь просить о чем угодно, — фыркнул он.
Софи повернулась к нему: — Ловлю на слове.
— Если ты все еще будешь держаться на ногах.
— Во-первых, удалите несъедобные части, — сказал Юба, сворачивая голову таракану.
Агату передернуло, она спряталась за сосну и весь остаток урока просидела там. Но той же ночью она чуть не свалилась у Софи с грудной клетки, когда услышала рассказ Софи о случившимся с Тедросом.
— Все Счастливцы держат свои обещания! — сказала она, подпрыгивая на узловатых тараканьих ножках. — Это Кодекс Чести Принцев. И теперь только осталось стать номером один и он попросит тебя…Софи?
Софи ответила храпом.
К десятому дню Колледжа имени Таракана, Софи было всего лишь на сороковой позиции, а круги под её глазами были такими черными, что она была похожа уже на енота. Потом она опять скатилась до шестьдесят пятого места, когда заснула во время тестирования леди Лессо по Немезидовым снам. Спала она и на предмете по Приспешникам, по её милости Бизл выпал из Колокольни, и потеряла голос на «Особые таланты», еще тем самым понизив свой рейтинг.
— Твой талант — прогрессирует, — сказала Шеба Анадиль, которой удалось сделать своих крыс больше на добрых пять дюймов. А потом она повернулась к Софи. — А я-то думала, что